ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Зло
World Of Warcraft. Traveler: Путешественник
Уэйн Гретцки. 99. Автобиография
Страна Лавкрафта
Мне сказали прийти одной
Мертвый вор
Сердце того, что было утеряно
Микробы? Мама, без паники, или Как сформировать ребенку крепкий иммунитет
Ищу мужа. Русских не предлагать

– Она вернется только через час, – засмеялась Пенелопа, провожая мать взглядом. – О, Лил, смотри!.. А это не Уильям?

– Где?

Пен указала на дорогу. Мимо них проезжал фаэтон с гербом Хэмблов, и Уильям правил лошадьми. При виде спутницы брата Лилит чуть не застонала.

– Он сказал, что едет на пикник, но я не знала, что с Антонией Сен-Жерар.

– Это Антония Сен-Жерар? – Пенелопа нахмурилась. – Я слышала, что она никогда не выходит из дома при дневном свете.

Лилит вздохнула и пробормотала:

– Очевидно, Уильям сумел уговорить ее. Иногда я ужасно злюсь на него. Слишком уж он легкомысленный.

– А я думаю, он очень милый, – возразила Пенелопа. – И он всегда так смешит меня…

Лилит внимательно посмотрела на подругу:

– Уж не нравится ли тебе мой брат, Пен? Пенелопа покраснела.

– Да, возможно. Немного нравится.

– Ну, тогда я надеюсь, он образумится, – пробормотала Лилит, глядя вслед фаэтону. – С тех пор как Уильям связался с маркизом Дансбери, он ведет себя как… Он ужасно себя ведет. – Пен вопросительно посмотрела на подругу, и Лилит добавила: – Я должна во что бы то ни стало вырвать его из когтей Джека Фаради.

– Так кто же я, хищник или дракон? – раздался у нее за спиной знакомый голос.

Лилит вздрогнула и обернулась. Перед ними стоял маркиз. Он улыбнулся и, взяв свободный стул, уселся за столик. Лилит же нахмурилась и выпалила:

– Конечно, дракон! Огнедышащий!

– Хм… – Маркиз Пристально взглянул на нее. – Драконы любят молодых сильных девственниц, не правда ли?

– О Боже! – прошептала Пен. Она густо покраснела и принялась обмахиваться веером.

Лилит усмехнулась и с невозмутимым видом проговорила:

– А вы не думаете, что молоденькая девственница – слишком уж мелкая добыча для такого страшного зверя?

– Только в том случае, если вы приравниваете девственность к робости, – парировал маркиз. Он по-прежнему не сводил глаз с Лилит. – Мисс Бентон, я нисколько не сомневаюсь: если бы вы захотели, вы могли бы сразить дракона.

– Знаете, лорд Дансбери, я действительно подумывала о чем-то подобном, – ответила Лилит. «Что же он задумал? – спрашивала она себя. – Ведь он, конечно же, что-то задумал…»

– Лилит, как ты можешь?.. – пробормотала Пен.

– О, не волнуйтесь, мисс Сэнфорд. – Маркиз рассмеялся. – Я уже привык. У нас с мисс Бентон… весьма необычные отношения.

– У вас?.. – Пен в изумлении уставилась на подругу.

Дансбери заказал чашку кофе и с улыбкой ответил:

– Совершенно верно, мисс Сэнфорд. И одна из странностей в том, что мисс Бентон никогда не задает мне прямых вопросов. – Маркиз снова взглянул на Лилит. – Да, она предпочитает обращаться к моим родственникам, чтобы узнать обо всем, что ее интересует.

«Выходит, лорд Хаттон рассказал ему о нашем разговоре», – промелькнуло в голове у Лилит. Повернувшись к подруге, она сказала:

– Пен, маркиз не понимает… Если бы он не был таким скрытным, не было бы необходимости расспрашивать о нем. Но он; к сожалению, не такой откровенный, как хотелось бы.

Дансбери молча пожал плечами. Сделав глоток, пробормотал:

– Вчера вы были настроены гораздо дружелюбнее.

– Совершенно верно, милорд. Но вчера я не знала, что некую бутылку взяли из личных запасов одного джентльмена. Прежде я полагала, что это бутылка появилась из клубного погреба. Меня также просветили относительно спорной собственности.

– Ричард – ужасный сплетник, – проворчал Джек.

– Это вы так говорите. А что вы можете сказать об этой бутылке?

Пен поглядывала на них с удивлением – она была весьма озадачена их разговором. Лилит решила, что не станет подруге ничего рассказывать, ведь никто не мог бы сказать, чем все это закончится.

