ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Бизон?

Я встала, прошла по вагону и, положив руки на окно, всмотрелась в изображение. Да, это он, только намного моложе и тоньше, чем Бизон, которого я знала. Он пел, склонив набок голову и глядя в камеру. Его изображение повторялось сотни раз, пока не закрыло собой все здание. В левом углу каждого экрана был логотип «НОВОСТИ». Бизон был в новостях. Когда поезд должен был проехать мимо небоскреба, лицо Бизона сменил неясный кадр, запечатлевший полицейский автомобиль, припаркованный возле ничем не примечательного здания. Полиция, подумала я, прижав к окну руки и глядя на удалявшийся небоскреб. Стекло запотело от моего дыхания. Бизон. Почему ты оказался в новостях?

Когда приехала в Такаданобабу, уже темнело. Свет горел только на лестнице. Светлана стояла на улице, рассматривала что-то на земле. Дверь позади нее была открыта. На Светлане были модные ботинки и пушистое розовое пальто до колен. Она держала мешок для мусора, набитый одеждой.

– Ты видела новости? – спросила я. – Смотрела телевизор?

– Он сдох.

– Что?

– Посмотри.

Окружавшая дом листва была сильно истоптана. Вероятно, тут стояли медсестра и чимпира, смотрели на наши окна. Светлана носком розового ботинка отодвинула листья и указала на место, где лежал мертвый котенок. На продавленной голове отпечатался след ботинка.

– Сука! Это же маленький котик. Что он ей сделал? – Она бросила мешок на землю и пошла к лестнице, разводя руками. – Сука.

Я пошла за ней в дом, невольно передернувшись. На полу до сих пор лежало битое стекло от лампочек и щепки разломанных дверей. Я смотрела на безмолвные коридоры.

– Ты видела новости? – снова спросила я, войдя в гостиную. – Телевизор еще работает?

Приемник накренился, но когда я его поправила и включила в розетку провод, он заработал.

– Только что на экранах был Бизон. – Я наклонилась над телевизором и надавила на кнопку переключения каналов. На экране появился мультфильм, потом реклама энергетических напитков, девушки в бикини.

Бизона не было. Снова пробежалась по каналам, меня охватило нетерпение. – Что-то случилось. Я видела его двадцать минут назад. Ты не смотрела…

Я оглянулась через плечо. Светлана стояла в дверях со сложенными руками. Я выпрямилась.

– Что?

– Мы уезжаем. – Она обвела рукой комнату. – Смотри.

Повсюду стояли серые и белые пластиковые мешки фирмы «Мацуя». Я увидела связку вешалок для одежды, рулоны туалетной бумаги, обогреватель.

– Мы с Ириной нашли новый клуб.

В этот момент в коридоре появилась Ирина. Она тащила за собой завернутую в полиэтилен одежду. На ней тоже было пальто, в свободной руке она держала вонючую русскую сигарету. Ирина уронила одежду и встала позади Светланы, положила подбородок ей на плечо и обратила на меня мрачный взгляд.

– Хороший клуб. Я заморгала.

– Уезжаете? Но где вы будете жить?

– Квартира в доме, где клуб. – Она поцеловала кончики своих пальцев и сказала: – Клуб – высший класс.

– Но как? – растерянно спросила я. – Как вы…

– Помог мой клиент. Он нас сейчас туда заберет.

– Грей, никому ничего не говори, ладно? Не говори маме Строберри, куда мы едем, и девушкам – тоже. О'кей?

– О'кей.

Наступила пауза, затем Светлана нагнулась ко мне, положила руку на плечо и заглянула в глаза. Я занервничала.

– Послушай, Грей. Тебе лучше поговорить с ним. – Она мотнула головой в сторону плотно закрытой двери Джейсона. – Что-то серьезное.

Ирина кивнула.

– Он нам говорит: «Не смотрите на меня». Но мы его видели.

– Да. Мы видели, как он пытается передвигаться… как это по-английски? Ползать. Встает на руки. Как собака.

– Ползать? – У меня заныло сердце. – Вы говорите, что он ползает?

– Да. Ползает. Пытается ползать. – Она с тревогой посмотрела на Ирину. – Грей, послушай. – Она облизнула губы. – Мы думаем, ему нужен врач. Он говорит, что никого не хочет видеть, но… – Она на мгновение примолкла. – Что-то с ним не так. Что-то очень плохое.

