ЛитМир - Электронная Библиотека

Томас нахмурился.

– Но если вы едете не в аббатство, тогда куда?

– Помнишь матушкиного сводного брата? Моего дядю Найджела?

– Лорда Уортингтона? Смутно помню, что ты как-то упоминал о нем. Он еще жив? Ведь ему, должно быть, стукнуло…

– Дяде далеко за семьдесят, но он еще с нами, – усмехнулся Рэндалл, но тут же снова стал серьезным. – В последнее время старик хворал, и я боялся, что мы его потеряем, Большую часть нынешнего сезона я провел у него… Но старый упрямец выкарабкался, слава Богу, и собирается пережить всех нас. Короче, я подумал, что замок Уортингтон будет лучшим местом, где можно переждать, пока дело так или иначе не разрешится. Боюсь, дядя несколько запустил хозяйство, но жить в доме все-таки можно.

– Джоселин всегда мечтала жить в замке, – пробормотал Томас.

– Сомневаюсь, чтобы она мечтала о чем-то подобном. Но в таком месте едва ли станут искать несравненную леди Джоселин Шелтон.

– Несравненную леди Бомон, ты хотел сказать.

– Черт возьми, Томас! Я никогда не считал себя романтиком, скорее всегда был самым приземленным практиком. Человеком, который делает только то, что необходимо.

Рэндалл встал и прошелся по комнате.

– Человеком, который считает своим долгом принять участие в войне, если его страна воюет, – ровным голосом произнес Томас.

– Вначале, признаюсь, мне казалось, что это всего лишь захватывающее приключение.

Лицо Рэндалла приняло суровое выражение, как и всегда, когда заходила речь о его участии в войне. Служба в разведке представлялась молодому человеку чем-то вроде азартной игры, приятно возбуждающей, горячащей кровь, рискованной авантюрой с высокими ставками. Но вскоре он понял, что ставки не просто высоки. На карту была поставлена не только его судьба, а жизни тысяч безымянных английских солдат, которые зависели от точности собранной им и доставленной вовремя информации. И вместе с этим пониманием пришел страх, известный тем, кому приходилось держать в руках судьбы других людей. Соединенный с чувством ответственности, страх оттачивал способности, заставлял совершать невозможное.

Вероятно, в этом и заключалась причина сегодняшней неудачи – он просто недостаточно испугался для того, чтобы хорошо сделать свою работу. Но теперь Бомон не мог позволить, чтобы кто-то лишился жизни из-за того, что он не справился с работой.

– Ты сказал, что по натуре не романтик, – напомнил Томас.

– Что? Ах да. – Рэндалл тряхнул головой. – Я не склонен к цветистым фразам или… – он улыбнулся, – к поэзии. Но все же когда я думал о женитьбе, мне представлялось… – Он помолчал, чтобы подыскать нужные слова. Не переставая мерить шагами комнату, он то уходил из круга света, отбрасываемого люстрой, в тень, то возвращался. Ему пришло в голову, что это подходящий символ. – Я думал…

– Что же ты думал?

– Что по крайней мере буду хорошо знать женщину, на которой решусь жениться. Возможно, она будет мне симпатична. Разумеется, желанна. Более того, мне захочется провести с ней оставшуюся жизнь. – Мысль становилась яснее ему самому по мере того, как он развивал ее. – Я никогда особенно не рассчитывал на любовь, но все-таки надежда оставалась… Мои родители вступили в брак по любви, но с тех пор как отец умер, матушка влюблялась раз десять, а то и больше…

Томас сдавленно хмыкнул, и Рэндалл тоже не смог сдержать улыбки.

– Так, во всяком случае, утверждала она сама. Но все же, видимо, недостаточно сильно, чтобы расстаться с титулом виконтессы Бомон. – Рэндалл покачал головой. – Я уверен, что для нее был возможен один-единственный брак, как и для моего отца. Подозреваю, что последую их примеру. В моей жизни не будет ни разводов, ни аннулированных браков.

– Все это сложно, крайне сложно… – Томас внимательно посмотрел на друга. – Ты уверен, что, кроме брака, нет иного пути?

– Увы! Хотел бы я, чтобы он был. – Рэндалл провел рукой по волосам. – Я даже не знаю наверняка, сохраняется ли угроза для жизни леди Джоселин. Знаю только, что, если с ней что-то случится, виноватым буду я. А я не могу этого допустить, что означает… – Он через силу усмехнулся. – Придется идти под венец.

