ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Стейнар должен вот-вот вернуться, – сказал я ему. – Я верю, что он благополучно доберется домой.

– О нет, – беззаботно возразил отец. – Уже семь дней дует сильный ветер, и я не сомневаюсь, что Атальбранд побоится выпустить его в плавание из Лесё.

– Или, может быть, сам Стейнар найдет, что дом Атальбранда настолько приятное место, что не станет спешить с отъездом оттуда, – продолжил Рагнар, присоединившийся к нам после возвращения с охоты. – Там хорошее питье и веселые глазки.

Я уже готов был резко ответить ему, так как Рагнар уязвил меня своим выпадом против Стейнара, которого, как мне было известно, он ко мне ревновал, видя, что я люблю молочного брата больше, чем родного. Но как раз в этот момент из-за деревьев, окружавших дом, вышли трое мужчин и подошли к мосту. Одновременно огромные овчарки Рагнара подняли яростный лай и бросились на незнакомцев. Некоторое время ушло на то, чтобы схватить и успокоить собак, после чего мужчины, все пожилого возраста, с внушительной внешностью, перешли через мост и поздоровались с нами.

– Это дом Торвальда из Аара, не так ли? Это здесь проживает Стейнар, да? – спросил один из них.

– Да, Торвальд – это я, – ответил отец. – Стейнар живет здесь со дня своею рождения, но его сейчас нет дома, так как он уехал к Атальбранду из Лесё с визитом. А кто вы? И зачем вам нужен Стейнар, мой приемный сын?

– Когда вы нам расскажете историю Стейнара, тогда мы сообщим, кто мы такие и чего мы хотим, – объяснил мужчина и добавил: – Не пугайтесь плохих вестей, скорее они очень хорошие, если он – тот человек, кого мы ищем.

– Жена! – позвал отец. – Подойди сюда. Здесь человек хочет узнать историю Стейнара и говорит, что желает ему добра.

Мать подошла, и мужчина поклонился ей.

– История Стейнара совсем короткая, – сказала она. – Его мать, Стейнгерда, бывшая моей кузиной и подругой детских лет, вышла замуж за великого конунга Хакона из Эгера двадцать два года назад. Год спустя после замужества, как раз перед рождением Стейнара, она убежала оттуда и пришла сюда, ко мне, попросив убежища у моего мужа. Она рассказала, что поссорилась с Хаконом, так как ее место заняла другая женщина. Выяснив, что ее история правдива и что Хакон действительно плохо поступил с нею, мы предоставили ей убежище. И здесь у нее родился сын Стейнар, дав жизнь которому, она умерла… из-за больного сердца, как мне кажется, так как она почти потеряла рассудок от горя и ревности. Я вынянчила его вместе с моим сыном, Олафом, вот он, и, хотя Хакон получил известие о рождении сына, он никогда не требовал его у нас. Так он и живет у нас до сих пор, как наш сын. Вот и вся история. А теперь скажите, зачем вам Стейнар?

– А вот зачем. Конунг Хакон и трое его сыновей от той, другой женщины, о которой вы говорили (после смерти Стейнгерды он на ней женился) и которая умерла, все утонули восемнадцать дней назад, укрываясь ночью от сильнейшего шторма.

– Как раз в тот день, когда медведь едва не убил Стейнара, – перебил я его.

– Что ж, молодой господин, ему повезло, что он спасся от медведя, так как теперь он, как нам кажется, будет владеть землями Хакона и его людьми, ибо он единственный оставшийся в живых мужчина из числа прямых наследников конунга. Об этом по желанию старейшин Эгера, где находится дом Хакона, мы и прибыли сообщить Стейнару, если он еще жив, так как нам стало известно, что он добрый человек и храбрый мужчина… И он должен занять место Хакона.

– Велико ли наследство? – поинтересовался отец.

– Да, очень велико. Во всей Ютландии не было человека богаче Хакона.

– Клянусь Одином! – воскликнул отец. – Кажется, Стейнар – любимец норн 3. Хорошо, люди Эгера, входите в дом и отдыхайте, а после мы с вами продолжим обсуждение этого дела.

И как раз в этот момент я увидел группу всадников, показавшихся между деревьями, на дороге, что вела к морю. Впереди скакала женщина, одетая в меховой плащ, оживленно беседовавшая с мужчиной, ехавшим рядом. Чуть сзади, обвешанный оружием, ехал другой мужчина, крупный и с раздвоенной бородой, мрачно осматривавшийся вокруг. Позади них двигались человек двадцать воинов, моряков и рабов.

