ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Экономический продовольственный кризис нами не преодолен только потому, что главные силы и средства страны поглощаются войной, которую зверски навязывает нам английский и французский капитал. Мы надеемся в ближайшие месяцы справиться с нашими врагами, – тогда все силы и все средства страны, весь энтузиазм и пыл передового пролетариата будут направлены на пути нового хозяйственного строительства.

Мы справимся с хозяйственной разрухой и недостатком продовольственных средств, как мы справились с Колчаком, как справимся с Деникиным. Наши победоносные батальоны в степях Сибири и на путях к Туркестану порождают взрыв революционного энтузиазма в среде угнетенных народов Азии. И в то же время мы ни на минуту не сомневаемся, что близок час решительной помощи с Запада, близок час социальной революции во всех странах Европы.

Чем глубже торжество милитаризма, вандализма и социал-предательства буржуазной Франции, тем суровее будет восстание пролетариата, тем решительнее его тактика, тем полнее его победа.

В наших временных неудачах и в наших решающих успехах мы ни на минуту не забываем о вас, дорогие друзья. Мы знаем, что дело коммунизма во Франции находится в честных и твердых руках.

Да здравствует революционная пролетарская Франция!

Да здравствует мировая социальная революция!

Петроград. 1 сентября 1919 г.

«Коммунистический Интернационал» N 5, сентябрь 1919 г.

Л. Троцкий. ФРАНЦУЗСКИЙ СОЦИАЛИЗМ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

Внутреннее положение во Франции полно глубочайших противоречий. Эти противоречия кажутся подчас даже загадочными: мы слишком мало получаем сведений, чтобы разобраться во всех зигзагах внутреннего развития Франции. В течение последних недель радио приносили нам вести о стачках, демонстрациях, волнениях, о нарастающем революционном прибое. В то же время последние радиограммы сообщают о полной победе империалистской реакции на парламентских выборах[132]. Явное противоречие на первый взгляд! А между тем, это противоречие как нельзя лучше объясняется теорией коммунизма (марксизмом) и как нельзя ярче подтверждает ее правильность.

Парламентаризм – оружие буржуазного господства. Парламентаризм тем более оказывается пережившим себя, чем глубже мы входим в эпоху пролетарской революции. По мере того, как рабочее движение во Франции принимает форму первых этапов гражданской войны, средства и орудия парламентаризма все открытее становятся достоянием капиталистических клик, аппаратом их классовой самообороны.

Победа клемансистской реакции на выборах – не опровержение близости пролетарской революции во Франции, а, наоборот, самое яркое ее подтверждение. Вместе с тем эти дополняющие друг друга контрасты: рост реакции в парламенте, рост восстания на улице – являются неопровержимым доказательством того, что во Франции, в стране так называемой «демократической республики», господство пролетариата осуществится не через посредство механизма буржуазной демократии, а в форме открытой классовой диктатуры, тем более беспощадной, чем неистовее будет сопротивление победоносной империалистской буржуазии. 

В какой мере революционная Франция политически и организационно подготовлена к пролетарской диктатуре?[133]

Необходимо сразу признать огромные трудности, которые предстоит в этом отношении преодолеть. Франция была искони страной социалистических и анархических сект, враждовавших между собой на поле рабочего движения. Единство социалистической партии было достигнуто и обеспечено после жесточайших междоусобий всего лишь за несколько лет до империалистской войны. И правый фланг и левый одинаково дорожили этим единством. Между тем, на опыте войны обнаружилось, что французская партия, как и французские синдикаты (профессиональные союзы), насквозь разъедена соглашательством, шовинизмом и всеми реакционными мелкобуржуазными предрассудками, какие только существуют на свете.

Французский пролетариат имеет славное революционное прошлое. Он одарен от природы и от истории превосходным боевым темпераментом. Но в то же время он знал слишком много поражений, разочарований, измен и предательств. Единство социалистической партии и синдикальной организации[134] было его последней великой надеждой до войны. Крушение этой надежды болезненно отозвалось на сознании передовых рабочих и привело пролетарское движение Франции к длительному параличу. И сейчас, когда свежие, политически еще мало искушенные массы напирают на устои буржуазного общества, несоответствие между старой организацией и объективными задачами движения обнаруживается во всей своей силе. Отсюда вытекает не только вероятность, но неизбежность могущественных массовых движений, прежде чем новая организация окажется подготовленной для руководства ими.

