ЛитМир - Электронная Библиотека

И все, то есть никаких объяснений! Однако он понял, почему она уехала.

А что еще ей оставалось делать? Ну почему, почему он не валялся у нее в ногах, вымаливая прощение за свою несдержанность? Она, должно быть, предположила самое ужасное. А как иначе? Он помолвлен, можно сказать, без пяти минут муж какой-то там мисс Честертон… Ну и болван! Черри, с ее высокими принципами, умная, благородная… Все правильно! Уехала, опасаясь крайностей, чтобы не пришлось потом сожалеть о содеянном всю жизнь. Да пошла бы она к чертовой матери со всеми своими принципами! Он хочет только ее, никакую другую, она ему нужна, и он ее найдет, хоть из-под земли достанет!

Застигнутый врасплох, он не сразу обратил внимание на то, что миссис Эбботт не отводит от него тревожного взгляда.

– Здесь, в Лондоне, у нее подруга. Она к ней уехала. Я в этом уверен, – сказал лорд Сибрук бодрым голосом. – Я ее найду.

– Уж пожалуйста, милорд! Мисс Кристабель так расстроена, что и выразить не могу. А что будет, если узнает, что мисс Черристоун и не собирается возвращаться? Ребенку она нужна, да и вам тоже. Простите, если что не так сказала! – Миссис Эбботт похлопала его ладонью по плечу и встала, собираясь уйти.

Женщина мудрая, она, конечно же, не могла не увидеть тоску в глазах Гейвина.

– Думаю, вы правы, – заметил он и криво усмехнулся, как бы соглашаясь с ее неожиданной концовкой, полностью соответствующей его мыслям. – Постарайтесь успокоить Кристабель, скажите ей, что я непременно разыщу Черри.

Поиски исчезнувшей мисс Черристоун оказались делом не таким простым, как он предполагал.

Поздно вечером лорд Сибрук уже не находил себе места. Да что там, просто впал в отчаяние!

Гейвин, конечно, помнил о том, что рекомендации Черри все, как одна, фальшивые.

Правда, по мере того, как крепла их дружба, он то и дело ловил себя на мысли, будто ее гложет этот обманный трюк. Он чувствовал это и ждал, что не сегодня-завтра Черри облегчит душу чистосердечным признанием. Однако она не сделала ничего подобного.

А он теперь убедился, что ни одна рекомендация, из довольно-таки внушительного перечня, не в состоянии помочь отыскать ее след. Никто из указанных в характеристиках нанимателей, у кого Джеффри, по его наущению, пытался хитроумно выведать сведения о Черри, и ведать не ведал о некой мисс Черристоун. Создалось впечатление, будто она однажды материализовалась из воздуха на пороге его дома и подобным же образом растаяла, словно облачко.

Когда Джеффри в пятый раз вернулся ни с чем, лорд Сибрук взорвался:

– Черт возьми, до того как мисс Черристоун появилась у меня, она ведь где-то все-таки работала! И потом: по четвергам, во второй половине дня, постоянно уезжала к какой-то приятельнице. Кто она, эта ее подруга, где живет?

Джеффри только руками развел. Граф был вынужден отправиться на конюшню, решив лично навести справки у кучеров. На вопрос, по какому адресу они отвозили няню Кристабель, к своей все усиливающейся досаде, получил ответ, исключивший забрезжившую было надежду: мисс Черристоун никогда не прибегала к их услугам, а, выходя из дома, нанимала извозчика.

– Я уж и не надеюсь на то, что кто-то из вас обратил внимание хотя бы на одного из них. Припомните, может, всплывет в памяти какая-нибудь деталь? – спросил он с полной безнадегой в голосе.

Естественно, никто ничего не заметил.

Стараясь подавить чувство безысходности, он вернулся в дом. Постоял, подумал, а потом твердой походкой направился к лестнице и, в считанные секунды промахнув все ступеньки, поднялся на четвертый этаж. Он предположил, что, возможно, в ее комнате отыщется ключ к разгадке.

Сразу стало ясно: миссис Эбботт не ошиблась, сказав, что мисс Черристоун исчезла вместе со всеми своими пожитками. Единственная вещь, которая бросилась в глаза, принадлежала Эмити. Платье, в котором Черри спустилась вчера к гостям, аккуратно расправленное, лежало поперек узкой кровати и мгновенно свело на нет всю его выдержку. Гейвин ощутил комок в горле и чуть было не уронил слезу. Такого в его взрослой жизни еще не случалось.

