ЛитМир - Электронная Библиотека

Далее республиканское правительство устроило дело таким образом, что был вынесен официальный протест против аннексии, текст которого был заранее подготовлен и представлен лично для ознакомления чрезвычайному комиссару. Текст воззвания к народу в связи с объявлением об аннексии был передан для ознакомления президенту Бюргерсу, и по его предложению из него исключили один параграф. Фактически чрезвычайный комиссар и президент совместно с большинством членов исполнительного совета придерживались единого мнения относительно необходимости опубликования воззвания, их совместные усилия были направлены на предупреждение беспорядков и обеспечения правильного восприятия народом грядущих перемен.

И вот 12 апреля 1877 года, спустя три месяца после непрерывных переговоров и дискуссий, с официальным обращением к народу выступил м-р Осборн, вместе с которым находились еще несколько джентльменов из команды сэра Шепстона. Это был тревожный момент для всех. Вот что говорил поэтому поводу чрезвычайный комиссар в своем послании на родину:

«За последние две недели со стороны голландской интеллигенции и тех, кто недавно прибыл в страну, делалось все, чтобы возбудить чувство религиозного фанатизма у буров и спровоцировать их на вооруженный кровавый конфликт с тем, чтобы помешать осуществлению моих планов. Были напечатаны и распространены самые зажигательные призывы и воззвания к бурам… Было настоятельное требование, чтобы при мне находилась небольшая группа сопровождающих меня лиц, с которыми было бы легче справиться».

В стране с таким количеством отчаявшихся людей и фанатиков, ненавидящих все английское, вероятно нашлось бы несколько человек, – хотя подобный акт и был бы осужден общественностью, – считающих себя борцами за правое дело и поступающих справедливо, когда вместо грома оваций они на головы аннексионистов обрушили бы град пуль. Я не хочу сказать, что каждый из этих людей опасался за себя лично, так как вряд ли их можно упрекнуть в том, что свою жизнь они ценили выше жизни других людей, просто в тот момент было крайне необходимо, чтобы ради безопасности и спокойствия в стране и в целях успешного проведения самого мероприятия не было произведено ни единого выстрела. Если бы это произошло, то вполне возможно, что вся страна была бы втянута в хаос и кровавую бойню; началось бы вторжение зулусов, восстали бы кафры; в общем, как выразился Кетчвайо, «земля бы полыхала огнем».

Поэтому легко понять, какую тревогу пережили в этот час чрезвычайный комиссар, находящийся в правительственном доме, и его персонал – на Маркет-сквер, и насколько они были благодарны, когда толпа откликнулась на воззвание громкими криками «ура!» Заявленный сразу же после этого м-ром Бюргерсом протест был встречен почтительным молчанием.

Таким образом территория Трансвааля на некоторое время вошла в состав могучей семьи британских колоний.

Мне кажется, что даже самый яркий политический противник этой акции не сможет не оценить по достоинству, с каким удивительным умением она была претворена в жизнь. Если учесть разнообразие интересов многочисленных политических группировок, которые требовалось примирить между собой, упрямство некоторых государственных деятелей, коих следовало убедить, а также врожденную ненависть буров к англичанам и препятствия, что необходимо было преодолеть, чтобы добиться успеха, а также массу других моментов, игнорирование каждого из которых привело бы к неминуемому поражению, то можно понять, сколько требовалось такта, умения, мужества, знания человеческой натуры, чтобы осуществить эту крайне сложную задачу. Следует помнить, что страна была аннексирована без применения силы, не было никакой угрозы, связанной с применением насильственных средств. Небольшой контингент вооруженных сил, который должен был вступить в Трансвааль, находился в то время от Претории на расстоянии, для преодоления которого на марше потребовался бы целый месяц. Поэтому буры легко могли помешать чрезвычайному комиссару осуществить свои планы. То, что сэр Теофил вел очень смелую и опасную игру, никто не станет отрицать, и как большинство игроков, сочетающих смелость с хладнокровием, трезвостью ума и верой в справедливость задуманного дела, он победил, не пролив ни единой капли крови, не конфисковав ни единого акра земли, без малейших затрат он аннексировал огромную страну и предотвратил кровопролитную войну. Та же самая страна через четыре года стоила нам миллион фунтов стерлингов, мы потеряли там около тысячи убитых и раненых, тысячи наших соотечественников разорились и остались ни с чем. Правда, никто теперь не может упрекнуть нас в том, что капитуляция была проведена умело и с трезвым расчетом, скорее наоборот.

