ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тень ночи
Дюна: Дом Коррино
Лидерство и самообман. Жизнь, свободная от шор
Самоисцеление. Измените историю своего здоровья при помощи подсознания
На первый взгляд
Самый одинокий человек
Всё в твоей голове
Крушение пирса (сборник)
Опекун для Золушки

– Да, сэр, всего лишь.

– Фрэнк, – поморщился Контролер, – сегодня я вполне обошёлся бы без шуточек.

– Я мог бы ещё раз поговорить с ним. Может удастся что-нибудь сделать.

– Думаю, вреда от этого не будет. А министр? Стоит, может, взять его с собой?

– У него жена умерла этой ночью.

– Да, слышал по радио. Думаешь, помешает?

Смит на секунду задумался.

– Нет. А его присутствие добавит внушительности. И выглядеть мы будем куда солиднее, имея с собой министра короны. Разумеется, если он не станет засыпать на ходу.

Контролер кивнул, рассеянно поводил в карандашом, постучал ногтем по зубу.

– Этот кавардак при Ватерлоо… Почему Шеппард не отправил туда человек двадцать?

– Эбботт вычислил бы их. Да они и так путались друг у друга под ногами. Кроме того, это было решением Шеппарда. И, ради разнообразия, я с ним согласен.

– Но это не сработало, не так ли?

– Из-за тех двух пьянчуг. Называйте это как угодно: невезением, совпадением, судьбой или провидением – но эта штука запортачила больше планов, чем любая человеческая глупость.

Контролер кивнул. Опять пощёлкал по зубам.

– Где, чёрт побери, Эбботт? Денег ему достать не удалось, все его друзья под наблюдением. Где он?

– У женщины.

– Женщины?

– Так думает Джоан.

– Она это как-то мотивирует?

– Никак. Инстинкт, интуиция, женское чутьё, или просто гадание на кофейной гуще. Она говорит, что услышала это в его голосе, когда говорила с ним по телефону.

– Услышала – что?

– Что у него есть женщина.

– Она умеет определять такое по голосу?

– Она так говорит.

– Господи.

– Вероятно, она знает его лучше, чем кто-либо.

– Знаю, но…

Контролер молча развёл руками.

– Есть идеи получше?

– Нет, но…– Контролер опять сделал неопределённый жест.

– У него всегда хорошо получалось с женщинами. Не хочу сказать, что он был чем-то вроде Казановы, но женщинам определённо нравился. Так что он вполне мог залечь у какой-нибудь симпатичной девочки.

– Что мы знаем об его девушках?

– Ничего, но может знать Элис. Она была его секретаршей до самого отъезда в Африку. Вполне может припомнить женщин, которые ему звонили или оставляли сообщения.

– Хорошая идея. Свяжись.

– У неё выходной.Попробую позвонить ей домой.

Он поднял трубку.

Эбботт сидел на согретой утренним солнцем скамейке в Гайд-парке, подальше от Угла Ораторов, с его речами и спорами, и беседовал с человеком по имени Чака бен Йегуда. Тот бегло говорил на английском.

– …Если бы, допустим, вы могли лечь на дно месяца на два или три. Дальше всё будет просто.

– Я могу исчезнуть на два или три месяца, пока шум не уляжется.

– Тогда – ничего сложного. Мы выдадим вам паспорт на чужое имя и вывезем вас. Может понадобиться некоторая маскировка – например, отрастить бороду или выкрасить волосы. Но никаких проблем я не вижу.

– Я хотел бы взять с собой одну девушку.

– Она связана с вами? Я имею в виду, о её связи с вами известно?

– Нет. Пару лет назад месяц или два она была моей секретаршей. И всё.

– Тогда ещё проще. Она вылетит, как туристка тем же рейсом, или следующим.

– Спасибо. Я не могу сказать, что она для меня значит.

– Думаю не больше, чем для нас – жизнь израильского агента.

Чака бен Йегуда встал.

– Ещё одно. Я знаю, вы несколько раз бывали у нас в стране. Но бывать и жить – вещи разные. Вам может не понравиться. Кроме того, всегда существует опасность войны. Это не самое безопасное место в мире.

– За исключением моей собственной страны, у меня нет другого места, где я бы хотел жить больше. А если понадобится – умереть.

Эбботт хотел добавить ещё что-то, но не знал, что. Нужных слов не находилось.

