ЛитМир - Электронная Библиотека

Он долго смотрел ей в глаза, почти теряя надежду разрушить барьер, который она воздвигла. Что-то внутри ее оборвалось, и глаза потемнели. Лицо ее изменилось, она с облегчением вздохнула:

— Черт бы побрал тебя, Николас! Это дьявольски несправедливо!

Он усмехнулся в ответ на ее ругательства и, переполненный радостью, обнял ее.

— Знаю, любовь моя. Я никогда с легкостью не признавал своего поражения.

Она, уткнувшись в его грудь, прошептала:

— А я вообще не признаю поражений.

Он тихо рассмеялся над ее чистосердечным признанием.

Глава 20

Отдельные факты, обрывки воспоминаний внезапно сложились в четкую картину. Как он мог оказаться настолько глупым, чтобы не понять этого раньше. Мэдисон… его сестра… леди Би…

— Бри! — задыхаясь от гнева, произнес он хриплым голосом.

Она с недоумением отшатнулась от него:

— Ради Бога, что случилось?

— Это была ты! Это была ты! — В его ожесточенном тоне слышались боль, гнев и презрение.

— Что ты хочешь этим сказать… — И вдруг она поняла и отчаянно затрясла головой: — Николас, я…

— Что ты? — резко перебил он. — Ты осмелишься мне возражать и говорить, что ты не та женщина, которую я искал десять лет? Не пресловутая леди Би? Не та изменница-контрабандистка, бросившая меня, приняв за мертвого, десять лет назад на пустынном берегу?

— Это вздор, Николас, — быстро сказала она. — Я никогда не желала твоей смерти.

— Уместное замечание, — презрительно заметил он. — Полагаю, это несколько должно меня утешить. Каким же я был идиотом, что не понял этого раньше. Все было так ясно. — Он с трудом держал себя в руках. — Интересно, ты с самого начала считала меня дураком? Помолвка наших детей, наша поспешная свадьба тоже входило в твои планы?

— Конечно, нет. — Она умоляюще смотрела на него. — Я лишь совсем недавно поняла, кто ты.

Он язвительно рассмеялся.

— В самом деле, моя дорогая? И когда же ты сделала это великое открытие?

— Когда мы впервые занимались любовью, там, на корабле, — чуть слышно прошептала она.

Достаточно было взглянуть на нее, чтобы его сердце сжалось. Но он не позволил жалости помешать ему. Слишком сильным, слишком болезненным и настойчивым казалось ощущение, что его предали.

Он схватил ее за талию и грубо привлек к себе.

— Почему я должен верить тебе? Десять лет ты изображала добропорядочную светскую даму. Поздравляю. Твое искусство превосходило самую лучшую игру, которую я видел на лондонской сцене. — Он наклонился к ее лицу. — Это была игра, Сабрина? Ты притворялась?

Прижав ее к себе, он схватил ее за волосы и поцеловал с яростью и ожесточением, как бы давая ей почувствовать свою боль и страдание, переполнявшие его сердце.

Он резко, со злостью оттолкнул ее. Губы Сабрины горели, волосы рассыпались. Он с торжеством увидел в ее глазах боль и обиду и на мгновение почувствовал жалость и стыд.

— Ты помнишь наш первый поцелуй? — Она молча кивнула. — Я тогда подумал: какая женщина может так смело целовать мужчину? Скажи мне, Сабрина, когда ты говорила, что за тринадцать лет ты ни разу не спала с мужчиной, — понизив голос, грубо потребовал он, — это тоже было ложью?

— Во всем, что касается нас, я никогда не лгала, — тихо ответила она с такой искренностью, что нельзя было не поверить ей.

— Ни разу? — Он с горечью рассмеялся. — Прости, но меня не очень убеждает твое заявление. Невольно задумаешься, как женщина, так легко обманувшая свою страну, не сможет солгать или предать своего мужа. Человека, которого, как она заверяет, любит. Для такой женщины это было бы большим соблазном. Ради того, чтобы использовать его в своих целях, чтобы удовлетворить свои собственные… — он смерил ее презрительным взглядом, — желания. Или ради его богатства?

Неожиданно она ловко выскользнула из его рук и с силой ударила его по лицу, застав врасплох. Казалось, звук пощечины эхом прозвенел в ночном воздухе. Теперь в ее глазах были не только боль, но и гнев.

— Повторяю, я никогда не лгала.

Он с обиженным видом потер покрасневшую щеку.