Джек сокрушенно покачал головой и вполголоса проговорил:

– Я вот что думаю, Лилит… Рано или поздно вы исчерпаете все предлоги для обвинений. И что тогда вы собираетесь делать?

На ее щеках вспыхнул легкий румянец.

– Вы можете играть словами, как вам хочется, милорд. Это ничего не меняет.

– Существуют и другие игры, в которые я хотел бы поиграть, – ответил он с многозначительной улыбкой.

– Карты, как я полагаю? – Лилит с невозмутимым видом взглянула на собеседника.

Маркиз взял один из бисквитов с ее тарелки и отправил его в рот.

– Ну, карты не совсем то, что я имел в виду, мисс Бентон. Но полагаю, этого достаточно. Пока достаточно.

– Негодяй! – воскликнула Лилит. – Немедленно убирайтесь отсюда!

Она схватилась за бокал с миндальным ликером, и маркиз, очевидно, вспомнив конфетницу, поспешно поднялся из-за стола.

– Возможно, мы продолжим этот разговор позже, мисс Бентон. – Дансбери достал из кармана пятифунтовую банкноту и бросил ее на стол. – Благодарю за бисквит и беседу, – сказал он, усмехнувшись. Отойдя на несколько шагов, он вдруг остановился и обернулся.

– Да, между прочим… Перед той свиньей не было бисера. – Кивнув Пенелопе, он повернулся и, весело насвистывая, зашагал по тротуару.

Провожая его взглядом, Пен пробормотала:

– Ты все еще думаешь, что он пытается погубить твою репутацию? Знаешь, мне почему-то так не кажется.

– Потому что он и не хочет, чтобы так казалось. – Лилит осторожно поставила бокал на стол, чтобы Пен не заметила, как дрожит ее рука. Он рискнул отправиться на поиски сережки, а затем нашел ее здесь, в кафе, чтобы сообщить о том, что потерпел неудачу. Никто другой не смог бы нарушить ее душевное равновесие так, как этот проклятый маркиз!

Пенелопа покачала головой и вновь заговорила:

– Я знаю, тебе не нравится, что он стал другом твоего брата. Но разве ты не находишь его привлекательным? Маркиз Дансбери очень красивый. И он такой… вызывающий.

Лилит с удивлением посмотрела на подругу:

– Неужели ты находишь его привлекательным?

– А ты не находишь? Ах, Лил, вы с ним так разговаривали… Казалось, вы хотите проглотить друг друга! Я не знала, что ты можешь быть такой свирепой.

Лилит нахмурилась:

– Мне надо понимать твои последние слова как комплимент?

– Дорогая, я вовсе не хотела тебя обидеть, – пробормотала Пенелопа. – Мне бы очень хотелось, чтобы кто-нибудь смотрел на меня так, как он смотрел на тебя.

Лилит какое-то время молчала. Наконец, не выдержав, спросила:

– Как же маркиз смотрел на меня?

– Он смотрел так… как будто он без памяти влюблен в тебя.

– Не говори глупости, – сказала Лилит. Она обернулась и посмотрела в ту сторону, куда направился Дансбери. Но маркиз уже исчез из виду. Лилит тихонько вздохнула и подумала: «Мог бы и не уходить».

Джек встал из-за игорного стола, потянулся и подошел к темному окну, за которым непрерывно шел дождь. За его спиной игра возобновилась уже без него; он же со вздохом прислонился к стене, держа в руке бокал с вином. Весь вечер Джек проигрывал понемногу, и он прекрасно знал, что являлось причиной.

– Ты такой грустный сегодня, – заметила подошедшая к нему Антония.

– Я просто задумчив, – ответил он, не глядя на нее.

– Задумчивость не очень-то хороша для таких, как ты. О чем же ты думаешь?

– Ни о чем. Просто думаю, – проворчал маркиз. Перед ним снова и снова возникало лицо темноволосой красавицы, и он чувствовал, что его все сильнее к ней влечет.

– Значит, «просто думаешь». – Антония рассмеялась. – Ты думаешь о женщине, не так ли?

Джек нахмурился. Неужели Антония научилась читать его мысли? Или он совсем не умел скрывать свои чувства. В любом случае он не собирался ей ничего рассказывать.

– Дорогая, я предаюсь размышлениям о печальной участи человечества.

– Хм… Тогда давай сменим тему.

– Не вижу необходимости.

– Но я последнее время ничего не слышала о твоей игре с мисс Бентон, – не отступала Антония. – И говорят, что ты проводишь довольно много времени в приличном обществе. – Она немного помолчала. – Я думала, ты терпеть не можешь таких людей.

Джек пожал плечами:

28
{"b":"115","o":1}