ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Чаз; ленивая, сладко пахнущая, шершавая акула; чайки, что орут над головой, – умереть спокойно не дают человеку.

И чух-чух подвесного мотора, тихое, все громче; хлюп-хлюп волн о… неужели о борт лодки? «Не верь ушам своим, – сказала себе Джои. – Откуда тут взяться лодке?»

Бессмыслица. Бессмыслица – далекий голос, зовет ее, мужской голос, уговаривает не сдаваться, держись, милая, еще минутку.

А потом тот же голос говорит все в порядке, держу, отпусти это, давай, отпускай!

Что-то подняло ее, будто она легка и воздушна, как пузырь. Прозрачные капельки текли по ее голым ногам, она возносилась над водой, и ее ступни ласкала пенная оторочка волн.

Затем пришли обволакивающее тепло, запах сухого белья и сон, глубокий как смерть.

Три

– Не двигайся, – произнес мужчина.

– Где я?

– В безопасности. Постарайся лежать смирно.

– А акула? Она меня покусала?

– Какая еще акула?

– Та, за которую я держалась, когда ты меня нашел.

Мужчина тихо засмеялся:

– Это был тюк с марихуаной.

– Да ну тебя.

– Шестьдесят фунтов отборной ямайской травы.

– Великолепно. – В бреду она приняла пеньковый мешок за акулью шкуру. – Где я? – опять спросила она. – Я ни черта не вижу. Что у меня с глазами?

– Опухли и не открываются.

– От соли? Скажи мне, больше ничего не…

– И от ожогов медуз, – прибавил мужчина.

Джои осторожно коснулась пылающих век. Должно быть, когда она дрейфовала, ее мазнул по лицу португальский военный кораблик[10].

– Через день-другой поправишься, – пообещал мужчина.

Джои ощупала себя под одеялом. Вроде на ней флисовый пуловер и хлопковые треники.

– Спасибо за одежду, – поблагодарила она. – Или я должна сказать спасибо вашей жене?

– Это одежда моей подруги.

– Она сейчас тут?

– Уже много лет ее не видел.

Так они одни – Джои и незнакомец, который ее спас.

– У меня в голове до сих пор шумит океан, – пожаловалась она.

– Это потому что он прямо за окном. Ты на острове.

У Джои не было сил испугаться. Ей нравился голос. Судя по всему, человек – не психопат и не сексуальный маньяк. С другой стороны, у нее имелся опыт ошибочных первых впечатлений.

– Садись, – услышала Джои. Запах лимона, вкус крепкого горячего чая – мужчина поднес чашку к ее губам. Она выпила все до капли. На очереди овощной суп, и его она тоже прикончила.

– Хотела бы я посмотреть, как ты выглядишь, – сказала она, – учитывая, что меня ты видел всю целиком.

– Уж прости, но такой я тебя нашел. «Закоченелой, голой, верхом на тюке с марихуаной», – уныло подумала Джои. От теплоты супа ее затрясло, и на секунду Джои испугалась, что ее вырвет. Мужчина забрал чашку и уложил ее голову на подушку.

– Спи дальше, – приказал он.

– По-моему, пахнет мокрой псиной.

– Точно. Он настоящая заноза в заднице, но женщин почти никогда не кусает.

Джои улыбнулась – оказалось, больно: лицо разодрано и стянуто.

– А он какой? – умудрилась спросить она.

Мужчина свистнул, и Джои услышала проворное клацанье собачьих когтей по деревянным половицам. Холодный мокрый нос ткнулся ей в шею. Она успела погладить пса по голове, мужчина свистнул опять, и пес убрался в невидимый угол.

– На ощупь тот еще мордоворот, – отметила она.

– Доберман. Плавать не умеет, хоть тресни, – сказал мужчина. – Джои, ты в силах рассказать, что произошло?

– Откуда ты знаешь мое имя?

– Оно выгравировано внутри твоего обручального кольца. Я его снял, перед тем как положить тебя в ванну.

– Ты купал меня в ванне?

– Не обижайся, но ты пахла, как бонг.

Джои пощупала левую руку – платиновый ободок на месте. Мужчина мог его украсть, но не украл. Мог убедить ее, что она потеряла кольцо в океане, но вернул кольцо. Она уже готова была поверить, что он славный парень. Начало многообещающее.

– Я упала за борт корабля, – сказала она.

– Какого именно?

– Круизного лайнера, большого такого. «Герцогиня солнца».

