ЛитМир - Электронная Библиотека

Чарити нахмурилась.

— Вы не очень хорошо выглядите. Может, вы заболели?

— Ох, неужели заболели?! — воскликнула Пейшенс. — Или вы просто утомились?

— Нет-нет, я прекрасно себя чувствую. — Гвен попыталась улыбнуться. — И конечно же, я не передумала, не беспокойтесь. Полагаю, что мы должны уехать как можно быстрее. Соберите вещи, а я пока поговорю с Вре… с мисс Хиллиард.

— Вы уверены, что не передумали? — спросила Пейшенс.

Гвен взглянула на личико девочки и невольно рассмеялась.

— Я в этом абсолютно уверена. — Она встала и добавила: — А теперь поторопитесь. Нельзя откладывать отъезд.

Пейшенс и Хоуп спрыгнули с дивана и выбежали из комнаты. Чарити тоже направилась к двери, но потом вдруг остановилась и, обернувшись, сказала:

— Мы правда благодарны вам. — Она едва заметно кивнула и последовала за сестрами.

«Конечно же, я нужна этим девочкам, — думала Гвен. — А Чарити, пожалуй, даже больше, чем остальным, ведь она — старшая, и ей приходится заботиться о младших сестрах». Гвен вспомнила, как трудно приходилось ей, когда она оказалась одна. А ведь она была старше, чем Чарити, и у нее не было младших сестер…

Уже у самой двери девочка снова обернулась, и Гвен сказала:

— Имей в виду, Чарити, может случиться так, что ты все-таки полюбишь меня. Не исключено, что и я тебя полюблю.

Девочка промолчала и вышла за дверь. Гвен улыбнулась и тут же вздохнула. Строить воздушные замки, конечно же, очень приятно. Но следовало еще подумать о реальных вещах.

Дохода, который оставил ей отец, вполне хватало на жизнь. К тому же она слишком долго зависела от жалованья, так что возможность не работать ради денег уже сама по себе казалась роскошью. Но этот доход был не очень-то существенным. И если для одного человека его хватало — возможно, и для двух весьма экономных людей, — то для четверых этого было маловато. Чтобы содержать семью из четырех человек, требовалось гораздо больше денег. Кроме того, придется подумать о туалетах, еще приданом и прочем… Гвен понимала, что средств у нее не хватит. Но она прекрасно знала, где их найти.

Нравится ей это или нет, средства на жизнь у нее под рукой.

Ей следовало только выйти замуж.

Глава 5

Даже самый умный мужчина знает меньше, чем ему кажется.

Франческа Френо

— Тебе нужно составить план действий, — снова повторил Реджи, словно план мог каким-то волшебным образом появиться от одного повторения этих слов (виконт расположился на диване со стаканом бренди в руке).

— Мы это уже обдумали, — пробормотал Маркус, сидевший за письменным столом.

В действительности же они ничего еще не придумали. Приятели собирались провести вечер в своем клубе, однако засиделись в библиотеке Пеннингтон-Хауса. Пока что они договорились лишь об одном: следовало разработать некий план и добиться того, чтобы мисс Таунсенд вышла за Маркуса замуж. Как именно этого добиться, было неясно, и это их раздражало.

— Но имей в виду, — продолжал граф, — ставки чрезвычайно высоки, а мисс Таунсенд очень неглупа. Так что же ты предлагаешь?

— Составить хороший план не так-то просто. Однако у меня есть кое-какие соображения. — Реджи сделал глоток бренди и в задумчивости проговорил: — Полагаю, что цветы очень помогут в этом деле. Цветы всегда производят благоприятное впечатление.

Маркус фыркнул:

— Цветы? Какой же это план?

— Еще не план, только начало. Прелюдия к плану, если можно так выразиться. Прежде чем приступить к делу, ты должен произвести благоприятное впечатление. — Реджи ненадолго задумался, потом добавил: — Хотя в данном случае этого может оказаться недостаточно.

— Да, этого совершенно недостаточно, — согласился Маркус. — Но надеюсь, что цветы не повредят. Я постарался наполнить ее жилище цветами после нашей вчерашней встречи. Я и сам принес букет, но ее не оказалось дома.

Реджи нахмурился.

— Где же она была? Не думаю, что у нее есть знакомые в Лондоне.