Не может быть более мотивированного объяснения появления воззвания, касающегося аннексии, чем само воззвание.

Прежде всего оно затрагивает положения сандриверской конвенции 1852 года, в соответствии с которой государству предоставлялась независимость и указывалось на то, что данная гарантия была предоставлена в целях укрепления мира, дружбы и сотрудничества между странами, в надежде на то, что республика «станет процветающим и самостоятельным государством, источником мира и безопасности для европейских сообществ, местом, откуда возьмут свое начало и быстро распространятся вплоть до Центральной Африки христианское вероучение и цивилизованные формы жизни».

Далее в нем говорится о том, что эти надежды не оправдались и что «слабеющее государство, с одной стороны, и одновременно растущее и набирающее силы и уверенность в себе сообщество туземных племен, с другой, привели страну к само собой разумеющимся и непоправимым последствиям», что после неприятного конфликта с туземцами, проживающими в северных провинциях республики, примерно в 1867 году начался постоянный уход с этих территорий граждан Трансвааля, оставляющих туземцам «обжитые города и поселки, а также предоставленные государством фермы».

«Паралич власти в республике и укрепление могущества севера сопровождаются сходными процессами на юге, но в еще более угрожающей форме. Население страны, проживающее в этих провинциях, вынуждено было за последние три месяца по настоянию туземных вождей, в момент уведомления об этом, покинуть свои дома, фермы, бросить урожай… только для того, чтобы все это досталось туземцам, а правительство настолько бессильно, что не способно употребить данную ему законом власть, а также остановить процесс своего разложения».

Далее следуют факты, свидетельствующие о том, что все южноафриканские колонии и сообщества перестали верить республике, что она находится в состоянии безнадежного банкротства, что ее торговля парализована, в то время как население раскололось на группировки, а само правительство находится в «безнадежном параличе». Что на предстоящие выборы нового президента смотрят не с надеждой, а с тревогой, поскольку представители всех без исключения партий считают, что это послужит сигналом к началу гражданской войны, анархии и кровопролитию. Что подобное положение дел провоцирует могущественные соседние державы к нападению на страну, для них это соблазн, которому они всегда готовы и рады поддаться, и что страна настолько ослаблена, что не способна отразить нападение, от которого ее до сих пор спасали периодически вмешательства правительства Наталя.

Последующие абзацы я процитирую полностью, поскольку в них кратко изложены причины, приведшие страну к аннексии.

«Война с Секукуни, которая в малой степени повлияла бы на принятие достойной конституции, не только неожиданно парализовала ресурсы страны и уронила ее престиж, но и оказалась кульминационным моментом в истории Южной Африки, поскольку племя макати, или басуто, достаточно миролюбивое, а в глазах зулусов даже никчемное, смогло успешно противостоять силе государства и впервые показать всем туземным державам за пределами республики, от Замбези до Мыса, какие огромные перемены произошли в соотношении двух сил, с одной стороны – представителей белой расы, с другой – черной, а подобное откровение тотчас же поколебало престиж белого человека в Южной Африке и поставило население европейцев перед лицом опасности, которая вызвала всеобщую тревогу и заставила исследовать причины такого положения вещей, чтобы в дальнейшем не допустить их повторения; тем же, кто способен защитить ослабевшую цивилизацию от поползновений варварства и бесчеловечности, вменяется в обязанность сделать это.

20
{"b":"11473","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
О тирании. 20 уроков XX века
Я енот
Странная привычка женщин – умирать
Сияние первой любви
Охотник за идеями. Как найти дело жизни и сделать мир лучше
Двенадцать
Звезды и Лисы
Дело Эллингэма
Нить Ариадны