ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я… мне кажется, милорд… думаю, следует сообщить об этой новости вашей прислуге, – пролепетала она, пряча глаза.

– Да-да! Сейчас же поставлю в известность миссис Эбботт. – Говоря это, он с преувеличенным вниманием рассматривал фарфоровую статуэтку на каминной полке. – Не могли бы вы пригласить ее сюда, когда пойдете наверх?

– Конечно, милорд!

Фредерика пошла к двери. Буря чувств взбудоражила ее и одновременно ввергла в пучину сомнений: неужели он ощущает то же самое, а может, выражение его глаз ей просто привиделось?

– Ах, да! Я совсем забыл, – сказал он, и она задержалась на пороге. – Вчера вечером из Бруксайда приехал управляющий с квартальными бухгалтерскими книгами. Не могли бы вы посмотреть их вместе со мной… вместе с ним после ужина или завтра утром?

– Конечно, милорд!

Их взгляды встретились, и ее сердце забилось.

–Благодарю вас, Черри! – сказал он опять, и она поняла: чувство благодарности вызвано не только ее готовностью просматривать бухгалтерские отчеты.

Фредерика всего лишь кивнула в ответ, а выйдя из комнаты, помчалась разыскивать экономку.

Миссис Эбботт появилась через пару минут, так что разговор с ней позволил Гейвину довольно быстро переключиться с только что произошедшей сцены, вызвавшей неожиданный всплеск эмоций.

– В общем, миссис Эбботт, самое разумное, на мой взгляд, заключается в создании впечатления, будто нам с вами всегда было известно, что Кристабель законная дочь Эмити, – подытожил лорд Сибрук, рассказав, каким образом ему и мисс Черристоун удалось раздобыть подтверждение этому. – Мисс Черристоун достойна всяческих похвал, – добавил он. – Ее упорство, вера в успех, беззаветная преданность Кристабель спасли репутацию сестры и обеспечили ребенку достойное будущее.

Миссис Эбботт понимающе кивнула.

– Что касается Кристабель, милорд, я и так всегда пресекала излишнее любопытство прислуги. Мол, их это не касается, и жалованье им платят совсем не за то, чтобы совали свой нос куда не просят! Так что много времени не потребуется, то есть сразу поймут, что мне все давным-давно было известно, а вы оттого не спешили, что ждали официального сообщения. А девчушке, мол, все это время нездоровилось. Думаю, объяснений более чем достаточно!

– Отлично, миссис Эбботт! Никогда не сомневался в вашей преданности. – Гейвин широко улыбнулся ей, радуясь, с какой легкостью все устроилось.

Вот теперь, если кто-либо поинтересуется у него, как понимать слухи, распространившиеся о нем по всему Лондону, он сможет сказать, что именно за это и выставил сплетника Кумбеса из своего дома!

– Ну, а что с мисс Черристоун? – экономка неожиданно нарушила ход его мыслей.

– В каком смысле?

– Милорд, вы так же, как и я, прекрасно знаете, что она не может оставаться няней законной племянницы графа. Не забудьте, я все-таки проверила ее рекомендации не кое-как, а как положено. Липовые они, милорд, вот и все!

– Да-да, припоминаю. Вы говорили, – отозвался Гейвин, хотя давно забыл об этом. – Сказать по правде, вряд ли найдется более подходящая кандидатура на эту должность. А уж о том, что мисс Черристоун сделала для Кристабель, и говорить не приходится! Кроме всего прочего, они так привязались друг к дружке. Это-то уж вы, думаю, не станете отрицать?

Поджав губы, миссис Эбботт кивнула.

– Да уж! Хотя меня больше заботит, что о ней говорят другие. Чего уж тут, если есть еще одна вакансия, для которой вообще никаких рекомендаций не требуется, – сказала она с многозначительной улыбочкой и направилась к двери.

– Вакансия? – изумился Гейвин, не понимая, куда она клонит. – Какую должность вы имеете в виду?

– Разумеется, графини, – бросила миссис Эбботт прежде, чем прикрыла за собой дверь.

