ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Кулинарная кругосветка. Любимые рецепты со всего мира
Миллион решений для жизни: ключ к вашему успеху
Не жизнь, а сказка
Лес тысячи фонариков
Ловушка для птиц
Истинная вера, правильный секс. Сексуальность в иудаизме, христианстве и исламе
Замок из стекла
Аргонавт
Сильнее смерти

— Почему вы ненавидите аристократию? — спросила она, немного помолчав. — Ко мне они всегда были… э-э… очень добры.

Люк остановился перед тележкой с овощами и зеленью и пробормотал:

— Значит, вам необыкновенно повезло. Хотя не исключено, что у вас не было достаточного опыта общения с ними.

Чтобы скрыть улыбку, вызванную подобным предположением, Перл наклонилась над корзинкой мяты и тимьяна. Вдохнув пряный аромат, пробормотала:

— Да, не исключено.

— А у меня такой опыт был. По крайней мере, он имелся у моей матери, которой приходилось терпеть их оскорбления и грубое обращение — даже когда она выполняла работу, до которой они никогда бы сами не снизошли. И все ради меня.

— Ваша мать воспитывала вас одна? — Перл уже было не до улыбок; она решила, что лучше воздержаться от обсуждения недостатков аристократов.

— Мой отец умер, когда я был маленьким мальчиком. Он был беден и почти ничего не оставил моей матери, поэтому ей пришлось работать, чтобы содержать нас обоих.

— До того времени, когда вы подросли и смогли ей помогать? — спросила Перл и тут же подумала: «Какой, наверное, трудной была жизнь бедной женщины и ее сына — этого загадочного и привлекательного мужчины».

Он отрицательно покачал головой.

— Увы, но я не смог ей помочь. Она умерла, когда мне было всего одиннадцать лет. Умерла от лихорадки, которой заразилась, нянча больного ребенка титулованной дамы. Эта леди решила не рисковать и не появлялась в детской. И ни разу не поинтересовалась здоровьем моей матери, когда та слегла.

Перл прикусила губу. Неудивительно, что Люк Сент-Клер презирал аристократов. Ей хотелось бы противопоставить его жизненному опыту другие истории, не такие трагичные, но Перл не могла вспомнить ни одной. Более того, она пришла к выводу, что надо скрывать от него, кто она на самом деле. Она не вынесет презрения в его взгляде, когда он узнает, что его обманывали.

— Мисс, хотите взять эту корзинку с травами с собой? Перл вздрогнула. Она и забыла, что все еще держит корзинку.

— Нет, но она напоминает мне… — Перл взглянула на зеленщика. — А у вас есть просвирник или корень дудника?

Тучный торговец в надвинутой на лоб бесформенной черной шляпе проговорил:

— Просвирник у меня есть, мисс, вот… — Он поднял несколько пучков. — А дудника нет. Спросите у миссис Уигган на той стороне. — Он показал пальцем на маленькую тележку с морковью, картофелем и зеленью.

Люк заплатил за траву, а также за пакет горошка и молча повел девушку дальше. Она заметила, что он смотрит на нее с любопытством.

— Миссис Уигган, — проговорила она, когда они приблизились к тележке, — скажите, а у вас есть… А, уже вижу. Можно нам два пучка корня дудника?

Старушка в поношенной желтой юбке улыбнулась беззубым ртом.

— Полпенни пучок.

Люк молча заплатил. Только когда они уже шли домой, он, наконец, спросил:

— Полагаю, что вы что-то задумали, выбирая эти травы. Я прав?

Она кивнула.

— Мне бы хотелось навестить малышку Мими, если вы не возражаете. А эти травы помогут ей поскорее поправиться.

Через несколько минут Люк уже стучался в дверь к миссис Планк. У него накопилось много вопросов к своей спутнице, но он решил пока помолчать и лишь наблюдать, что эта странная девушка будет делать.

Теперь, когда Люк уверился в том, что она вовсе не слабоумная, его еще больше к ней влекло. Он твердо решил, что разгадает ее тайну. Однако следовало проявлять осторожность. Если Пегги заподозрит, что он что-то знает, она скроется — Люк нисколько в этом не сомневался.

— Добрый день, миссис Планк. Мы пришли узнать, как себя чувствует Мими.

Женщина улыбнулась. Ее усталое лицо просветлело, и стало видно, что когда-то она была очень хорошенькой.

— Она все еще спит, но дышит вроде бы ровно. Я благодарю вас — вас обоих.