Легкий шум за спиной отвлек его от печальных мыслей. Обернувшись, он увидел племянницу. Кристабель стояла в проеме двери детской и смотрела на него огромными серьезными глазами.

– Дядя Гейвин, Черри не вернется, да? – тихо спросила она.

Ресницы дрогнули, и закапали слезы. Гейвин опустился на колено, обнял Кристабель.

– Не знаю, мое солнышко, – сказал он хриплым голосом. – Но очень надеюсь, что вернется.

Кристабель обвила ручонками его шею, и целую минуту оба молчали, каждый на свой лад переживая общую потерю.

Неожиданно Кристабель отпрянула и, глядя на него в упор, спросила:

– Дядя Гейвин, а может быть, она – добрая фея? Подумала, что теперь все хорошо, и уехала делать добрые дела кому-то еще?

– Может быть, и так! – ответил Гейвин с грустной улыбкой.

По правде говоря, предположение племянницы показалось вполне приемлемым объяснением, поскольку он был не в состоянии придумать никакого другого.

Гейвин остался с Кристабель и пробыл в детской до тех пор, пока не пришло время ей ложиться спать. Они играли с мышатами, потом Кристабель с аппетитом поужинала – словом, дядя и племянница нашли утешение в общении друг с другом.

Как только малышка уснула, он по заранее обдуманному плану осмотрел комнату Черри. В платяном шкафу, естественно, ничего не обнаружил и сразу же приступил к ревизии туалетного столика. Выдвинув верхний ящик, увидел фунтовые банкноты, те, что вручил накануне, и его будто громом поразило. Он все понял. Какое дичайшее стечение обстоятельств! Всучил ей деньги и полез целоваться, да еще с поползновениями на интимные ласки! Что она могла в итоге подумать?

Сообразив, к какому выводу она могла прийти, Гейвин, объятый ужасом, закрыл глаза и скрипнул зубами, ругая себя последними словами. Ну не чурбан ли он? А теперь вот она уехала и затерялась на необъятных просторах Лондона – между прочим, без фартинга в кармане. Ведь она даже не успела получить положенное жалованье!

Выдвигая ящик за ящиком, Гейвин ничего другого не нашел. Покончив с поисками, он спустился в столовую, где его ожидал ужин. Есть не хотелось. Повозив вилкой по тарелке, приказал подать порто. Идти в библиотеку, где все напоминало о Черри, не было никакого желания.

Наливая вино в бокал, он сосредоточенно смотрел на рубиновую струю и думал о том, что вот прошел день, а он, по сути, никакими сведениями о ее местопребывании не располагает. Возможно, надо было более изощренно порасспросить прислугу в тех семьях, где, согласно рекомендациям, служила Черри.

Мысль показалась ему вполне разумной, и он воспрянул духом. Конечно же! Ну и дубина он, однако! Один из лучших армейских агентов, специалист экстра-класса по добыванию сведений, сидит тут и ждет известий от лакея. Уж если умение добывать разведданные способно ему самому принести ощутимую пользу, то лучший случай для доказательства его профессионализма вряд ли когда-либо представится!

Приняв это соображение в качестве руководства к действию, он встал из-за стола и велел принести пальто и перчатки. Майор Эликзэндр был готов начать расследование, притом немедленно.

Покидая дом лорда Сибрука, Фредерика надеялась, что наймет извозчика, едва лишь ступит на мостовую. Но человек, как известно, предполагает, а Бог располагает! Поставив сундучок у обочины тротуара, она вертела головой направо-налево, но Апер-Брук-стрит была безлюдна, как пустыня.

Правда, в отдалении маячила группа молодых шалопаев – взявшись за руки, они горланили песни и громко гоготали. Фредерике, впервые оказавшейся на лондонской улице глубокой ночью, да к тому же в одиночестве, стало не по себе. Нервное напряжение достигло предела. А может, вернуться? В высшей степени рискованно, мало того – неумно, стоять одной как перст, подвергая себя опасности.

Шумная компания двигалась по направлению к ней, спотыкаясь и раскачиваясь. Когда она уже подумывала о том, не убраться ли вместе со своей гордостью восвояси, увидела кеб, приближающийся с противоположного конца улицы. Моля Бога, чтобы он оказался свободным, Фредерика помахала.

36
{"b":"11497","o":1}