ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ред Хаммернат облизал уголки рта. Он так долго ругался и брызгал слюной, что у него язык высох. Примерно в шестой раз он заявил:

– В жизни не видел, чтобы человек с двумя глазами так хреново стрелял!

Эрл Эдвард О'Тул не сводил двух своих глаз с дамбы и молчал. Несомненно, он закончил извиняться.

Реда чуть удар не хватил из-за бегства Чаза Перроне. Тул посоветовал ему перестать волноваться, сказал, что этот парень – безнадежный слюнтяй, он никогда не выберется из болот живым.

«А вдруг выберется?» – думал Ред.

– Этот парень может полностью меня уничтожить, – хмуро произнес он.

Тул хмыкнул:

– Да никого он не уничтожит, шеф. Будет бежать, пока не сдохнет.

– Ты знаешь то, чего не знаю я?

– Я знаю, что ему будет чего бояться, – ответил Тул, – если он на свет вылезет.

– А вдруг кто-нибудь поймает его раньше? Ты об этом подумал? Парню светит камера смертников, он с удовольствием продаст кого угодно за смягчение приговора.

– Да фигня, не трусь, – посоветовал Тул.

На случай, если Чаз решит вернуться, они довольно долго ждали на дамбе в темноте – прислушивались, следили, не мелькнет ли тень, пока Реда не доконали укусы насекомых. Они оставили «хаммер» Перроне, но забрали ключи – вдруг сукин сын ждет в траве неподалеку. Его слезливая предсмертная записка лежала на самом видном месте, на приборной панели. «На тот случай, если у него хватит вежливости всплыть дохлым», – объяснил Ред.

Теперь, сидя рядом с Тулом в пыльном пикапе, Ред не переставал сетовать на все, что произошло с тех пор, как сумасбродный биолог избавился от своей жены. Обнаружились ужасные вещи, порядок и здравый смысл обернулись членовредительством. Ред Хаммернат не был сложным или задумчивым человеком, он был прагматиком, дельцом и командиром. Он не верил ни в судьбу, ни в карму, ни в случайные сочетания звезд. Если на него накатил девятый вал Дерьма, значит, кто-то напортачил.

Обычно Ред Хаммернат без труда выявлял источник проблем и их решал – взятка, избиение или билет на самолет срабатывали всегда, – но ситуация с Перроне не походила ни на одну, с какой он сталкивался раньше. Все влияние и все политические связи Реда окажутся бесполезны, если Чаз всплывет на поверхность и начнет трепаться об афере с Эверглейдс. Ред уже сожалел, что уничтожил видеокассеты с убийством Джои Перроне: задним числом он понимал, что они пригодились бы для перевода стрелок на Чаза.

На этого гнусного предателя.

«Ладно, – подумал Ред, – по крайней мере, я вернул свои деньги».

«Самсонайт» шумно ерзал по платформе пикапа, пока они тряслись по обочине, направляясь прочь из заповедника Локсахатчи.

– Какого черта ты так медленно едешь? – накинулся он на Тула.

– Фары включить не могу.

– С какой стати ты их не можешь включить?

– Тут бывают егеря и лесники, – объяснил Тул. – Это тебе не дома, Ред. Это федеральный лес.

– Пусть эти твои федералы поцелуют меня в зад.

– А твой парень оставил нам четверть бака бензина, и все.

– Что ж, это решает вопрос.

По своей воле Ред Хаммернат редко бывал в том, что оставалось от изначальных, нетронутых Эверглейдс. Он предпочитал те районы, что были осушены, распаханы или замощены, – овощные поля, которые он инспектировал на «кадиллаке» или вертолете, ровные, правильные прямоугольники, аккуратно очерченные каналами, с выкорчеванной буйной растительностью. Порой там встречались дикая свинья или бродячий енот, но в общем и целом дикие звери на фермах редки.

Ред не боялся дикой природы, но не ощущал себя по-настоящему комфортно в подобных местах, особенно ночью, особенно с пустой обоймой.

– Тупым федералам, – презрительно сказал он, – и штату Флорида тоже, придется здорово потрудиться, чтобы прижать меня за сброс дерьма в воду. Погоди – сам увидишь, сынок. Настоящая пародия – вот что они такое!

– Да, сэр, – ответил Тул не столь сочувственно, как того хотелось бы его боссу.