Совершенно очевидна необходимость заблаговременно создавать опорные организационные пункты на местах, обладающие всей необходимой самостоятельностью, не связанные дисциплиной старых политических или профессиональных организаций, способные в любой момент стать во главе движения. Наши французские товарищи этим именно и поглощены. Если в первое время революционные группировки окажутся слишком слабыми для подлинного руководства движением, то они затем, после первого революционного прибоя, быстро пополнятся, усилятся, укрепятся в самой борьбе.

Насколько можно судить издалека, в этой двойной задаче – строить организационно почти заново и в то же время руководить быстро развертывающимся движением масс – и состоит главная трудность революционной работы во Франции в настоящий момент.

«Стачки вспыхивают, – говорит мужественный революционный синдикалист Монатт, – со всех сторон». А внутренняя несостоятельность «не позволяет Всеобщей Конфедерации Труда руководить ими». Нужен новый аппарат. Но движения нельзя отсрочить до того момента, когда будет создана необходимая организация руководства. С другой стороны, стихийно возникающие стачки, которые имеют тенденцию превратиться в решающие революционные события, не могут привести к победе без подлинной революционной организации, такой, которая не лжет пролетариату, не обманывает его, не прячется от него, не пускает ему пыли в глаза, не предает его за кулисами парламентаризма или экономического соглашательства, а непреклонно ведет до конца. Такую организацию еще только нужно создать. «Куда мы идем? От недовольства к недовольству, от забастовки к забастовке, от стачки полуэкономической, полуполитической к стачке чисто политического характера. Идем прямо к низвержению буржуазии, т.-е. к революции. Недовольные массы большими шагами продвигаются по этому пути». Так пишет газета Монатта и Росмера («La Vie Ouvriere»).

Задача революционных представителей французского пролетариата состоит в том, чтобы с центральным ядром коммунистов, (как социалистического, так и синдикалистского происхождения), хотя бы и небольшим по численности, но ясно сознающим цели движения, тесно связать всех тех новых вождей, которые выдвигаются в процессе стачек, демонстраций и всех вообще проявлений подлинного массового движения. Задача состоит в том, чтобы, не пугаясь трудностей, брать на себя уже сейчас руководство стихийно возникающим движением и укреплять на этой почве собственную организацию, как аппарат прямого восстания пролетариата.

Это предполагает, в свою очередь, полный разрыв с дисциплиной контрреволюционных организаций, какими по существу, т.-е. в отношении основной задачи движения, являются партия Реноделя-Лонге и синдикаты Жуо[135] Мерргейма[136].

Если 21 июля, когда была назначена стачка протеста против вмешательства Антанты в русские дела, рабочие массы откликнулись очень скупо, то винить в этом приходится не их. В течение нескольких последних лет рабочих вообще, а французских в особенности, обманывали с таким напряжением, с такой дьявольской изобретательностью и с такими трагическими последствиями, как никогда. Те вожди, которые заученными фразами звали рабочих к борьбе против капитала, осенью 1914 г. открыто надели на себя в большинстве своем ливрею империализма. Официальные организации синдикатов и партии, с которыми передовые рабочие привыкли связывать идею освобождения, стали орудием капитала. Этот факт не только создал для рабочего класса невероятные организационные затруднения, но и стал причиной глубокой идейной катастрофы, от которой тем труднее оправиться, чем большую роль играла старая организация в жизни передовых слоев пролетариата.

вернуться

132

Парламентские выборы и стачки, демонстрации во Франции. – Осень 1919 г. ознаменовалась во Франции рядом революционных выступлений. Франция только что вышла из четырехлетней войны, демобилизованные армии возвращались домой, дороговизна росла чрезвычайно. На почве требований 8-часового рабочего дня и повышения зарплаты возникает ряд забастовок. Стачки большей частью сопровождались демонстрациями и кровавыми столкновениями с полицией. К экономическим требованиям присоединяются политические лозунги: невмешательство в дела Советской России и амнистия. Из крупных стачек надо отметить забастовку сельскохозяйственных рабочих в начале сентября. В городе Марселе бастуют портовые рабочие. Из солидарности к ним присоединяются моряки, и один из крупнейших портов Франции замирает. В «освобожденной» Лотарингии в октябре вспыхивает забастовка 50.000 металлистов. В городе Метце к ним присоединяются рабочие водопровода, газового завода и электростанций. Здесь положение обострилось настолько, что было объявлено осадное положение. В Париже, накануне и во время выборов в парламент, в середине ноября бастуют печатники, и столица остается совершенно без газет.

