ЛитМир - Электронная Библиотека

Леди Пеннингтон проследила за его взглядом.

— Ах да, налейте себе, молодой человек, а заодно и мне. В такой ситуации просто необходимо как-то укрепить дух, хотя я думаю, что было бы уместнее кое-что покрепче бренди. Я была крайне огорчена, услышав обо всем этом, и теперь меня ждет самая ужасная участь.

Маркус с трудом сохранил серьезное выражение лица. Мать встретилась с ним глазами.

— Вы считаете, что я излишне все драматизирую?

— Может быть, отчасти.

— Только отчасти? — Вздохнув, она опустилась на диван и взяла стакан у Реджи. — Вероятно, я еще недостаточно драматична. Это было как молниеносный удар.

— Значит, вы ничего не знали об этом замысле отца? — Маркус внимательно смотрел на мать.

Она взглянула на него.

— Конечно, нет.

Маркус не знал, верить или нет. Его родители всегда удивляли его тем, что были необычайно близки, гораздо ближе, чем большинство жен и мужей. Эта пара явно вступила в брак по любви. И казалось крайне странным, что его отец не поделился с женой такими важными замыслами.

— И отец никогда не говорил вам о том, что задумал?

— Ни слова, — бросила она.

— Неужели? — Маркус поднял бровь.

— Не смотри на меня так, Маркус. Говорю тебе, что я понятия не имела. — Голос ее звучал твердо. — Во-первых, я никогда не одобрила бы такой вещи. Сама мысль о запланированном браке кажется мне безвкусной и прямо-таки средневековой. А во-вторых, если бы я знала о планах твоего отца, я бы давно уже тебе все рассказала.

— Чтобы позволить тебе самому выбрать жену, — кивнул Реджи.

— Вот именно. — Леди Пеннингтон одобрительно улыбнулась другу Маркуса.

Реджи просто раздулся от ее одобрения и улыбнулся в ответ.

— Чертовски достойно с вашей стороны, матушка, — заметил Маркус.

— Я думаю. — Она кивнула с самодовольным видом и выпила бренди. На мгновение она показалась гораздо моложе своих сорока восьми лет, к тому же довольно ранимой. Конечно, смешная мысль. Хелен, вдовствующую графиню Пеннингтон, можно назвать какой угодно, только не ранимой. Она была не только женой его отца, но и соратницей.

С тех пор как Маркус осознал это еще маленьким мальчиком, это так понравилась ему, что он поклялся добиться таких же отношений со своей будущей женой. Трудность состояла в том, чтобы найти женщину, которая обладала бы необходимыми для такого сотрудничества умом и знаниями, а также обаянием, страстностью и желательно красивым лицом и фигурой. Женщину, которая могла бы пленить его сердце и ум. Короче говоря, совершенную жену, Создание, которого — даже он это признавал — просто не существует.

Конечно, теперь уже не имеет никакого значения, чего он хочет.

— Ты видел письмо, подписанное отцом? — Леди Пеннингтон внимательно смотрела на сына. — Там все по закону?

— Кажется, да. — Маркус кивнул. — Подпись отца я знаю так же хорошо, как и свою собственную, и у меня нет никаких сомнений в подлинности письма. Однако в нем намечены только основные детали соглашения. У Уайтинга есть другие документы, в которых эта брачная сделка расписана во всех подробностях.

— И ты их тоже хорошо рассмотрел? — с любопытством спросила графиня.

Маркус махнул рукой.

— Я их тоже видел. Вряд ли следовало их рассматривать. Моя судьба решена и подписана.

— Может быть, стоило бы показать их другому стряпчему, — задумчиво сказал Реджи. — Другой глаз мог бы найти выход и…

— Вздор, Реджинальд, это лишь на время оттянет неизбежное, — со вздохом сказала леди Пеннингтон. — И потом, мистер Уайтинг всегда действовал в интересах Маркуса и его отца. И все время после кончины моего мужа много помогал мне.

— Я безоговорочно доверяю Уайтингу. — Насколько было известно Маркусу, этот человек ни разу не совершил ничего непорядочного и ни разу не дал дурного совета. — Если бы из этого был какой-то пристойный выход, не сомневаюсь, Уайтинг уже нашел бы его.

— Разумеется. — Хелен снова отпила бренди. — Конечно, ни лорд Таунсенд, ни твой отец не могли предвидеть, как глубоко опустится его дочь, будучи совершенно не виноватой…

— Что значит — опустится? — Маркус свел брови.

— Ах, это не сулит ничего хорошего, — пробормотал Реджи.

— На самом деле все не так плохо, как звучит, — весело сказала графиня.