— Это слабое утешение для моей несчастной души. Однако хочется надеяться, что хотя бы что-то между нами не было притворством.

— Что ты теперь намерен делать?

Он столько лет думал о том, что сделает, если когда-нибудь поймает неуловимую леди Би. Теперь уже леди Би не интересовала никого на свете. Кроме него самого. Он будет совершенно прав, если отвезет ее обратно в Англию и бросит в Ньюгейтскую тюрьму. Он будет совершенно прав, если публично разоблачит ее, разрушив образ добропорядочной строгой леди в глазах общества. Он во многом будет совершенно прав.

— Не знаю, — холодно ответил он. Она выпрямилась и вздохнула.

— Ты хотя бы выслушаешь мои объяснения?

— Что ты хочешь объяснить? — жестко бросил он. — Прошлое? Или настоящее?

Она смотрела на него глазами, полными печали. Затем словно тень пробежала по ее лицу. Оно теперь не выражало никаких чувств. Спокойная сдержанность и самообладание, лицо светской леди Сабрины. К ней вернулась привычка, приобретенная и доведенная до совершенства за многие годы притворства,

— Я буду в своей палатке, когда ты решишь, какие шаги тебе следует предпринять. — Она направилась к себе.

— Сабрина! — нарушил тишину его голос, и она остановилась. — Ты говорила мне о чести.

Он подавил терзавшие его чувства, стараясь оставаться таким же спокойным, как и она. Но не сумел скрыть муку и неуверенность.

Она не обернулась, и словно холодом повеяло от ее слов:

— А вы, милорд, говорили мне о любви.

Еще несколько шагов, и ее скроет от него темнота. Еще несколько шагов, и она даст волю чувствам. Еще несколько шагов, и ей можно будет броситься на землю и рыдать от отчаяния.

Она добралась до палатки и вошла внутрь.

— Сабрина? — сонным голосом приветствовала ее Уинни. — Мы пытались не заснуть, ожидая вас. Вы нашли золото?

Золото. Она совсем забыла о золоте.

— Оно оказалось фальшивым, Уинни. Это была ужасная шутка!

— Но как? Почему?

— Спи, Уинни, — устало произнесла Сабрина. — Я все расскажу тебе утром,

— Хорошо. — Уинни зевнула и пробормотала: — Золото или не золото, все равно, думаю, приключение было великолепным.

Сабрина горько усмехнулась. Действительно, это было приключение, и, вероятно, последнее в ее жизни. Или это был конец приключению, начавшемуся в далеком прошлом? Что сейчас делает Николас? Узнав правду, он явно воспринял все как предательство и рассердился. Без сомнения, он считал, что она использовала его в своих целях. Но он же говорил, что любит ее, Любовь Николаса. Смешно. Она с самого начала подозревала, что этот распутник не ведает, что такое любовь. И когда наступил момент истины, ее самые худшие опасения оправдались.

Как забавно, что Николас думал, что его обманули как дурака, в то время как ее глупость была несравнимо большей. Она искренне верила, что он все-таки полюбил ее. Или может быть, ей так хотелось в это верить, что она забыла о его истинном характере. Она зарылась в одеяла и обхватила руками голову. Больше всего на свете ей хотелось дать волю разрывавшему ее душу страданию. Она хотела безудержно рыдать до тех пор, пока не утратит способности что-либо видеть, слышать или чувствовать. Она потеряла Николаса, хотя очевидно, что он никогда не принадлежал ей. Что он теперь сделает? Ее судьба, ее жизнь были в его руках.

Ее боль утихла, сменившись все нарастающим страхом. Она не пойдет в тюрьму. Она не хочет провести остаток своих дней в сырой мрачной темнице или, хуже того, быть высланной из страны. Тем более, за события десятилетней давности. Даже когда умер Джек, оставив ее без гроша, она не испытывала такого невыносимо безумного страха, от которого исчезали все разумные мысли. Она должна бежать. Сейчас же. Бежать как можно быстрее и как можно дальше. Она заставила себя успокоиться, попытаться действовать хладнокровно. Иначе побег невозможен.

57
{"b":"1147","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Instagram. Секрет успеха ZT PRO. От А до Я в продвижении
Созвездие Хаоса
Обреченные на страх
Витающие в облаках
Психология лентяя
Фима. Третье состояние
Я знаю, когда ты лжешь! Методы ЦРУ для выявления лжи
Око Золтара
Лжедмитрий. На железном троне