Нервный мужчина увез девушек в белом «ниссане». С их отъездом дом показался холодным и заброшенным, словно его заколотили на зиму. Из-под двери Джейсона пробивалась полоска света, но в комнате было тихо. Я постояла, подняла руку, чтобы постучать. Задумалась над тем, что сказать. Так и не решив, постучала. Ответа не было. Я снова постучала и услышала приглушенное:

– Что?

Я отодвинула дверь. В комнате было холодно. Возле окна мерцал экран его маленького телевизора. В полумгле я увидела разбросанные по полу вещи, пустые бутылки, порванную одежду и принесенное из кухни высокое алюминиевое мусорное ведро с педалью. На экране телевизора японская девушка в ярком платье перепрыгивала в плавательном бассейне с одного островка на другой. Мини-юбка взлетала при каждом прыжке. Девушка была единственным проявлением жизни в этой комнате. Стол Джексона стоял вплотную к двери, загораживая вход.

– Перелезай через него, – сказал он. Похоже, его голос доносился из шкафа.

Я сунула голову в комнату, выкрутила шею, пытаясь его разглядеть.

– Ты где?

– Да лезь же, черт побери.

Я села на стол, подтянула колени, развернулась и спрыгнула на пол.

– Закрой дверь.

Я перегнулась через стол и задвинула дверь, после чего включила свет.

– Нет! Выключи сейчас же!

Пол был завален тряпками и скомканными кухонными полотенцами, пропитанными кровью. Мусорная корзина тоже была набита доверху. Из-под окровавленного футона торчала желтая ручка ножа, кончик отвертки, несколько стамесок. Я видела приготовленное ad hoc[81] оружие. Джейсон приготовился к обороне.

– Я сказал: выключи свет. Ты хочешь, чтобы она нас здесь увидела?

Я послушалась, наступила продолжительная пауза. Затем я сказала:

– Джейсон, позволь мне вызвать врача. Я собираюсь позвонить в международную клинику.

– Я сказал: нет! Не хочу, чтобы меня трогал какой-то япошка.

– Тогда позвоню в твое посольство.

– Не надо.

– Джейсон. – Я сделала несколько шагов и почувствовала, как к обуви что-то пристало. – Ты истекаешь кровью.

– Ну и что?

– Откуда у тебя течет?

– Откуда? Что за глупый вопрос?!

– Скажи, откуда? Может, это опасно.

– О чем ты толкуешь, черт побери? – Он забарабанил по дверце, и стенки шкафа задрожали. – Не знаю, что ты там себе надумала, но ты все сочинила. – Он тяжело дышал. – Все твои домыслы – чушь собачья. Фантазии твоей больной головы.

– С моей головой все в порядке, – спокойно сказала я. – И ничего я не сочиняю.

– Послушай, детка, тебе почудилось. Меня никто не трогал, если ты это имеешь в виду.

Теперь я его видела. Он привалился к стенке шкафа, завернувшись в одеяло. Лежал на боку, по-видимому, старался согреться. Я прислушивалась к его хриплому голосу.

– Я не хочу, чтобы ты высказывала такие предположения. – Что ты вообще тут делаешь? Отойди!

Я отступила на шаг назад.

– Стой там. И не смотри на меня.

Я слышала, что дыхание у него затрудненное.

– Вот что, – сказал он. – Нужно вызвать кое-кого на помощь.

– Я отвезу тебя к врачу и…

– Нет! – Он старался контролировать голос и приводил свои мысли в порядок. – Нет. Слушай. На стене написан номер. Рядом с выключателем. Видишь? Это телефон моей матери. Позвони ей. Сходи в телефон-автомат и закажи разговор, оплаченный абонентом. Скажи, чтобы она кого-то мне прислала. Только пусть человек приедет не из Бостона, а из дома в Палм-Спрингс. Это поближе.

Палм-Спрингс? Я уставилась на шкаф. Джейсон происходит из семьи, имеющей дом в Калифорнии? И у его семьи есть слуги? Я всегда представляла его бродягой. Таких людей я встречала в аэропорту: с потрепанным путеводителем под мышкой, с рулоном туалетной бумаги, прицепленным к рюкзаку. Я могла представить его моющим посуду, обучающим людей английскому языку, спящим на пляже под лоскутным одеялом. Думала, ему нечего терять, как и всем нам.

вернуться

81

К данному случаю (лат.).

56
{"b":"11495","o":1}