Наверное, Чака бен Йегуда чувствовал что-то похожее. Улыбка на секунду коснулась его лица, бледности которого не помогло бы никакое тропическое солнце. Бледности, заработанной одиннадцатью годами в русском лагере.

– Вы наш друг, – сказал он, – Мы помним это.

Они пожали руки и разошлись.

Да, они помнят своих друзей. Может быть даже крепче, чем своих врагов.

Эбботт вернулся на квартиру и обнаружил её пустой.

Контролер извинился, что вызвал Элис в выходной, особенно в воскресенье (хотя сама Элис не видела в этом ничего экстраординарного). Но это важно, и это связано с Ричардом Эбботтом.

Элис, как обычно, смотрела себе под ноги, на душе лежало что-то холодное и тяжёлое.

– Проблема: где он? Где может быть? Видите ли, нам известно, что денег у него очень немного. Это исключает гостиницы и пансионы. Родных и друзей уже проверили. Что осталось?

Элис молча смотрела в пол.

– По некоторым имеющимся у нас соображениям, он может находится у женщины.

Всё так же потупившись, Элис глухо сказала:

– Да, это возможно.

– Вы были его секретаршей перед тем, как он уехал в Африку, – сказал Контролер, – он тогда как раз разошёлся с женой.

– Может припомнишь, были у него тогда какие-нибудь подружки? – добавил Смит.

– Да, две или три. Значит так, одну звали Барбарой, другую Дженис. Или Джанет? Что-то вроде этого. И была ещё одна, он называл её Польди.

– Сокращённое от Леопольдины, – заметил Смит, – австрийка?

– Акцент был похож на немецкий.

– Вы видели кого-нибудь из них в лицо? – спросил Контролер.

– Нет. Только говорила по телефону.

– Не знаешь, спал он с какой-нибудь из них? – опять вмешался Смит.

Контролер смущённо кашлянул. По его мнению, Смиту стоило использовать более корректное выражение. «Был близок», например.

Не поднимая глаз, Элис ответила:

– Мужчины обычно спят со своими подружками, не так ли?

– Не знаешь, где они жили?

– Нет. Но у меня могли остаться их номера, в старых записных книжках.

– Поищи, может найдёшь их, хорошо?

– Как ты?

– Вполне.

– Они были удовлетворены?

– Контролер сказал: «Умная девочка. Ещё бы немного таких нам совсем не помешало.

Эбботт улыбнулся.

– Но они уже вычислили, что ты живёшь с женщиной.

– Как и ещё двадцать миллионов мужчин в этой стране. Процесс исключения обещает быть долгим. Ладно, куда идём сегодня?

– Ну, в «Керзоне» как раз новый фильм, хотела его посмотреть… – она тряхнула головой, – Нет. Выходить сейчас – безумие. Зачем тебе ненужный риск?

– Но сегодня замечательный день. Может быть лучший – на очень долгое время. Кто знает? Как насчёт съездить за город? Сесть в этот твой, как его?

– «Флоренс».

– «Флоренс». Устроить пикник, поваляться на солнце…в общем, всё, что делают влюблённые.

– Здорово! Как здорово! Нет. Нет, мы не можем. Такой риск.

Он притянул её к себе. Поцеловал глаза, уши, в лоб и, в конце концов, в губы с такой нежностью, что у неё перехватило дыхание.

– Время, – прошептал он между поцелуями, – это всё, что у нас есть. И его не слишком много.

– Но…

– Никаких «но».

– Если ты меня не отпустишь, я вообще думать не смогу. Нет, не отпускай. Что угодно, только не отпускай.

Он отпустил её. Элис вздохнула и вздрогнула, будто просыпаясь ото сна.

– Что возьмём?

– Портвейна бутыль.

– Я насчёт поесть.

– Не знаю. Сэндвичи. Что хочешь.

– Немного паштета, немного сервелада…почему ты улыбаешься?

– Разное. Например, ты.

– Ты считаешь, что я забавная?

– Да. И очень привлекательная.

19.

Смит с министром приехали в Питерсфилд к обеду и застали Нджалу в превосходном настроении. Его ожидал прекрасный день и ещё более прекрасная ночь.

Итак, чем он может быть полезен джентльменам?

– Как вы знаете, – начал министр, – президент торговой палаты с двумя советниками прибудут для продолжения переговоров сегодня после обеда…

– Поразительно, не так ли? Госслужбы работают в воскресенье, звёзды срываются с небес, мир летит кувырком.

35
{"b":"1145","o":1}