ЛитМир - Электронная Библиотека

– Д-до завтра, – заикаясь, сказала она и, быстро развернувшись, поспешила к себе.

Куинн не знала, бежит ли она от него или от своих собственных желаний.

На следующее утро Куинн проснулась довольно рано, несмотря на практически бессонную ночь. Однако когда она спустилась в столовую, ей сообщили, что Маркус уже позавтракал и отправился по делам до полудня.

Несомненно, он был ранней пташкой, что так ценится приверженцами высокой морали, думала она, поглощая завтрак в одиночестве и неожиданно для себя испытывая тоску.

Затем она отправилась на кухню, чтобы узнать, как устроилась Полли. Девочка была занята чисткой большой кастрюли и выглядела намного веселее и чище, чем обычно.

– О, здесь полно работы, миледи, – призналась она, отвечая на вопрос Куинн. – Но это хорошая работа, и мне прилично за нее платят. Меня не бьют. Правда, мне кажется, что не нужно мыться так часто, как требует миссис Уолш.

Куинн едва не рассмеялась.

– К этому ты довольно скоро привыкнешь, – уверила она девочку. – Тебе даже понравится быть чистой. Со временем миссис Уолш найдет тебе другую работу. Думаю, уже скоро ты сможешь работать горничной.

– Вы правда так думаете, миледи? – с надеждой спросила Полли. – Мне так повезло. Я бы хотела, чтобы Энни и другие девочки тоже смогли жить другой жизнью.

– Энни... это одна из девочек мистера Твитчелла?

Куинн понимала, что не сможет нанять такое количество служанок.

Полли кивнула:

– Да. Она говорит, что у нее все в порядке, но я часто вижу, как она плачет. А иногда клиенты бьют ее, и она возвращается к Твитчеллу с синяками.

Желание Куинн сделать что-нибудь для этих несчастных стало еще сильнее.

– Не могу поверить, что так много мужчин интересуются такими маленькими девочками, – в ужасе прошептала она.

– О, их полным-полно, миледи, – махнула рукой Полли. – А некоторые, вы не поверите, настоящие богачи.

– Ты хочешь сказать, джентльмены?

Полли снова кивнула.

– Некоторые девочки становятся их фаворитками. Таким платят намного больше.

Находящиеся на кухне служанки навострили уши, поэтому Куинн быстро перевела разговор в другое русло.

– Ты говорила с братом? – спросила она. – Миссис Уолш обещала выхлопотать для него место на конюшне.

– Да, миледи! Он уже начал там работать. Ему очень нравится, ведь он всегда сходил с ума по лошадям.

– Я рада это слышать. – Теперь оба ребенка были избавлены от ужасного мистера Твитчелла. – Если тебе или ему что-нибудь понадобится, скажи мне или миссис Уолш.

– Обязательно. И еще раз спасибо, миледи.

Полли поклонилась и снова занялась кастрюлей, а Куинн отправилась к себе обдумывать то, что узнала от девочки.

Как могли так называемые джентльмены делать своими фаворитками уличных девочек, еще совсем детей? Если эти мужчины занимали высокое положение в обществе, то должны были представлять собой образец добродетелей. Куинн именно так понимала общественное устройство Англии. Вероятно, настало время напомнить обществу об этом. Во-первых, требовалось напугать этих джентльменов карой Господней, а во-вторых, срочно заняться организацией школы для девочек, чтобы навсегда спасти их от влияния улицы.

– Это было так интересно и познавательно, – сказала Куинн, когда они с Маркусом выходили из египетского павильона. – Благодарю вас за то, что привели меня сюда... Маркус.

Он улыбнулся, довольный тем, что жена назвала его по имени. Маркус был поражен ее знанием египетских древностей, которые они видели на выставке. Он полагал, что американское образование намного уступает английскому, но явно ошибся.

– Я принимаю ваши благодарности, но мне тоже очень здесь понравилось, – ответил он.

– А мне приятно слышать, что вы не зря потратили сегодняшний день.

Куинн выглядела очень счастливой, и Маркус решил, что сделает все, чтобы она была еще счастливее.

– Думаю, что утро точно прошло не зря. Надеюсь, вы согласитесь со мной, когда увидите лошадей, которых я выбрал для вас. Их должны привести домой к трем часам, а это уже совсем скоро.