— Я тоже так не думаю, — сказал Маркус. — Однако мадам Френо наотрез отказалась сообщить, куда отправилась мисс Таунсенд. Впрочем, это не так уж важно… Так вот, я просто завалил ее жилище цветами. Весьма дорогое удовольствие, должен заметить. Во всяком случае, для меня.

— Великолепно! — просиял Реджи. — Иначе она подумала бы, что ты скуп. Я, например, никогда не жалею денег на цветы. Да ты и сам об этом знаешь.

Реджи всегда без колебаний осыпал цветами дам, за которыми ухаживал. Однако это не приносило ему успеха — увы, он был склонен выбирать не очень-то подходящих для него женщин. Однако Реджи не унывал: действуя целеустремленно и решительно, он отдавал свое сердце с такой же легкостью, с какой прикасался к полям шляпы. Маркус же посмеивался над приятелем, считая его весьма легкомысленным человеком.

Разумеется, и Маркус мечтал о любви. Только он в отличие от друга прекрасно понимал, что его мечта, возможно, так и останется мечтою.

Тут Реджи снова улыбнулся.

— И еще стихи, — пробормотал он, взглянув на друга. — Им очень нравится, когда мужчина пишет стихи.

— Стихов я не пишу и не собираюсь. — Маркус поморщился.

Реджи рассмеялся:

— Ты говоришь так, словно писать их позорно.

— Вовсе нет. Я просто знаю, что это не для меня.

— А вот Хемсли пишет стихи.

— Хемсли пишет плохие стихи, и все об этом знают.

— Но бьюсь об заклад, что если бы не эти плохие стихи, то у него не было бы красавицы жены, — возразил Реджи. — Чувства, а не слова трогают сердца дам.

— И все же я…

— Ты мог бы воспользоваться чужими стихами. Маркус нахмурился.

— Ты предлагаешь позаимствовать стихи у Хемсли? Полагаю, ни он, ни его жена этого не одобрили бы. Пусть даже Хемсли пишет плохие стихи.

— Не говори глупости, — проворчал Реджи. — Если честно, то я сомневаюсь, что стихи Хемсли произвели бы впечатление на девушку, которая уже не была бы в него влюблена. Но я хотел предложить кое-что из лорда Байрона. Какую-нибудь нелепость… Например: «Она ступает в красоте…» — Реджи снова приложился к своему стакану. — Если прочитать стихи вовремя, это может произвести эффект, уж поверь мне.

— Женщинам, кажется, нравится сам лорд Байрон, а не его стихи, — заметил Маркус. — Он всегда был скандальной личностью. Этот дерзкий, даже опасный образ в сочетании со стихами делает его практически неотразимым. Слава Богу, что его выдворили из Англии.

Реджи кивнул и ненадолго задумался.

— Вероятно, в этом-то и заключались все наши сложности. Видишь ли, мы с тобой вполне порядочные люди, именно поэтому…

— И все же наши репутации не безупречны, — перебил Маркус.

Реджи рассмеялся:

— Мальчишеские проказы! Юношеские забавы! В общем, ничего серьезного. Ничего, что могло бы заинтриговать женщину. Да-да, не сомневайся, мы с тобой слишком уж респектабельны. А знаешь… Может быть, нам нужно оказаться вовлеченными в настоящий скандал?

— Ты много об этом думал?

— Во всяком случае, сейчас задумался. И пришел к выводу, что жил… не совсем так, как мог бы. — Реджи тягостно вздохнул и погрузился в молчание, вероятно, вспоминал напрасно прожитые годы. Наконец, взглянув на друга, заявил: — Полагаю, что обо мне мы поговорим в другой раз. А сейчас надо подумать о том, как устроить твою жизнь. Действительно, как нам убедить мисс Таунсенд?..

Маркус молча пожал плечами, и Реджи вновь заговорил:

— Признаюсь, я совершенно ее не понимаю. У тебя есть все, что может пожелать женщина. Говоря по правде, дружище, ты весьма лакомый кусочек.

— Только для той, которая заинтересована в замужестве, — пробормотал Маркус. — Но к несчастью, мисс Таунсенд явно в этом не заинтересована.

— Тогда нужно заинтересовать ее. Вернее, нужно сделать так, чтобы она заинтересовалась твоей персоной. — Реджи.допил бренди, поставил стакан на столик и вскочил с дивана. — Тебе придется измениться, Маркус. Стать проказником, негодяем и скандальной личностью. Соблазнять девственниц и путаться с замужними. Попирать условности.

17
{"b":"1149","o":1}