ЛитМир - Электронная Библиотека

Он снял с полки бутылку и поставил ее на стол перед Бланхардом.

— На, выпей немного, мой мальчик. Это поможет тебе прийти в себя.

Бланхард взял бутылку и поднес ее к губам. Крепкий напиток освежил ему горло и согрел желудок.

— Ты достал лошадь?

— Лошадь, оружие и одежду, — кивнул Хейскел. — Все, что ты просил.

Пока Бланхард переодевался, он подошел к маленькому окошку. Люди уже разошлись. Прозвучавший над городом сигнал трубы вернул солдат к их повседневным обязанностям.

— Слишком тяжело для тебя — барабаны, трубы, блеск сабель, вьющиеся знамена.

— Эта глава моей жизни прожита и забыта, — ответил Бланхард, Рассовав патроны в ремень и застегнув пряжку, под которой висел тяжелый кольт.

— Итак, ты хочешь найти этих парней?

Бланхард надел широкополую шляпу. Горькая улыбка скользнула по его губам.

— Нет ничего, что могло бы меня удержать.

— Я очень хорошо тебя понимаю, — сказал Хейскел. — Но ты имеешь хотя бы отправную точку?

Бланхард пристегнул шпоры к своим сапогам. Теперь он выглядел уже не как офицер, а как один из многих людей, пересекающих страну после окончания войны и готовых с оружием в руках защищать свою жизнь.

— Отправную точку?

Он нахмурился и глубоко задумался. Додо назвала два имени: Сид и ранчо Дрейненов.

Сид, несомненно, был человеком, который, как ей казалось, должен был на ней жениться. И еще он был убийцей, тот парень с русыми волосами и жестокими серыми глазами.

Но что подразумевается под ранчо Дрейненов?

Это были ее последние слова перед тем, как она умерла. Хотела ли она этим сказать, где он сможет найти бандитов?

— Ты не знаешь ранчо Дрейненов? — спросил он.

Хейскел с сожалением отрицательно покачал головой.

— Никогда о таком не слыхал. Но эта страна очень велика, и один человек не может знать все места и названия.

— Мне хотелось бы, чтобы ты попытался узнать, где есть ранчо с таким названием, — сказал Бланхард.

Хейскел кивнул:

— Порядок. Но где я найду тебя?

— Мне придется немного поездить верхом. Сначала на север, а потом, возможно, и на запад. Может быть, я что-нибудь найду гам.

— Может быть — да, а может быть — нет. — В голосе Хейскела прозвучало сомнение.

— Я должен попробовать. — Бланхард взялся за походный мешок, лежавший под кроватью. — Через три месяца я буду в форте Самнер. Если ты что-нибудь узнаешь, отправь мне туда весточку.

— Форт Самнер в верхнем течении Пекоса? — спросил Хейскел.

— Да. Может быть, люди, которых я ищу, пойдут за Пекос. Там не признают никаких законов, земли там обширные и пустынные, и они смогут хорошо спрятаться.

— Вряд ли, — сказал Хейскел задумчиво. — Они понимают, что армия не оставит такой налет незамеченным и попытается вернуть свой авторитет. Поэтому они должны считаться с преследователями. Я думаю, они спрячут деньги, затаятся и подождут, пока это дело не порастет быльем.

Бланхард перекинул рюкзак через плечо.

— Может, ты и прав. Но все равно когда-нибудь мне придется начать. Итак, через три месяца в форте Самнер.

— Подожди! — быстро сказал Хейскел.

Он достал из темного угла за кроватью короткоствольный карабин, магазин и курок которого сразу ярко заблестели.

— Это «винчестер», — пояснил он. — Лучшее оружие для всадника, которое сейчас можно купить. Совершенно новая конструкция. Ты сможешь сделать без перезарядки десять выстрелов.

— Спасибо, Хенк, — тепло поблагодарил Бланхард.

Хейскел покачал головой:

— Не благодари. Без тебя мне подолгу приходилось есть одну рыбу. Я рад, что могу хоть что-то сделать для тебя. — Он указал на оружие. — Из-за этой магазинной коробки из желтой меди его прозвали «Желтый мальчик». И еще: для стрельбы из него нужны такие же патроны, как и для твоего кольта. Поэтому ты можешь покупать патроны только одного сорта.

