ЛитМир - Электронная Библиотека

Она сделала первый ход, открыв игру традиционным перемещением королевской пешки. К сожалению, через пять минут стало ясно, что мистер Галлоуэй играет в шахматы даже хуже, чем Перл. Проиграть ему абсолютно невозможно.

Единственное, что не позволяло Ровене завершить игру очень быстро, было явное неодобрение, написанное на физиономии мистера Пакстона. Ровена делала все возможное, чтобы отсрочить неизбежное: откидывалась на спинку стула, чтобы хуже видеть шахматную доску, умышленно пренебрегала несколькими явно выигрышными вариантами и даже позволила мистеру Галлоуэю завладеть собственным ферзем. Она почти физически ощутила, как напрягся от возмущения мистер Пакстон, и с трудом подавила усмешку.

В конце концов у нее не оставалось выбора, кроме как объявить мат черному королю и выиграть. Как ни странно, мистер Галлоуэй искренне удивился своему проигрышу.

— Похоже, Пакстон не преувеличивал, когда сказал, что вы очень сильный противник, мисс Риверстоун. Примите мои поздравления.

Ровена огляделась и в смятении заметила, что вокруг собралось немало гостей, наблюдавших за исходом шахматного поединка, среди которых был и лорд Ричардс. Мистер Пакстон смотрел на нее, нахмурив брови, но его мнение девушку не волновало. А вот мнение мистера Ричардса — совсем другое дело.

Она умышленно играла так плохо, что с большим трудом любезно приняла поздравления мистера Галлоуэя, всем сердцем надеясь, что он не предложит сыграть матч-реванш.

Однако, судя по всему, проигравший был рад вернуться к карточным столам.

— Теперь, когда мне не потребуется принимать решения на абсолютно трезвую голову, я, пожалуй, выпью кларета, — сказал он, беря бокал с подноса у проходившего мимо лакея. — Может быть, кто-нибудь из вас, джентльмены, горит желанием сразиться с нашей умницей мисс Риверстоун?

Но большинство джентльменов и одна-две леди, столпившиеся вокруг, с любопытством поглядев на Ровену, стали расходиться. Она с вызовом взглянула на Пакстона и, повернувшись, заметила, что за ней наблюдает Ричардс. Ровена покраснела. Интересно, сколько времени он наблюдал за игрой?

— Я получил большое удовольствие от вашей игры, — сказал он с улыбкой, которая преобразила его лицо, сделав почти красивым. Ну, если даже не красивым, то… привлекательным.

— Вот как, сэр? А я рада видеть вас снова, — сказала в ответ Ровена, почему-то занервничав. Хочешь не хочешь, а ей сегодня придется поговорить с ним о Нельсоне. Она обещала.

— Как и я вас, мисс Риверстоун. Сыграем? — Он молча принялся расставлять фигуры на доске.

Хотя большинство зрителей разошлось, мистер Пакстон остался. Ровена, повернувшись к нему, раздраженно сказала:

— У вас, наверное, есть более интересные занятия, чем снова наблюдать за игрой?

Ее слова прозвучали грубо, и она сразу же пожалела об этом, но Ноуэл лишь улыбнулся:

— Я считаю это весьма приятным времяпрепровождением и даже был бы не против сыграть с победителем, если не возражаете.

— У меня нет возражений, Пакстон, — сказал мистер Ричардс. Ровене показалось, что она уловила во взгляде его темных глаз некоторое нетерпение.

— У меня тоже, — сказала она. Потом, решительно повернувшись к шахматной доске, открыла игру, сделав тот же самый первый ход.

Как ей начать разговор о такой деликатной проблеме, как долг Нельсона, когда рядом находится мистер Пакстон?

Несколько минут спустя Ровена могла с удовлетворением сказать, что мистер Ричардс несравненно более сильный игрок, чем предыдущий, но ему все же далеко до мистера Пак-стона. Ровена сосредоточилась на игре, сама еще толком не зная, желает обыграть своего идола или нет. Она очень хотела завоевать его уважение, но опасалась, что проигрыш может внести отчужденность в их отношения.

— О Боже правый, Ро! Даже там, где играют в карты, ты найдешь шахматную доску! — раздался голос ее брата, и Ровена вздрогнула от неожиданности.

— Добрый вечер, Нельсон. Кажется, ты знаком с мистером Ричардсом? Кстати, мистер Пакстон хотел о чем-то поговорить с тобой.

