ЛитМир - Электронная Библиотека

Нил лениво катил свои воды, веками наблюдая за победами и поражениями человека. Он как будто понимал суетность человеческой жизни в бесконечности времени. Она оставалась такой же, как и сотни, даже тысячи лет назад. Уинни увидела собственными глазами то, о чем она только читала. И каждая интересная деталь должным образом заносилась в постоянно пополнявшийся записями дневник.

Каир превзошел все, что она могла представить в своем богатом воображении. Город величественно возвышался над плоской равниной дельты, как сказочное видение. Минареты устремлялись в небо, пробивая вечную дымку, окутывавшую город далеко не волшебным туманом, который боги посылают, чтобы напомнить жалким сметным о скоротечности жизни и величии ушедших фараонов, а чадом бесчисленных очагов, служивших для приготовления пищи.

Город был перекрестком, где сходились дороги со всего концов света. Караваны, направлявшиеся с товарами в Кашмир, Дамаск, Тимбукту, давали жизнь каирским базарам, заваленным кучами бесполезных или бесценных вещей. Николас вел их по улицам так быстро, что Уинни не успевала насладиться экзотическими видами и звуками Она решила, что до отъезда сама изучит все уголки таинственного города.

Они должны были остановиться в европейском квартале, где условия были значительно лучше, чем во многих местах по соседству. Квартал обладал особым преимуществом в виде огромных деревянных дверей, которые плотно закрывались во время чумы или бунта. Но помещения, на которые они рассчитывали, оказались заняты, и вся компания отправилась в Булак, главный порт Каира. Здесь богатые жители построили себе роскошные летние дворцы с садами-оазисами, дающими прохладное зеленое укрытие от солнца, жары и духоты.

Николасу удалось снять виллу на время их короткой остановки. Наутро все были готовы продолжить путешествие по Нилу, как только Николас с Эриком вернутся с разрешением, которое в Египте необходимо даже для того, чтобы воткнуть лопату в песок. Из сострадания к Эрику было решено отказаться от путешествия по воде, а отправиться по суше вдоль берега реки. Сабрина с дочерью чем-то занимались у себя в комнате. Уинни в одиночестве стояла в саду, наслаждаясь тропической растительностью и приятной тенью.

Мэтт сказал ей о просьбе Сабрины, и Уинни была в восторге от того, что ее первое настоящее приключение оправдывает все ее надежды и мечты. Мэтт тоже оправдал ее надежды. Американец был смелым, решительным, настоящим воплощением героя, каким она представляла его себе по книгам. Дерзкий и даже опасный капитан вызывал у нее неожиданные и неведомые ранее чувства. Днем они обменивались тайными страстными взглядами, а их ночи были наполнены запретными ласками и восторгами от пронзительно-острых ощущений.

Конечно, она была влюблена. Ничем иным нельзя было объяснить лихорадочное биение ее сердца или невольную дрожь, пробегавшую по телу, стоило ему лишь взглянуть в ее сторону. Но она никогда не признается ему в своих чувствах. Она столько прочитала и знала, как легко потерять такого героя, стоит лишь раскрыть ему свою душу. Уинни не надеялась, что время, проведенное вместе, будет долгим. Он уже заявил, что не станет сопровождать ее по пустыне. Ее практичная натура подсказывала, что она должна довольствоваться тем, что они вместе сейчас, и не строить планов на будущее. Она предполагала, что разлука будет тяжелой, но даже мучительная боль — недорогая цена за пронзительное чувство, которое, без сомнения, было любовью.

Его запах, жар его тела, его страсть она ощутила еще до того, как он обнял ее. С блаженным вздохом она прильнула к нему. Он прошептал ей на ухо:

— Знаешь, нам не обязательно идти с ними. Мы можем остаться здесь, в Каире. Это очень интересное место, Уинни. Как раз для твоих приключений.

Она засмеялась и посмотрела ему в лицо. Солнце сверкало в ее глазах, и он чувствовал близость ее тела.

— Но, капитан, даже ради столь великолепного города, как Каир, я не пожертвую таким приключением. Поиски сокровищ среди пирамид Египта? Такой возможности у меня, вероятно, больше не будет.

— Не могла бы ты отказаться, — он помедлил, стараясь поймать ее взгляд, — ради меня?