Гейвин вытаращил глаза. Ну и ну! Что, черт возьми, она имеет в виду? Он задумался. Обнаружив, что рекомендации – сплошная выдумка, она советовала с няней распроститься. Он решил настоять на своем. Она, кажется, отнеслась к его решению неодобрительно, что, между прочим, его обрадовало. Решил, что старушенция ударится в амбиции и перестанет обращать внимание на молоденькую няню вовсе. Ан нет! Ошибся… Но, с другой стороны, сколько он себя помнит, миссис Эбботт никогда прежде не позволяла себе показывать норов. Никаких намеков, советов, пожеланий… Словом, в его личную жизнь не вторгалась ни под каким видом. А он, между прочим, вырос на ее глазах. И вообще она относится к нему как к сыну. Тогда тем более непонятно, как расценивать ее слова. Уж не думает ли она, что он собирается жениться на Черри, наплевав на богатую наследницу? А, собственно, почему бы и нет?

Как ни странно, эта мысль пришлась ему по душе. Даже хотелось об этом думать.

Похоже, Черри бесприданница… Ну так что ж? Зато жена будет хорошая. Умная, добрая… ни тени жеманства, никакого намека на примитивное кокетство. Алчная, самовлюбленная супружница – это же наказание Господне! Должно быть, мисс Честертон как раз такая. А Черри – прелесть! Чем больше он ее узнает, тем она ему милее и желаннее…

Гейвин вернулся к письменному столу, опустился в кресло. Благородные чувства стояли у горла.

Жених!.. Связал себя обязательствами, юридически и морально, вступить в брак с мисс Честертон и не в силах ничего изменить. Долг чести – превыше всего! Имеет ли значение, что Черри обладает исключительными душевными качествами? Вот так-то, лорд Сибрук! Разлад мечты с действительностью. А уж он бы ее так любил, так боготворил…

Хотя лорд Сибрук не относился к любителям пропустить рюмочку-другую перед обедом, сейчас его вдруг потянуло выпить. Он встал, подошел к шкафчику с напитками, постоял, подумал, а потом хлопнул бокал бренди.

Когда часом позже к лорду Сибруку заехал сэр Томас, хозяин пребывал в состоянии расслабленности, хотя сказать, что сильно под хмельком, было бы преувеличением. Едва лишь гость произнес пару фраз, блаженный покой – чрезвычайно обманчивый, если навеян спиртным, – обернулся безжалостной явью.

– Сибрук, страшно рад застать вас дома, – сказал сэр Томас, плюхаясь в кресло возле письменного стола. – Спешу сообщить, что сегодня получил известие от сестры. Она приедет в Лондон к закрытию сезона. Собирается быть здесь через неделю, может, чуть раньше, но пробудет недолго. А я прямо с ног сбился! Вечером договорился посмотреть дом на Одли-сквер, так что придется пропустить наши посиделки у «Джентльмена Джексона». Думаю, сестра ждет с нетерпением встречи с вами.

– Вот как? – буркнул Гейвин, стараясь не поддаться гнетущему ощущению неотвратимой неизбежности. – Надеюсь, ей не все равно, что она увидит?

– Ну что вы! – Сэр Томас рассмеялся. – Уж если на то пошло, права разорвать помолвку ее никто не лишал, однако она этого не сделала. Не беспокойтесь, теперь она никуда не денется! Во всяком случае, я ей не позволю.

Он, видите ли, не позволит… Лорд Сибрук сделал неопределенное движение бровями. Похоже, не терпится сбагрить сестрицу… Должно быть, та еще грымза! Вот она-то и станет его женой, и ничегошеньки не поделаешь. Отхлебнув бренди для поддержания духа, он улыбнулся сэру Томасу.

– А почему бы нам завтра вечерком не отпраздновать здесь мою помолвку с вашей сестрицей? Как говорится, гип-гип ура по случаю завершения былых свобод и начала бытия в духе чинно-степенной респектабельности. Убьем сразу двух зайцев: вы познакомитесь с моими близкими друзьями, а у них появится возможность хором выразить свои поздравления.

Если у лорда Сибрука улыбка и получилась с оттенком полной безнадеги, то сэр Томас, кажется, этого не заметил.

Глава двенадцатая

Фредерика провела остаток дня в приподнятом настроении. Новый статус Кристабель требовал перемен, и она с радостью отдалась приятному времяпровождению. Миссис Эбботт еще раньше говорила, что граф выделил значительную сумму на обустройство детской и покупку всякой всячины для племянницы, но сложившиеся обстоятельства лишали возможности тратить деньги с наслаждением.

29
{"b":"11497","o":1}