— Хенк, ты действительно прекрасный оруженосец! — сказал Бланхард.

— Подожди, пока ты не расправился с теми парнями, — ухмыльнулся Хейскел. — Готов? Отлично, теперь я покажу тебе твою лошадь.

Они вместе вышли из дома. Хейскел вывел из конюшни за домом светло-коричневую кобылу, в которой сразу чувствовалась дикая кровь.

— Зовут Леди.

Бланхард похлопал ее по шее — кобылка ему понравилась. Он увидел жгучие глаза и породистую голову действительно отличной лошади. Человек, который решился бы с ней расстаться, должен быть полным идиотом.

Он взял седельные сумки и прикрепил их к седлу. Хейскел подал ему чехол для карабина, который тоже прикреплялся к седлу. Потом взнуздал лошадь и передал поводья Бланхарду. Бланхард вложил в чехол «винчестер», оперся на стремя и вскочил в седло. Оттуда он в последний раз взглянул на Хенка.

— Через три месяца в форте Самнер, — повторил он.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА 7

Из Техаса Бланхард выехал в лежащую севернее местность которая принадлежала тогда индейцам, а через двадцать пять лет была присоединена к США под названием Оклахома.

Он ехал на север до границ Колорадо и уже видел снежные вершины Скалистых гор, вознесшиеся над горизонтом.

В дни, когда еще стояла жаркая солнечная погода, он терпеливо объезжал эту огромную страну. Ночью он разводил костер и наблюдал, как серые клубы дыма поднимаются к звездам. Во время перехода по Канаде он попал в ураган и едва не был убит молнией. Как-то раз он пристал к ковбоям из Техаса, перегонявшим из Монтаны огромный табун лошадей, и провел с ними несколько дней. Они не знали, кто он, так как он назвался чужим именем. Однажды вечером они рассказали ему о некоем лейтенанте из форта Бран, убитом своими же солдатами. Они называли офицера койотом и грязным коршуном, которого следовало стереть с лица земли. Как уроженцы Техаса, они не особенно симпатизировали армии янки, но считали, что человек должен оставаться человеком в любом обществе вне зависимости от цвета мундира.

Бланхард безмолвно слушал, как его ругали и осыпали проклятиями. На следующее утро он покинул их, сославшись на обстоятельства.

Он снова поехал на восток через Индиану и пересек Арканзас, выехав к форту Смит. Так как лето шло к концу, он опять поехал на юг — худой, крепкий человек, одежда которого пропахла дымом неисчислимых костров.

В начале октября под проливным дождем он достиг форта Самнер. Он проехал по грязным улицам и остановился на ночлег.

К этому времени форт уже потерял свое пограничное значение и был в основном торговым постом, где соединялись старые торговые пути из Санта-Фе и Калифорнии.

Бланхард присмотрелся к жизни форта, послушал, о чем говорили злые языки, которые несмотря на дождь собирались под хмурым небом. Несколько дальше тек Пекос, за которым лежали свободные незаселенные земли. Многие собирались здесь, чтобы продолжить свой путь на запад.

Он поставил лошадь в конюшню в одном переулке и с необходимыми вещами и оружием в руках пошел искать гостиницу, где мог бы остановиться.

Мимо Бланхарда к деревянному клубу быстро прошли несколько мужчин, плечи которых промокли от воды, лившейся с полей их шляп. Почтовый фургон из форта Уорс прибыл с большим опозданием, и пассажиры поспешили покинуть свою временную тюрьму. Кучер ругал усталую упряжку лошадей. Работник линии стоял перед зданием и держал над головой фонарь, свет которого бросал на землю причудливые тени. Вдоль улицы по направлению из города проскакал кавалерийский патруль. Бланхард остановился и проводил глазами всадников, привставших в седлах. Он вспомнил, как когда-то был таким же всадником, и печаль наполнила его грудь.

Где-то на окраине города раздался лай револьвера. С ветром донеслись гулкие хлопки выстрелов.

Индеец, неподвижный как статуя, сидел под навесом, защищавшим его от дождя. На его жирных волосах была круглая черная шляпа. Бланхард, еще не поборовший в себе привычек кадрового военного, не ощущал почти ничего общего с краснокожим. Хотя сейчас цивилизация белого человека явно была не для него.

7
{"b":"11496","o":1}