— Что значит — опустится? — снова спросил Маркус.

— Должен заметить, что звучит это весьма дурно, — тихонько проговорил Реджи.

— Именно так. Так что это значит, матушка?

— То была действительно страшная ошибка, судя по словам мистера Уайтинга. Мисс Таунсенд была неверно осведомлена о состоянии ее финансов после смерти отца и была вынуждена искать место в качестве гувернантки. — Леди Пеннингтон встретилась глазами с сыном, и в ее глазах блеснул вызов. — Разумеется, она ничуть не пала от этого в моих глазах. Она ведь взяла свою судьбу в собственные руки. А как ты думаешь, Маркус?

— Конечно, мама. — Он не сумел скрыть кривую улыбку. Его мать была необычайной поборницей равноправия в подобных делах. Ей тоже пришлось в юности встретиться с денежными трудностями и также самой заботиться о себе. — Кажется, у вас гораздо больше сведений о моей предполагаемой жене, чем у меня. Сколько же времени вы беседовали с Уайтингом?

— Достаточно долго. Просто я знаю, о чем нужно спрашивать, и полагаю, что ты, Маркус, был слишком ошеломлен откровениями Уайтинга, чтобы узнать что-то о девушке. — Леди Пеннингтон опустилась на диван. — Надеюсь, что ее обстоятельства тебя не оскорбят.

— Разумеется, нет, — медленно сказал он. Внезапно он вспомнил о той девушке благородного происхождения с блестящими синими глазами и явными интонациями гувернантки. — А мисс Таунсенд известно об этом соглашении?

— До сегодняшнего утра нет. Мистер Уайтинг сказал, что вызвал ее, но не знает, когда придет ее судно, вероятно, в конце этой недели. — Мать немного помолчала. — Она едет из Америки.

Реджи вздрогнул.

Образ в голове Маркуса померк.

— Не нужно делать такое лицо, Маркус. Эта девушка англичанка, в конце концов. Происхождение ее безупречно, и я уверена, что ее характер только окреп от испытаний.

— Без сомнения. — В голове у него возникло новое видение. Некая девица, плотная и крепкая, с непреклонным нравом гувернантки в стиле «никаких глупостей» и с сильным, решительным характером. Упаси Боже.

Леди Пеннингтон внимательно смотрела на сына.

— И все равно ты так и не решил жениться на ней?

— Нет. — Маркус покачал головой. — И вряд ли я смогу принять это решение, не повидавшись с девушкой.

— Это может стоить тебе состояния, — рассудительно сказал Реджи, если окажется, что она похожа на рабочую лошадь.

Леди Пеннингтон бросила на Реджи возмущенный взгляд, и тот стал внимательно рассматривать бренди в своем стакане.

— Не говорите чепухи. С некрасивой женой вполне можно ужиться. Гораздо труднее прожить без денег. В особенности если на тебе лежит ответственность. — Она встала. Реджи тут же вскочил. — Вы поступили бы разумно, лорд Беркли, если бы запомнили это.

— Да, миледи, — промямлил тот, а Маркус подавил улыбку. Что такого есть в женщинах определенного сорта, точнее, в матерях определенного сорта, что превращает опытных мужчин, несмотря на их титулы и возраст, в запинающихся школьников?

Она повернулась к Маркусу:

— А ты, мой дорогой сын, поступил бы разумно, запомнив, что без состояния, оставленного твоим отцом, нам вряд ли удастся содержать имение. Арендаторы, полагаю, извернутся, хотя денег для сельскохозяйственных улучшений, которыми ты так увлечен, нам уже не видать. Придется экономить так, как нам и не снилось, — продолжала графиня. — Этот дом, самое меньшее, будет продан, большинство слуг — уволены, большая часть Холкрофт-Хауса — закрыта. Все, за исключением той части дома, где нам придется жить постоянно, разумеется. Незачем говорить, что я больше не смогу путешествовать или заниматься тем, что меня интересует. Но все равно решение полностью за тобой — жениться на этой девушке или нет. Я никогда не стану заставлять тебя жениться против воли, какой бы подходящей ни была невеста или как бы долго ты ни задержался с выполнением твоего долга перед семьей. Да, поступай, как находишь лучшим. — Она испустила прочувствованный вздох и бросила на него храбрый взгляд. — Во всяком случае, из этого может выйти что-то хорошее. Мы с тобой сможем больше времени бывать в обществе друг друга. — Она подошла к сыну и потрепала его по щеке. — Мы будем вместе смотреть в лицо жизни, ты и я, мать и сын. Вместе… до конца наших дней.

7
{"b":"1149","o":1}