– Все могло быть куда хуже, – постарался ободрить друга Томас. – Она могла оказаться дурнушкой.

– Брось, Том. – Рэндалл снова опустился в кресло. – Дурнушка испытывала бы благодарность к супругу при любых обстоятельствах. Разве благодарность дурнушки не предпочтительнее ненависти красавицы?

– Сомневаюсь, что она так уж тебя ненавидит. Возможно, на нее нашло временное помрачение.

Рэндалл бросил на приятеля скептический взгляд.

– Как бы то ни было, – сдавленно вздохнул он, – она станет моей женой.

Он постарался стряхнуть с себя меланхолию, навеянную этим разговором. Им предстояло обсудить вещи более важные, чем чувства его будущей жены.

– Теперь о том, что будет завтра…

Они деловито перечислили то, что было необходимо сделать. Рэндалл выхлопочет специальное разрешение на брак, а Томас потихоньку привезет священника, который обвенчает молодых прямо здесь. Конечно, это противоречило правилам англиканской церкви, но Томас не сомневался, что деньги Эффингтонов все уладят лучшим образом. Когда начнет смеркаться, все члены семейства отбудут в родовое поместье, привлекая как можно больше к себе внимания. Какое-то время они поедут вместе, потом Томас, Марианна, Бекки и тетя Луэлла направятся в экипаже в одну сторону, а Рэндалл с Джоселин поскачут в прямо противоположную. Конечно, время для путешествия не совсем подходящее, но Рэндалл чувствовал необходимость покинуть Лондон под покровом тьмы.

– Ну и хватит об этом. – Рэндалл поставил бокал на столик и поднялся. – Мне еще предстоит кое-что сделать. Несмотря на поздний час, он собирался переговорить со своим непосредственным начальником, человеком, который вовлек его в это дело. Теперь, когда Рэндалл удостоверился, что опасность для принца, по крайней мере, политическая, действительно существует, расследование необходимо было продолжить. Хотя и под руководством кого-то другого. Рэндалл также намеревался получить разрешение назвать имя этого человека Томасу – предосторожности ради. Он надеялся, что его другу эта информация не пригодится, но лучше быть готовым ко всякой неожиданности. Хлопот не возникнет – маркиз Хелмсли, как сын герцога Роксборо, был вне всяких подозрений. Томас тоже встал и обеспокоенно взглянул на друга.

– Задумался о своих делах?

Рэндалл сдержал улыбку. Как бы ни был любопытен его друг, лишних вопросов он задавать не станет. На протяжении лет, минувших после поражения Наполеона, Томас то и дело заговаривал о работе Рэидалла во время войны, но никогда не требовал ответа. Тайна оставалась тайной.

– Именно, – усмехнулся Бомон. – Надо успеть кое с кем повидаться до отъезда. – Он направился к двери. – Если повезет, все это не затянется надолго, и мы сможем спокойно вернуться в Лондон. Принц Алексис уедет в Авалонию через пару недель, а с ним исчезнет и всякая опасность для… моей жены. – Он постарался произнести последнее слово отчетливо и твердо.

Томас проводил его до двери и похлопал по плечу.

– Все не так страшно, дружище. Меня и самого захомутали.

Рэндалл сдержался и не напомнил о разнице в обстоятельствах, сопутствовавших союзу Томаса и Марианны, с одной стороны, и его и Джоселин – с другой. О разнице между страстным желанием и необходимостью, любовью и согласием терпеть, которое и то было под вопросом.

– Захомутали – вот это подходящее слово.

– Так или иначе… – Голос Томаса сделался серьезным. – Я уверен, все уладится.

– Хотел бы я разделять твою уверенность. Сам я уверен только, что сумею спасти ей жизнь. А помимо этого… – Рэндалл глубоко вздохнул. – Жить с женщиной, которая тебя не выносит… – Он покачал головой.

– Вам придется какое-то время довольствоваться исключительно обществом друг друга, – Медленно произнес Томас. – Это время следует провести с пользой.

– Ты о чем?

– О том, что тебе приходилось приручать женщин и поупрямее Джоселин.

12
{"b":"1150","o":1}