Ее сердце дрогнуло, но она усилием воли заставила себя остаться спокойной.

— Думаю, ты не пожелаешь слишком долго присматривать за уже немолодой старой девой. — В ее беспечных словах послышалась печаль. — Тебе, без сомнения, это скоро надоест, и нам придется расстаться. А я пропущу великолепное приключение, которое вот-вот начнется.

— Уинни, я…

— Уинни, Мэтт!

Голос Сабрины нарушил их уединение, и они отшатнулись друг от друга, как дети, пойманные в момент шалости. Уинни замечала, что последнее время ее невестка как-то странно на нее посматривает. Сабрина, очевидно, ничего не сказала Николасу. Брат неблагосклонно отнесся бы к их отношениям и, вполне возможно, вызвал бы Мэтта на дуэль. Уинни не представляла себе, кто победит, и не испытывала желания это узнать.

— Вот вы где. — Из-за поворота показалась Сабрина. — Уинни, не могла бы ты помочь Белинде? Она пытается уложить свои вещи, и у нее ничего не получается. Понять не могу, зачем ей столько одежды. Если бы нам удалось убедить ее отказаться от платьев и воспользоваться более практичной мужской одеждой, которую носим мы, жизнь стала бы намного проще для нас всех.

— Посмотрю, чем я смогу помочь.

Уинни бросила последний долгий взгляд на Мэтта и поспешила к Белинде.

Мэтт с мрачным видом смотрел ей вслед.

Сабрина, прищурившись, обратилась к Мэтту:

— Всю неделю я не могу выбрать минуту, чтобы побыть с тобой наедине. Мэтт, мы должны поговорить.

Взгляд Мэтта все еще был устремлен в ту сторону, а скрылась Уинни.

— В чем дело?

Сабрина собралась с духом:

— Николас все знает, Мэтт.

Мэтт нахмурился и пожал плечами.

— Меня это не удивляет. Рано или поздно он должен был узнать. Я даже удивлен, что все тихо. И пока он еще не грозился убить меня или сделать что-нибудь похуже. Мне бы очень не хотелось так поступить с ней.

— С ней? — растерянно спросила Сабрина. — С кем? О чем ты говоришь?

Мэтт сердито посмотрел на нее:

— А ты о чем говоришь?

— Я говорю о нас с тобой и о нашем прошлом. Я говорю о наших прошлых делах. — В ее голосе чувствовались раздражение и некоторый сарказм. — Может быть, ты забыл о наших делишках? Скалы? Море? Ночные встречи? Явное нарушение законов? И, черт побери, контрабанду! Он еще не знает о моей причастности к этому, но знает о тебе.

Лицо Мэтта просветлело.

— Так он знает. Прошло столько времени, что я сомневаюсь, что он что-то сможет сделать. Мы не на английской земле, и я не англичанин.

Неужели Мэтт всегда был таким тупым? Почему она не может заставить его понять? Сабрина тяжело вздохнула и сделала еще одну попытку:

— Возможно, я плохо объяснила. Он знает о тебе благодаря названию корабля, который ты так любезно назвал в мою честь.

— Ты так и не поблагодарила меня за это, — заметил он с наглой усмешкой.

— И никогда не поблагодарю. Это оказалось причиной всех его подозрений.

— Я все равно не понимаю…

— Мэтт, тем агентом был Николас. Правительственным шпионом, который почти раскрыл мою тайну, — у нее вырвался стон. — Тем человеком, которого я оглушила ударом по голове дважды и оставила на берегу. Она повысила голос: — Тем самым, которого я поцеловала там в пещере.

Насмешливые морщинки собрались в уголках его глаз,

— Ты никогда мне не говорила, что целовала его.

— Да, это был глупый порыв, о котором я сожалею.

Сабрина скрестила на груди руки. «Странно, что Николас в своем рассказе не упомянул о поцелуе. Почему он скрыл эту единственную подробность?» Она наморщила нос.

— Он, очевидно, думает, что леди Би не только преступница, но и потаскушка. Все десять лет он сокрушался и переживал, что не сумел поймать меня.

— И за этого человека ты вышла замуж? — изумился Мэтт.

Вид у нее был несчастный, она кивнула.

41
{"b":"1147","o":1}