– Взять хотя бы аллигаторов, которые там сегодня вопили, – продолжал Ред. – Живут на белом свете уже сколько, сто триллионов лет? Думаешь, им не плевать на капельку удобрений? Фунгицидов? Пестицидов? Черт, да эти говнюки могут сожрать столько ДДТ, сколько сами весят, и даже не пернут. Это же динозавры, блин. Им не нужны няньки из правительства США.

Тул смотрел прямо перед собой.

– Но остальные динозавры же вымерли?

– Что? – Ред Хаммернат не верил своим ушам. – Сынок, ты вообще за кого? Я понятия не имею, что стряслось с остальными динозаврами, чтоб им было пусто, да и кого это, блин, волнует?

– Я тут как-то аллигатора застрелил, – признался Тул. – Правда, в нем и четырех футов не было, но все же.

– Что – все же?

Ред кипел всю дорогу из Локсахатчи. Ему полегчало, только когда грузовик коснулся наконец сухой мостовой и на востоке замерцали натриевые огни округа Палм-Бич.

– Завтра первым делом поднимем вертолет, – холодно сообщил он. – Я не беспокоюсь. Мы выследим этого слизняка.

– Если динозавры не подсуетятся, – уточнил Тул с каменным лицом.

– Сынок, ты пытаешься меня разозлить? Я, знаешь ли, не в настроении, если ты еще не заметил.

– Да, сэр.

– Знаешь, чем ты можешь завтра заняться, мистер О'Тул? Можешь взять ту пушку двенадцатого калибра и отправиться в тир, пострелять по мишеням – может, в следующий раз не промахнешься хотя бы по амбару.

Тул невозмутимо проглотил оскорбление, и его молчание Ред Хаммернат ошибочно принял за покорность. Он не уловил ни хрупкости Туловой лояльности, ни гнева, что закипал в Туловом примитивном мозгу.

– Это из-за тебя он сбежал! – ярился Ред. – Это только твоя вина, черт бы тебя взял, и ничья больше!

Тул слегка пожал плечами:

– Сам давай постреляй с пулей в подмышке.

– Черт побери, просто веди машину. Вези меня домой.

Закрыв глаза, Ред подумал о горячем джакузи дома. Он жаждал отскрести от кожи пот, солнцезащитный крем и дохлых москитов и приняться за шестнадцатиунциевый бифштекс и бутылку «Джек Дэниэлс». Он был вырван из этих грез, когда Тул внезапно затормозил на поросшей травой обочине хайвея.

Ред огляделся:

– Ну, что еще? У нас колесо спустило?

– Сиди. – Тул вылез из грузовика.

– Эй ты! А ну вернись! – заорал Ред. Он выпрыгнул из машины и побежал за ним. – Куда ты, блин, намылился? У меня нет времени на эту чепуху!

Тул даже не сбился с шага. Ред пристроился рядом и принялся осыпать его всеми известными ему бранными словами.

– Заткнись, – приказал Тул, подняв ладонь размером с кирпич. Он остановился, чтобы изучить маленький белый крест, и убрал с него букетик увядших лилий.

– Не сейчас, сынок. Вернешься сюда в другой раз и заберешь его, но не сегодня, – увещевал его Ред. – Сейчас мое время.

– Всего секунда.

– Ты что, глухой? Глухой и тупой?

На самодельном кресте в свете фар была видна надпись:

Пабло Хумберто ДУАРТЕ
Возлюбленный муж, отец, сын и брат.
Родился 3 сентября 1959 г., погиб 21 марта 2003 г.
Теперь он ездит с Господом всемогущим.
Помните: ремни безопасности сохраняют жизни!

– Какой-то паршивый мекс, – сказал Ред Хаммернат. – Небось нажрался и заехал в канал.

– Ты не знаешь, – возразил Тул.

– Посмотри на имя. Пад-ла Хум-бер-те – ты считаешь, это не мексиканское имя?

Тул сидел на корточках, упершись локтями в колени.

– Ладно, тогда давай быстрее, – сварливо произнес Ред. – Вытаскивай эту чертову штуковину и поехали. Мне надо выпить и принять ванну.

Тул не шевелился. Ред сердито уставился на него:

– Что за фигня, сынок?

– Я типа тут подсчитываю. Старикану было примерно столько, сколько мне, – сказал Тул, – плюс-минус.

– Мексиканцу?

– Его зовут мистер Ду-ар-те. Как там ты это гришь.

80
{"b":"11489","o":1}