В такой обстановке проходит кампания выборов в парламент. Перед опасностью революции все многочисленные буржуазные партии объединяются в один национальный блок под лозунгом борьбы с большевизмом. Национальный блок привел в действие могущественный аппарат буржуазной агитации; к Парижу «на всякий случай» были стянуты большие отряды войск. Объединенным силам правого блока удалось запугать мелкую буржуазию и крестьянство призраком «большевистских ужасов» и, благодаря этому, одержать крупную победу. Впрочем, значительная часть населения вообще уклонилась от парламентских выборов. Итоги выборов, происходивших 16 ноября 1919 г., были таковы: левые: объединенная социалистическая партия – 55 депутатских мест, отколовшиеся социалисты (правые) – 5; центр: радикалы и радикал-социалисты – 80 мест; промежуточная группа: республиканцы-социалисты – 26 мест; правые, национальный блок: республиканско-демократический союз – 184 места, фракция республиканского и социального действия – 47, республиканцы-демократы левые – 93, левые республиканцы – 60, всего национальный блок получил 384 места; крайне правые: консерваторы и роялисты – 74 места. По словам одной буржуазной газеты, это был самый реакционный парламент со времени выборов в 1870 г. 

вернуться

133

Мы пользуемся в дальнейшем полученной нами пачкой революционно-синдикалистского еженедельника «La Vie Ouvriere»[162] за июнь-сентябрь. Во главе этой газеты стоят наши французские друзья Монатт и Росмер, ни на минуту не опускавшие своего знамени в эпоху величайшего распада и ренегатства так называемых «вождей».

вернуться

134

Объединение социалистической партии Франции. – Социалистическое движение Франции издавна отличалось раздробленностью, обилием группировок. В 1879 г. Гедом и Лафаргом была основана социалистическая рабочая партия, придерживавшаяся марксистских принципов. Но уже через 3 года от партии откололась группа поссибилистов, проводившая оппортунистическую, реформистскую политику (см. примечание 19). От поссибилистов откололись в свою очередь в 1890 г. аллеманисты, которые главное внимание обращали на работу в профсоюзах и проповедовали идею всеобщей стачки. Кроме того, существовали еще группы бланкистов и независимых. Бланкисты, сторонники заговорщической тактики, считали, что для успеха пролетарской революции достаточно крепкой организации революционеров, конспиративно подготавливающих вооруженное восстание; роль масс заключается при этом, по мнению бланкистов, в присоединении к восставшим революционерам в случае их победы. Федерация независимых социалистов включала в себя отдельных интеллигентов, не примыкавших ни к одному из вышеперечисленных течений, но стоявших на точке зрения сотрудничества с буржуазией. В 1898 г. под давлением усилившейся реакции в этих группах стало обнаруживаться стремление к объединению. Вступление Мильерана в буржуазное министерство (в 1899 г.) дало повод к новым разногласиям. Все социалистическое движение Франции раскололось на министериалистов и революционеров. Левые, т.-е. гедисты и бланкисты, образовали в 1901 г. «социалистическую партию Франции». Остальные части (поссибилисты, независимые, аллеманисты) объединились во «французскую социалистическую партию».

В 1904 г. на международном социалистическом конгрессе в Амстердаме была сделана попытка к объединению этих двух партий, увенчавшаяся успехом. В 1905 г. в Париже состоялся объединительный конгресс, на котором образовалась единая социалистическая партия под названием «социалистическая партия, французская секция рабочего Интернационала», насчитывавшая 34.000 членов и до 40 печатных органов. Под давлением гедистов, принятая объединенной партией программа говорила о классовой борьбе, о революционных методах в противовес реформистским и т. д. Тем не менее, деятельность партии, включавшей в себя много реформистских элементов, имела не революционный, а оппортунистический характер и привела в 1914 г. всю партию в лагерь социал-патриотизма. 

вернуться

135

Жуо – главный секретарь Всеобщей Конфедерации Труда (т.-е. Центрального Совета Проф. Союзов); бывший революционный синдикалист, антимилитарист, с 1914 г. – ренегат, патриот.

вернуться

136

Мерргейм – секретарь синдиката (проф. союза) металлистов, в начале войны – правый циммервальдец, ныне собрат Жуо.

32
{"b":"114601","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Искусство счастливых воспоминаний. Как создать и запомнить лучшие моменты
Маги без времени
Скелет в шкафу
Неслучайная жертва
Ледяной трон
Сад надежды
Джедайские техники. Как воспитать свою обезьяну, опустошить инбокс и сберечь мыслетопливо
Урок седьмой: Опасность кровного наследия
Кето-кулинария. Основы, блюда, советы