Домой. Он произнес это слово, которое теперь значило для него намного больше, чем все предыдущие годы, когда он жил в этом доме с Питером и Энтони. Почему это произошло? Видимо, даже за два дня Куинн сумела превратить для него это место в настоящий дом.

– Вы уже продумали, как хотите изменить вашу комнату? – спросил он.

Вопрос, казалось, удивил девушку, но она быстро ответила на него:

– Да. Вчера я отдала кое-какие распоряжения.

– Значит, после ужина вы занимались именно этим, – заключил он.

Маркус не мог удержаться и не подшутить над ней, так как понимал, что она просто избегала его. К счастью, она была занята делом, а не планировала побег.

Их экипаж медленно двигался по дороге к дому.

– Что вы думаете о бездомных, которых так много в Лондоне? – неожиданно спросила Куинн.

– Я считаю, что... – Застигнутый врасплох, Маркус едва не сказал, что считает, этим людям необходима помощь, но вовремя одумался. – Существует множество благотворительных обществ, которые занимаются этой проблемой. Но мне хотелось бы видеть их как можно реже.

Куинн недовольно поморщилась:

– Общества или бездомных?

– Конечно, бездомных. Хотя я редко думаю о них, – сказал он, подражая Роберту.

– Я в этом не сомневаюсь, – сухо заметила она. – Они редко бывают в Мейфэре. А когда случайно забредают туда, их немедленно выдворяют прочь.

Куинн имела в виду тот случай, когда встретила Маркуса, ведущего к себе в дом ватагу уличных мальчишек. Чтобы не вызывать опасных вопросов, он сказал:

– Так безопаснее для всех. К тому же там они меньше привлекают внимание полиции.

Увидев, как укоризненно она смотрит на него, Маркус торопливо добавил:

– Но я вовсе не бессердечный. Мои налоги помогают бедным, а время от времени я жертвую на благотворительность.

– Да, конечно.

Они уже свернули на Гроувнер-стрит, поэтому он поспешил сменить тему:

– У вас еще останется время, чтобы переодеться перед конной прогулкой. Ваша горничная приготовила для вас платье?

– Да, – ответила она, и выражение раздражения мгновенно исчезло с ее лица. – Она переделала одно из моих платьев. Мы будем кататься прямо здесь или отправимся в парк?

– Это зависит от вас.

Экипаж остановился напротив дома, и Маркус помог жене сойти вниз.

– Я отведу лошадей на конюшню. Встретимся прямо здесь, когда вы переоденетесь.

Куинн согласно кивнула и поспешила в дом. Маркус с восхищением смотрел ей вслед, наслаждаясь созерцанием ее стройной фигурки и легкой походки. Если они не будут говорить об Ангеле и заботе о бездомных, то их отношения могут стать просто великолепными. А сегодня ночью, возможно...

Нет, не нужно загадывать. Лучше наслаждаться тем, что есть.

Куинн вышла из дома как раз в тот момент, когда появился торговец лошадьми. Он вел в поводу четырех великолепных скакунов.

– Вы вовремя, дорогая, – улыбнулся ей Маркус, а затем повернулся к торговцу: – Четыре? Но утром я отобрал только трех.

– Да, – подтвердил его слова торговец, – но эта кобылка прибыла к нам как раз после вашего ухода. Она так красива, что я решил показать ее вам.

Гнедая действительно была на редкость хороша. Таких красивых линий крупа Маркус не видел ни у одной лошади, но огонь, горевший в ее бездонных глазах цвета лесного ореха, свидетельствовал о крутом норове.

– Она великолепна! И так похожа на Упрямицу, которая была у меня дома! – восхищенно воскликнула Куинн. – Но остальные тоже очень хороши, – добавила она, не желая обидеть Маркуса.

– Я не знал, хорошая ли вы наездница, поэтому отобрал наиболее спокойных лошадей, – сказал он. – Но право выбора остается за вами.

Куинн внимательно осмотрела всех животных. Когда она подошла к гнедой, та взметнула вверх голову.

– Ну, спокойно! – ласково, но твердо прикрикнула на нее Куинн.

27
{"b":"11493","o":1}