К ее облегчению, Ноуэл понял намек.

— Да. Уделите мне несколько минут, сэр Нельсон.

— Все, что угодно, лишь бы не наблюдать за шахматной игрой, — с готовностью сказал молодой человек.

Мужчины ушли, и Ровена немного расслабилась, хотя чего именно она боялась, не могла бы сказать. Опасаясь, что решимость покинет ее, она сказала:

— Насколько я понимаю, мой брат вел себя неразумно, играя в азартные игры, мистер Ричардс.

Ее противник серьезно обдумывал последний ход, но при этих словах взглянул в глаза Ровене и слегка улыбнулся:

— Наверное, можно сказать и так. Нельсону не везет, так что ему было бы лучше воздержаться от азартных игр.

— Я согласна с вами. Однако… — В эту минуту к столу подошли две пары, чтобы понаблюдать за игрой, и девушке пришлось прекратить разговор на эту тему. — Может быть, мы поговорим об этом позднее?

— Как вам будет угодно, — проговорил мистер Ричардс, вновь сосредоточив все свое внимание на игре.

Ноуэл не знал, то ли ему радоваться удаче, то ли проклинать судьбу. Ему не терпелось поговорить с сэром Нельсоном, однако он очень не хотел оставлять мисс Риверстоун наедине с мистером Ричардсом. Было в этом мужчине что-то такое…

— О чем вы хотели поговорить, Пакстон? — спросил сэр Нельсон.

— Ваша сестра говорила мне, что вы служили в армии, сэр Нельсон. Я подумал, что у нас с вами, возможно, есть общие знакомые.

— Вот как? Вы сами военный, не так ли? — Коренастый молодой человек молодецки выпятил грудь. — Должен сказать, что служба под командованием Веллингтона оставила у меня самые яркие воспоминания.

Ноуэл обладал достаточным опытом и умел распознать фальшивую нотку в голосе собеседника, однако в словах Нельсона он пока фальши не заметил.

— Я и сам большой поклонник Веллингтона, — сказал Ноуэл, — хотя мне не приходилось работать под его непосредственным руководством: во время последней войны я выполнял кое-какую курьерскую работу.

Черный Епископ знал бы, что это означает на самом деле. Однако, внимательно вглядевшись в лицо сэра Нельсона, Пакстон не увидел в нем никакого смущения, а только лишь некоторое любопытство.

— Вы были курьером? Вы имеете в виду, что доставляли приказы и все такое прочее? Значит, в боевых действиях вы не участвовали, а? Хотя уверен, вам приходилось время от времени попадать в опасные переделки.

— Да, время от времени, — улыбнулся Ноуэл с притворной благодарностью, хотя мог бы припомнить не один десяток ситуаций, когда его жизнь висела на волоске. — А вы, насколько я понимаю, не раз принимали участие в боях?

У Нельсона слегка порозовело лицо.

— По правде говоря, гораздо реже, чем я рассчитывал. Меня почти сразу же ранило в ногу, и хотя я рвался вернуться в строй, фельдшер мне не позволил.

Его рассказ полностью совпадал с тем, что поведала Пакстону мисс Риверстоун. Впрочем, неудивительно, если это легенда, которой пользуется ее брат. Однако у Ноуэла теперь возникли серьезные сомнения. Если только этот человек не является первоклассным актером, он просто недостаточно умен, чтобы быть неуловимым Черным Епископом.

— Вы провели несколько месяцев во Франции, не так ли? Должно быть, там было интересно.

Сэр Нельсон пожал плечами:

— Возможно, если бы я находился ближе к Парижу, а не застрял в какой-то Богом забытой крошечной деревушке. Поскольку я почти не говорю по-французски, то единственным источником новостей для меня были солдаты, попадавшие в лазарет. И конечно, капитан Стин, который навещал нас, как только появлялась возможность.

— Капитан Эмори Стин? — переспросил Ноуэл.

— Ну да, он самый. Знаете ли, ведь я был в его роте. Правда, из-за этой пули служить там мне так и не пришлось.

— Понятно. — Ноуэл был знаком с капитаном Стином. Проверить рассказ сэра Нельсона не составит труда. Если подтвердится, что он говорит правду, а Ноуэл, к сожалению, сильно опасался, что так оно и будет, то придется исключить его из числа подозреваемых. И все же вызывали сомнение эти очерки. Да и сестра Нельсона должна была где-то нахвататься своих революционных идей…

28
{"b":"11499","o":1}