ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
НИ СЫ. Восточная мудрость, которая гласит: будь уверен в своих силах и не позволяй сомнениям мешать тебе двигаться вперед
Резидент
#Selfmama. Лайфхаки для работающей мамы
Как разговаривать с м*даками. Что делать с неадекватными и невыносимыми людьми в вашей жизни
Охотники за костями. Том 2
Бавдоліно
Понаехавшая
Кровь, пот и пиксели. Обратная сторона индустрии видеоигр
45 татуировок менеджера. Правила российского руководителя
A
A

Хаммернат еще раз оглушительно чихнул и элегантно потер красный нос.

– Езжайте домой и скажите своему шерифу, чтоб не беспокоился об Эрле Эдварде Как-его-там. Он никому докучать не будет. Я за этим прослежу.

Ролвааг убрал блокнот и встал, собираясь откланяться. Он раздумывал, стоит ли упомянуть имя Чарльза Перроне и посмотреть, какова будет реакция Хаммерната, но передумал. Ред Хаммернат слишком проницателен – не признает, что связан с ученым, если таковая связь наличествует.

– Вы можете привлечь мистера О’Тула к суду, раз он использует вашу кредитку, – сказал детектив.

– Могу. А еще могу провести, так сказать, личное консультирование, – подмигнул Ред Хаммернат. – Он, конечно, большой и волосатый, но у меня есть парни еще больше и волосатее. Понимаете, о чем я?

Детектив не упоминал о поразительной шкуре О’Тула – значит, Хаммернат явно помнит парня куда лучше, чем хочет показать.

У дверей петушистый магнат хлопнул Ролваага по плечу и предложил взять домой корзину свежесобранного эскариоля. Ролвааг ответил, что листовая зелень вызывает у него несварение, но все равно поблагодарил.

На обратном пути к шоссе детектив свернул в сторону, чтобы не раздавить змейку, которая загорала на гравии. Пятнистая королевская змея размером с детское ожерелье, и детектив сразу заметил, что она сильно изуродована. Змея родилась одноглазой, а на эбеновом кончике носа был нарост размером с желудь. Ролвааг знал, что детеныш вряд ли долго протянет, но все равно выпустил его в близлежащий лесок.

«Не повезло бедняжке, – подумал он. – Вот ведь как судьба повернулась».

Ред Хаммернат вспоминал тот день, когда впервые встретил Чарльза Перроне. Лисбет впорхнула в кабинет со словами, что Хаммерната дожидается молодой человек насчет работы, очень настойчивый молодой человек, сказала она, не будет разговаривать ни с кем, кроме босса. Ред Хаммернат собрался было позвать охрану и вышвырнуть нахального юнца за дверь, но взглянул на резюме парня и решил, что черт с ним, дадим ему пять минут. Интересно, почему магистра морской биологии так привлекает работа на овощной ферме.

Вошел Чаз Перроне – в синем блейзере, коричневых брюках и клубном галстуке. Сдавил Редову руку, уселся напротив за стол и начал трепаться, как будто продавал таймшеры. Его наглость выводила Реда Хаммерната из себя, и он то и дело перебивал Перроне звучной отрыжкой, но вскоре в словах юнца забрезжил проблеск здравого смысла.

Перроне открыл папку, достал вырезку из свежего номера газеты, и Ред мрачно ее опознал. Заголовок гласил: «МЕСТНЫЙ ФЕРМЕР ВЫЗВАН В СУД ЗА ЗАГРЯЗНЕНИЕ БОЛОТ». В статье рассказывалось о сериях забора проб воды вниз по течению от ферм Реда Хаммерната. В взвеси было обнаружено 302 части фосфора на миллиард – примерно в тридцать раз больше предельно допустимой концентрации для стоков в Эверглейдс. «Фермы Хаммерната» сливали в воду Южной Флориды больше удобрений на галлон, чем крупнейшее скотоводческое ранчо штата и плантации сахарного тростника вместе взятые, – загрязнение столь вопиющее, что даже высокопоставленные дружки Реда в Вашингтоне не осмелились за него вступиться.

Чаз Перроне полагал, что органы государственного регулирования и новостные агентства и дальше будут преследовать Хаммерната, и потому великодушно предлагал свои услуги в качестве экологического консультанта. Когда Ред Хаммернат напомнил Перроне, что у того нет никакого опыта в водоочистке сельскохозяйственных стоков, Чаз ответил, что быстро учится. Он описал свой опыт защиты текущего нанимателя, известной косметической фирмы, от обвинений в том, что ее продукция содержит канцерогены и промышленные едкие вещества. Он с гордостью вспомнил случай, когда его свидетельские показания вызвали критические сомнения в показаниях истицы, чьи скулы загадочным образом расслоились после нанесения дизайнерских румян. Чаз утверждал, что корпорациям очень важно держать собственных экспертов, которые достоверно оспорят обвинения с научной точки зрения или хотя бы запутают дискуссию.