– Чтобы смыть человека с круизного лайнера, волны должны быть высотой футов в пятьдесят, – с сомнением в голосе сказал мужчина. – Ночью волнение было потише.

– Меня не волна смыла. Меня выбросил муж, – объяснила Джои.

– А-а.

– Ты мне не веришь, да?

В комнате повисла непонятная тишина. Джои подняла голову и повернула ее туда, где, по ее прикидкам, сидел мужчина.

– Я не сама упала за борт, ясно? Этот ублюдок меня столкнул.

– Дерьмовый поступок, – ответил мужчина.

Джои рассказала, как именно Чаз это проделал.

– Но почему? – спросил мужчина.

– Я не знаю. Богом клянусь, понятия не имею.

Она услышала, как он встал и отодвинул стул от кровати. Спросила, куда он собрался.

– В доме нет телефона. Я поставил его заряжаться от лодочного аккумулятора.

– Подожди. Куда ты надумал звонить?

– Сначала в береговую охрану, потом копам.

– Пожалуйста, не надо, – попросила Джои.

– Почему?

– Как тебя зовут?

– Мик.

– Мик, пожалуйста, никому не звони. Не сейчас, ладно? Мне надо во всем разобраться.

– Давай я помогу. То, что сделал твой муж, называется покушением на убийство, и я уверен, что оно все еще вне закона.

– Пожалуйста, подожди.

– Ладно. Как скажешь.

Его голос доносился издали, и Джои поняла, что Мик стоит в дверях. Она решила, что он просто поддакивает.

– Ты все равно позвонишь, да? Я усну, а ты пойдешь к лодке и позвонишь копам.

– Нет. Я обещаю.

– Тогда куда ты идешь, Мик?

– Отлить. Ты не против?

Она снова откинулась на постель и про себя рассмеялась: «Боже праведный, какая же я иногда ужасная зануда».

Береговая охрана расширила район поисков почти до трех тысяч квадратных миль, хотя особо старалась в трапециевидном секторе северного побережья Майами-Дейд, куда их отправил Чаз Перроне. Он по-прежнему был уверен, что спасатели не найдут Джои, но втайне боялся, что, если акулы схалтурят, ее тело выбросит на берег где-нибудь ниже по течению в Кис. Это пробьет зияющую дыру в его фиктивной хронологии и расшевелит назойливого бровардского детектива.

Уже через час после ухода с «Герцогини солнца» Чаз испугался. Он смотрел телевизор в номере «Харбор-Бич Ма-риотт», когда пустили анонс вечерних новостей: «Зафрахтованное судно вышло из Оушен-Риф, чтобы поудить марлина, а выудило труп – подробности позже, оставайтесь с нами!»

Задыхаясь, Чаз выскочил из ванной, где безуспешно пытался мастурбировать на стопку датской порнографии. Все три минуты, пока шла реклама слабительных, он дрожал от страха, ожидая услышать, что перепуганные рыболовы поймали на удочку его жену.

Выпуск новостей начался с шаткой видеосъемки с борта вертолета – вид зафрахтованного судна, стоящего на якоре, сменился крупным планом трупа, накрытого ярко-желтым брезентом, – на катер береговой охраны поднимали носилки. Затем показали интервью помощника капитана того самого судна: молодой парень с выгоревшими волосами рассказывал в доке о своей кошмарной добыче: «Мы сразу поняли, что это не марлин, потому что он не прыгал».

Под конец диктор замогильным тоном сообщил, что тело принадлежит туристу из Ньюпорт-Ньюс, который пропал тремя днями ранее, на арендованном водном мотоцикле врезавшись в парочку совокуплявшихся головастых черепах. Со вздохом облегчения Чаз откинулся на подушки – его жена благополучно затеряна в океане.

Чаз остановился в «Мариотте», поскольку это рядом с Порт-Эверглейдс и станцией береговой охраны. До дома – полчаса по федеральной трассе, но Чазу казалось, что ему скорее поверят, если он останется поблизости, готовый сотрудничать с властями. Важно показать, что он бдит.

Когда его разыскала журналистка из «Сан-Сентинел», он удивился, но остался невозмутим. Журналистка объяснила, что в ежедневных протоколах полиции наткнулась на рапорт об исчезновении некой особы и контакты ее мужа, который проживает в «Мариотте».

вернуться

10

Португальский военный кораблик – медуза. Прикосновение ее ядовитых щупальцев чревато сильной болью, ожогами, язвами и даже смертельным исходом.

5
{"b":"11489","o":1}