ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Машина пространства. Опрокинутый мир
Светлый день. Пасхальные рецепты для уютного семейного праздника
Сеятели ветра
Другая улица
Метод Питера Линча
Радикальное Прощение. Духовная технология для исцеления взаимоотношений, избавления от гнева и чувства вины, нахождения взаимопонимания в любой ситуации
Новые правила деловой переписки
Отрок. Внук сотника: Внук сотника. Бешеный лис. Покоренная сила
Закон притяжения и сила мысли

Глава 3

Следующим утром Лахлан лежал рядом с ней, еще не до конца стряхнув с себя сон и чувствуя себя таким умиротворенным, каким не был уже много сотен лет.

Конечно, почти двести из них он провел в аду, а теперь наконец оказался чистым и сытым – и к утру уснул как мертвый, без мучительных кошмаров последней недели.

Почти всю ночь Эмма лежала напряженно и неподвижно. Казалось, она подозревала, что любое ее движение вызовет у него желание кончить еще раз. И она не ошибалась. Благодаря ее нежной руке он изверг из себя семя – неожиданно мощно и долго. Она избавила его от ноющей тяжести в мошонке, но ему по-прежнему хотелось войти в нее.

Все ночь Лахлан прижимал ее к себе. Он ничего не мог с собой поделать. Прежде он никогда не проводил всю ночь в одной постели с женщиной – такое событие предназначалось для подруги, – но оказалось, что ему это нравится. Очень нравится. Он помнил, что говорил с ней, – но не помнил, что именно говорил. Однако ее реакцию на его слова он запомнил. На ее лице отразилось отчаяние, словно она наконец поняла всю безнадежность своего положения.

Эмма в последний раз попыталась сбежать, и снова он с удовольствием дал ей думать, что она близка к успеху, а потом схватил ее и вновь уложил рядом с собой. Она обмякла и затихла.

Он сонно поднял руку, чтобы дотронуться до ее волос. За ночь они высохли, превратились в непослушные локоны и стали еще светлее, чем ему показалось сначала. Теперь он любовался блестящими прядями, сияющими на солнце. Чудесные, хоть и у вампирши…

Солнце!

Он сорвался с кровати, поспешно задвинул занавески, а потом бросился к Эмме и повернул лицом к себе.

Она едва дышала и не могла говорить. Розовые слезы текли из ее остекленевших глаз. Кожа у нее горела словно в лихорадке. Он поспешно унес ее в ванную и долго возился с незнакомыми кранами, пока вода не полилась обжигающе холодной струей, под которую он встал вместе с Эммой. Спустя несколько минут она закашлялась, сделала глубокий вдох – и снова обмякла. Лахлан прижал ее к груди – и нахмурился. Ему нет дела до того, что она горела. Он и сам горел. Из-за ее родичей. Ему просто нужно сохранить ей жизнь до тех пор, пока он точно не убедится в том, что она – его подруга.

Лахлан оставался с Эммой в воде, пока она не охладилась, а потом сорвал с ее тела промокшую шелковую сорочку, чтобы высушить нежную кожу. Прежде чем вернуть Эмму в постель, он надел на нее новую сорочку, на этот раз – еще более густого красного цвета. Как будто ему нужны были напоминания о том, кто она!

Он и сам надел свою пострадавшую одежду, а потом начал расхаживать по апартаментам, пытаясь придумать, что ему с ней делать. Достаточно быстро ее дыхание выровнялось, а щеки снова порозовели. Типично вампирская способность быстро восстанавливаться! Лахлан всегда ее ненавидел – и с новой силой возненавидел за то, что Эмма ее продемонстрировала.

С отвращением он отвернулся от нее – и его взгляд упал на телевизор. Он стал изучать его, пытаясь понять, как он включается. Качая головой, Лахлан изумился простоте современных устройств – и проявил сообразительность, заключив, что нужно нажать кнопку «вкл».

В течение прошлой недели у него создалось впечатление, что все обитатели Парижа в конце дня усаживаются перед одной из таких коробок. Благодаря острому слуху и зрению Лахлан мог смотреть программы даже с улицы. Он влезал на дерево с украденной едой и, привалившись к стволу, поражался разнообразной информации, заключенной в каждой передаче. А теперь он мог включить свой собственный ящик! Понажимав некоторое время кнопки, ему удалось найти постоянное место, где сообщали одни только новости – и делали это по-английски. Английский был ее родным языком и одним из его собственных, хотя его вариант устарел больше чем на век.