Реду Хаммернату понравилась позиция Чаза Перроне. Приятно встретить молодого биолога, который настолько свободен от идеализма, настолько беззастенчиво сочувствует нуждам частного предпринимательства. Более того, Чаз не такой ботаник и мямля, как те ученые, которых Ред Хаммернат нанимал в прошлом. Чаз остроумен и боек, он будет убедительно смотреться на телевидении. К сожалению, магистерская степень по морским клопам никуда не годилась.

– Тебе надо получить доктора по болотам, – сообщил Ред Хаммернат Чазу, – иначе экологи сожрут тебя на завтрак.

Вот так и случилось, что Чарльз Регис Перроне поступил в докторантуру Центра изучения болот при Университете Дьюка. Его невероятное поступление в столь солидное заведение совпало с существенным денежным пожертвованием от мистера С. Дж. Хаммерната, который также платил за обучение Чаза. Ред Хаммернат верно рассудил, что у Дьюка, расположенного в центре табачной страны, не будет угрызений совести по поводу запачканных фосфором фермерских долларов.

В отличие от университета Майами, в Дьюке Чаза Перроне не требовалось кнутом гнать к докторской степени. Блестящими успехами он не отличился, но и хвостов за ним не водилось. На сей раз у него был мотив трудиться, на сей раз он чуял запах больших денег. После выпуска он ожидал подписания выгодного консультационного контракта с «Фермами Хаммерната», но у Реда были другие планы. Закинув пару удочек в нужных местах, он острогой пригвоздил Чаза к должности государственного биолога, который изучает чистоту воды в определенном секторе сельскохозяйственной области Эверглейдс. Молодой биолог был крайне разочарован, но Ред уверил его, что шестизначная зарплата (и офис с кондиционером) впереди, надо лишь хорошо себя показать.

Этим Чаз и занимался. Не прошло шести недель после того, как он заступил на работу, и содержание фосфора в стоках с «Ферм Хаммерната» уменьшилось до 150 частей на миллиард – поразительное снижение на пятьдесят с лишним процентов. Еще два месяца – и цифра упала до 78 частей на миллиард. Еще через полгода полевые исследования показали, что выброс фосфора уверенно держится примерно на 9 частях, уровне столь низком, что инспекторы убрали «Фермы Хаммерната» из списка злостных загрязнителей. Местный «Сьерра-клуб» даже вручил Реду Хаммернату почетный значок и посадил кипарис в его честь.

Реду нравилась положительная реклама, и он радовался, что эти чертовы любители деревьев больше не лезут в его дела. Но по сути еще важнее было то, что фальшивые данные о содержании фосфора избавили Реда Хаммерната от дорогостоящих неприятностей, которые во имя восстановления болот постигли его соседей. В отличие от остальных ферм, компании Реда не пришлось, например, значительно урезать тонны удобрений, которыми она поливала урожай, или тратить миллионы на постройку системы фильтрационных прудов, чтобы процеживать фосфорную грязь. Благодаря новаторской полевой работе доктора Чарльза Перроне, «Фермы Хаммерната» могли и дальше использовать Эверглейдс как выгребную яму.

Ясное дело, безнравственное соглашение между Чазом и Редом следовало хранить в тайне, поэтому серийные романы Чаза превратились в постоянную головную боль. Не раз Ред Хаммернат напоминал Чазу, что удача повернется к нему спиной, если он выболтает хоть одной из подружек имя своего настоящего хозяина. По иронии судьбы, меньше всего Ред Хаммернат беспокоился о жене Чаза, потому что ей, похоже, Чаз вообще ни о чем не рассказывал.

Но потом Чаз позвонил и отчаянно заверещал, что Джои поймала его за подделкой результатов анализов воды. Не раз и не два Ред спросил:

– Ты уверен, что она знает, о чем речь?

Чаз отвечал, что не уверен, потому что Джои больше об этом не заговаривала. По телефону все это звучало подозрительно. Чаз явно перетрусил. Ред Хаммернат посоветовал ему сохранять спокойствие:

– Ничего не предпринимай. Посмотри, что она скажет.

А Джои Перроне ничего не сказала, ни единого слова. Но Чаз все равно тревожился, и это отражалось на Реде. А вдруг женушка раскрыла аферу с Эверглейдс и решила пока помолчать и выждать благоприятный момент? В худших Ре-довых кошмарах Джои ловила Чаза за яйца на другой бабе и приходила в такую ярость, что разбалтывала его начальству о поддельных данных. Не было смысла пытаться купить ее молчание – если верить Чазу, Джои стоила миллионы.

30
{"b":"11489","o":1}