Мне было достаточно одного взгляда, и я вскочил, закричав:

– Это Идуна! Сама Идуна с моим и ее братом Стейнаром. И Атальбранд со своими людьми! Красивое зрелище! – Я был готов броситься им навстречу.

– Да, это они, – подтвердила мать. – Но подождите их здесь, умоляю вас. Вы еще не совсем оправились, сын мой. – И она обняла и удержала меня.

Вскоре всадники были уже на мосту, и Стейнар, соскочив с лошади, поднял Идуну с седла. Увидев это, моя мать нахмурилась. Я больше не мог сдерживаться и побежал вперед, на бегу выкрикивая приветствия. Схватив руку Идуны, я поцеловал ее. Конечно, я поцеловал бы ее и в щеку, но она отстранилась со словами:

– Не в присутствии этих людей, Олаф.

– Как вам угодно, – сказал я, но меня пронзило холодом, как я подумал, из-за леденящего северного ветра. – Скоро станет свежо, – произнес я насколько мог весело.

– Да, – поспешно ответила она. – Но, Олаф, какой вы бледный и худой! Я надеялась найти вас уже выздоровевшим и, не зная, как вы поживаете, решила приехать и посмотреть собственными глазами…

– Вы очень добры, – пробормотал я, так как уже повернулся, чтобы пожать руку Стейнару, добавив: – Мне-то хорошо известно, кто привез вас сюда…

– О нет, нет, – горячо воскликнула она, – я приехала сама.

– Прошу вас, пройдемте. Мой отец ожидает вас, Стейнара и других…

И мы направились туда, где Атальбранд, у которого, казалось, было плохое настроение, спешивался с лошади. Я, приветствуя его, снял шапку.

– Что я вижу! – проворчал он. – Это вы, Олаф? Я мог бы и не узнать вас, парень, так как вы выглядите больше похожим на жгут, скрученный из сена, чем на человека. Теперь, когда с вас сошло мясо, я вижу, что вам недостает и костей. Не то что некоторым другим! – И он кинул одобрительный взгляд на широкоплечего Стейнара. – Приветствую вас, Торвальд! Мы прибыли, хотя море чуть было не утопило нас, немного раньше намеченного времени, потому что… Ну, просто потому, что… я подумал: лучше приехать. Молюсь Одину, чтобы вы радовались нашему приезду больше, чем я рад видеть вас.

– Если так, друг Атальбранд, то почему вы не воздержались от поездки? – спросил мой отец, вспыхнув. Однако затем быстро проговорил: – Но не стану обижаться. Добро пожаловать к нам, со всеми вашими шуточками. И вы, моя будущая дочь, и вы, Стейнар, мой приемный сын. Вы прибыли в добрый час!

– О чем вы, отец? – отозвался Стейнар рассеянно, так как смотрел на Идуну.

– А вот о чем, Стейнар. Эти люди, – он указал на посланцев, – только что прибыли из Эгера с новостью, что ваш отец Хакон и ваши братья утонули. Говорят, что народ Эгера считает вас наследником Хакона, так как это действительно ваше право, по рождению.

– Вот как? – воскликнул Стейнар, сбитый с толку. – Что ж, я никогда не видел своего отца и потому не могу оплакивать его и моих братьев. Они мне не принесли ничего, кроме горя.

– Хакон! – перебил его Атальбранд. – Я его хорошо знал в дни юности, мы были товарищами во время войны. Он был богатейшим человеком в Ютландии, имел много скота и земель, рабов и запасов золота. Юный друг, к вам пришла необыкновенная удача! – Он посмотрел на Стейнара, потом на Идуну, покручивая свою раздвоенную бороду и бормоча про себя что-то такое, чего я не мог разобрать.

– Стейнар получит состояние, которое он заслужил! – обрадовался я, обнимая его. – Не зря же я спас его от медведя. Идите сюда, Идуна, поздравьте моего молочного брата.

– Да, я сделаю это от всего сердца, – с чувством произнесла она. – Радости и долгой жизни вам, вместе с величием и властью, конунг Эгера. – И она сделала реверанс, а ее голубые глаза пристально смотрели ему в лицо.

Но Стейнар отвернулся, ничего ей не ответив. Только Рагнар, стоявший рядом с ним, разразился смехом. Затем, взяв меня под руку, он повел меня в дом, говоря:

вернуться

3

Норны – в скандинавской мифологии женские божества, определявшие при рождении людей их судьбу, которую не могли изменить Даже всесильные боги.

6
{"b":"11471","o":1}