Перебирая вещи Эммы, Лахлан вслушивался в незнакомую речь и быстро усваивал новые слова. Оборотни обладали этим талантом – способностью сливаться с окружением, усваивать новые языки, диалекты и модные словечки. Это были механизмы выживания. Инстинкт приказывал: «Не выделяйся. Узнавай все. Не упускай мелочей – или ты умрешь».

Лахлан стал рассматривать вещи Эммы. Сначала, конечно, его внимание привлек ящик с шелковым бельем. Нижнее белье этого времени оказалось гораздо меньшим и потому более приятным, чем в прошлом. Он представлял ее себе в каждом нарядном лоскутке шелка, представлял себе, как зубами освободит ее от них…

Затем он перешел к платяному шкафу и стал рассматривать ее странную одежду. Многие предметы гардероба были красного цвета – и немалая часть почти ничего не закрывала.

Лахлан высыпал на пол содержимое сумки, которая была при Эмме накануне вечером, обратив внимание на то, что каждая вещь безнадежно испорчена. В мокрой груде оказалось серебристое приспособление с цифрами, похожими на цифры, виденные им на… он нахмурился, вспоминая нужное слово… на телефоне. Он встряхнул приборчик, в котором забулькала вода, и отшвырнул назад.

В небольшой кожаной обложке нашлась жесткая карточка, которая оказалась «водительскими правами Луизианы» и принадлежала Эммалайне Трой.

Вампиры в Луизиане? Неслыханно!

Лахлан на секунду замер, вспоминая долгие годы, когда молился о том, чтобы узнать хотя бы имя, получить хоть какой-то намек на то, где найти свою подругу.

Там же оказалось маленькое изображение ее лица: Эмма смущенно улыбалась, волосы, заплетенные в косы, закрывали уши. Изображение было поразительным – но непонятным. Это было похоже на дагерротип, только к тому же тут был цвет.

Дата ее рождения была зарегистрирована 1982 годом, что, как Лахлан прекрасно знал, не могло быть правдой. Физиологически ей чуть больше двадцати: она законсервировалась навсегда в пике формы, так чтобы легче всего было пережить будущее, но хронологически она наверняка старше. Большинство вампиров возникли много веков назад.

И какого черта ее понесло в Луизиану? Неужели вампиры захватили не только Европу? А если это так, то что случилось с его кланом?

При мысли о своем клане Лахлан взглянул на вампиршу, которая лежала неподвижно и тихо, как труп. Если она действительно окажется его подругой, то она станет его королевой и будет править родичами Лахлана. Такое невозможно. Клан порвет ее на мелкие кусочки при первой же возможности. Оборотни и вампиры – враги с изначальных времен туманного хаоса Закона. Кровные враги. Именно поэтому он нетерпеливо возвращался к ее вещам – чтобы лучше узнать своего врага. А не потому, что его снедало любопытство ко всему, что касается этой женщины.

Лахлан открыл синюю книжечку паспорта и обнаружил еще одно изображение, которое казалось немного вымученным, а потом карточку с медицинским предупреждением, где ее состояние здоровья обозначалось как «аллергия на солнечные лучи и крайняя светобоязнь».

Он какое-то время пытался понять, является ли эта карточка шуткой, а потом извлек из кучи вещей кредитку. Лахлан видел рекламу таких по телевизору – из рекламы он извлек не меньше сведений, чем из сообщений мрачной личности, читавшей последние известия, – и знал, что на них можно купить все.

Лахлану требовалось многое. Он начинал жизнь сначала, но самыми острыми были потребности в одежде и транспортном средстве, на котором можно было бы отсюда уехать. В своем ослабевшем состоянии он не хотел оставаться в том месте, где местопребывание Эммы известно вампирам. И пока он со всем не разберется, он вынужден будет держать ее при себе.

Он столько лет потратил на изобретение способов убийства вампиров, а теперь должен понять, как защитить одного из них.

Зная, что Эмма скорее всего проспит до заката – и в любом случае не сможет сбежать в дневное время, – он оставил ее и отправился вниз.

Вопросительные взгляды, которые он ожидал увидеть, он встречал с высокомерным недовольством. Если в какой-то момент его незнание времени проявится, он спрячет это под таким прямым взглядом, что большинству людей покажется, что они неправильно его поняли. Люди всегда терялись и ежились под его взглядом.

6
{"b":"114921","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Университет прикладной магии. Попаданкам закон не писан!
География на пальцах
Валькирия в черном
Соседская девочка (сборник)
Невидимый круг
Анонимная страсть
Город Брежнев
Одарённая
Как стать легендой. Жить полнее, любить всем сердцем и оставить след на земле