— Тогда мы не будем входить, чтобы не разбудить ее, миссис Планк. Но я принесла вам травы, которые помогут ей быстрее встать на ноги. — Перл протянула женщине пучки трав. — Вскипятите их все вместе в небольшом количестве воды с одной или двумя чайными ложками уксуса. Отвар может оказаться очень полезным для здоровья вашей девочки.

Миссис Планк вопросительно посмотрела на Люка, и он с улыбкой кивнул.

— Что ж, спасибо, мисс Пегги. Я, конечно, сделаю все, как вы сказали. И еще должна вам сказать, что ваша матушка правильно вас воспитала. Это она вас научила, как пользоваться целебными травами?

Люку показалось, что Пегги смутилась.

— Да, матушка, — кивнула она. — Она рассказывала мне об этом, когда я была маленькой девочкой. И еще одна женщина многое мне рассказала. Они обе очень много знали о свойствах этих трав.

Миссис Планк снова начала их благодарить, и они поспешили попрощаться. По дороге домой Люк рискнул задать Пегги вопрос:

— Я что-то сомневаюсь, что вы могли заставить собак на ферме пить отвары. Полагаю, что вам и раньше приходилось лечить людей, не так ли?

Ее щеки восхитительно порозовели.

— Моя мать лечила, а я всегда была рядом с ней. Но тогда я не понимала, что многому у нее научилась.

Он не спускал глаз с ее лица, хотя видел, что она смущена.

— Вы, кажется, говорили, что ваша мать умерла. А когда это случилось?

— Десять… э-э… два года назад. Но перед смертью она несколько лет тяжело болела.

Пегги явно избегала встречаться с ним взглядом, и Люку стало ясно, что она говорит неправду. Но почему? Немного помедлив, он задал еще один вопрос:

— А другая женщина, которая учила вас разбираться в травах и лечить, — что с ней?

Перл снова покраснела; было очевидно, что лгать она не умеет — в отличие от него.

— Миссис… э-э… Хорриган, наша соседка. Она умела лечить людей.

Они уже подошли к дому, и Люк решил пока воздержаться от дальнейших расспросов. Он взял девушку за локоть и помог подняться по крутым ступеням.

Когда они подошли к двери его квартиры, навстречу им, подпрыгивая и виляя хвостом, бросился бело-коричневый комок шерсти.

— Что же ты сегодня натворил, Аргос? — Люк почесал терьера за ухом, и тот еще энергичнее завилял хвостом. — А, вот что…

Стоя спиной к Перл, Люк наклонился и вытащил из-за ошейника песика клочок бумаги. Записка была, очевидно, от Рифли и могла означать лишь одно: кто-то по соседству отчаянно нуждался в помощи.

Украдкой ознакомившись с содержанием записки, Люк понял, что оказался прав. Кристофер, сын мадам Бийо, сломал ногу (наверное, снова вылез из окна), хирург же отказывается лечить его, если ему сразу не заплатят. А у мадам Бийо недавно умер муж, и у нее не было таких денег.

Смяв записку, Люк сунул ее в карман и достал ключ. Подобная записка обычно означала, что Святой из квартала Севен-Дайалс должен ночью выйти на «охоту». Но как ему уйти из дома, не вызвав подозрений у Пегги? Люк отпер дверь и пропустил девушку вперед. Она заметила, что он чем-то озабочен.

— Мистер Сент-Клер, может, я могу вам помочь? — проговорила она неожиданно.

— Помочь? Что вы имеете в виду?

— Мне кажется, что вы чем-то расстроены, — пробормотала Перл. — Вы были ко мне очень добры, и я хочу вам помочь, если это возможно.

Люк пристально посмотрел на нее и задумался. У Пегги проявились неожиданные таланты, и оказалось, что она гораздо умнее, чем он предполагал. Может, она действительно сможет ему помочь?

Терять ему было нечего, и он спросил:

— Вы никогда не помогали своей матери накладывать шину на сломанную ногу?

Она удивилась, но сразу ответила:

— Да, помогала. А почему вы спрашиваете?

— Я только что вспомнил, что соседский мальчик сломал ногу. Я обещал помочь или привести кого-нибудь, но из-за событий прошлой ночи у меня это вылетело из головы.

Она улыбнулась и проговорила:

— Поскольку эти «события» произошли из-за меня, будет справедливо, если я помогу… вылечить вашу забывчивость. Давайте отправимся немедленно — бедный мальчик, наверное, страдает от невыносимой боли.

11
{"b":"11498","o":1}