ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
S-T-I-K-S. Охота на скреббера. Книга 2
Принц Дома Ночи
М**ак не ходит в одиночку
Голос рода
Тихий человек
Записки учительницы
Всеобщая история любви
S-T-I-K-S. Трейсер
История мира в 6 бокалах

– Уцелели две башни и часть стены между ними с северной стороны замка. Одна башня разваливается прямо на глазах, зато другая прекрасно сохранилась. До последних лет, при жизни бабушки, в ней размещали гостей, но сейчас она закрыта. В детстве мне разрешали играть там. Это было увлекательное приключение. Могу сводить вас туда, если пожелаете.

Он произнес это небрежно, словно ему было все равно – захочет она увидеть святилище его детских лет или откажется.

– Это было бы здорово. Но должна сказать, что несколько сбита с толку. Вы, по-видимому, проводите здесь много времени, и все же это не ваш родовой замок. Не здесь жила ваша бабушка. – Джоселин встряхнула головой. – Так кто есть кто в вашей семье, и в чем тут дело?

– В действительности все просто. – Он прошел еще немного в глубь галереи и кивнул на один из портретов, Джоселин подошла к нему и остановилась рядом. – Boт моя бабушка.

С портрета на них смотрела женщина немногим старше Джоселин, темноволосая и темноглазая, как Рэнд, и улыбалась задумчиво и грустно.

– Очаровательная женщина, – сказала Джоселин.

– Она умерла почти двадцать лет назад. – Рэнд пристально смотрел на портрет. – Бабушка в самом деле была незаурядной личностью. Одной из самых мужественных женщин, которых мне довелось знать.

– Вот как?

– Она не англичанка по рождению. После того как ее первого мужа убили, ей пришлось покинуть родину и бежать вместе с малюткой дочерью – моей матерью. С собой она смогла взять только те вещи, что были на ней, и еще вот это… – Рэнд показал на небольшую картину, висевшую рядом, гораздо меньшую по размерам, чем портрет его бабушки. На ней был изображен красивый самоуверенный молодой человек. Полотно площадью не больше девяти дюймов скорее могло называться миниатюрой, но золоченая, украшенная богатой резьбой рама не уступала по великолепию рамам прочих картин в галерее. – Это мой дед.

– Он здесь совсем молодой. – И, похоже, богат. – Откуда же они были родом?

– Из одного маленького королевства по соседству с Пруссией. – Рэнд нетерпеливо повел плечами и продолжал: – Он был всего на пару лет старше жены. Его убили… Бабушка уехала в Англию, где ей предоставил убежище старый герцог, отец дяди Найджела. Ему было тогда уже за пятьдесят, а ей двадцать три. Он женился на ней ради ее безопасности.

– Значит, это ваша семейная традиция? – поддразнила Бомона Джоселин. – Жениться на женщинах ради их безопасности.

– До конца его дней бабушка была ему хорошей и преданной женой, – веско произнес тот.

– Понимаю. – Очевидно, он ожидал, что хорошие, преданные жены также станут традицией.

– Моя матушка выросла здесь. Когда она вышла за моего отца, пятого виконта Бомон, Найджел вернулся в замок и с тех пор живет в нем безвыездно.

Что-то в этой истории показалось Джоселин странным, словно Рэнд упустил некую важную деталь. Возможно, деталь не была такой уж важной, но то, что он о ней умолчал, настораживало. Неужели Рэнд намеренно хотел что-то скрыть от нее?

– Как я понимаю, вашей матери сейчас здесь нет?

Бомон засмеялся.

– Да, сейчас матушка покоряет европейские столицы. Отец умер четыре года назад, вскоре после моего возвращения, и с тех пор она путешествует по свету. – Молодой человек снисходительно покачал головой. – Не могу винить ее за это, она всегда была…

– Да-да, хорошей и преданной женой, вы уже говорили. – Если Рэнд еще раз упомянет об этом, он вынудит ее снова поставить его на место.

– Думаю, повторять это скучно, – засмеялся он. – Ну а теперь, если вы вдоволь наслушались о моих предках, пора вам познакомиться с дядей. В молодости он был отъявленным повесой и до сих пор сохранил манеры дамского угодника. Он немного эксцентричен, склонен говорить все, что приходит в голову, но я надеюсь, он вам понравится.

– Погодите! Вы рассказали историю вашей семьи, но о своем прошлом почти не упомянули, помимо двух слов о детстве, да еще сообщили, что уйма женщин видела вас раздетым. Если мне предстоит стать послушной преданной женой, то следует знать всю вашу подноготную. – Джоселин скрестила руки на груди и прислонилась к стене под грозным взглядом чопорной матроны в платье елизаветинских времен. – Марианна говорила, что вы агент.

Рэнд весело улыбнулся.

– Одолевает любопытство?

– А вы предпочитаете меркантильность? – ехидно осведомилась она. – Расскажите мне все.

– Я затрудняюсь с ответом, – задумчиво произнес он. – Агент – понятие туманное, вы не находите?

– Думаю, как раз вполне конкретное.

– Ну нет, – покачал головой Бомон. – Я считаю, что такие слова, как «офицер», а еще лучше «генерал», – вот они очень конкретные.

– Рэнд…

– Так же, как «премьер-министр» или «король». А еще «портной», «пекарь», «садовник»…

– Рэнд! – Глаза девушки раздраженно блеснули. – Вы невыносимы. – Он, очевидно, не собирался отвечать ей. – Неудивительно, что мне то и дело хочется дать вам пощечину или закричать от злости.

– Не советую вам даже пытаться ударить меня снова. Тем более что до сих пор результат в подобных случаях был плачевным. А что касается крика… – Он оперся рукой о стену над ее головой и наклонился к ней, и Джоселин невольно отметила, что он вполне подходящего роста, выше ее не более чем на шесть дюймов. – Тут я бы не стал возражать…

– Почему? – спросила она, хотя заранее знала ответ. Рэндалл перевел взгляд на ее губы, затем снова посмотрел ей в глаза, и сердце в груди Джоселин забилось гулко и часто.

– Почему? – Он взял ее двумя пальцами за подбородок и наклонился ниже. – Чтобы получить возможность зажать вам рот, разумеется.

Сначала прикосновение его губ было мягким, как шепот. Она бессознательно положила ладони ему на грудь и через тонкую ткань ощутила биение его сердца и тепло тела и почувствовала в своем ответное эхо. Его губы прижимались к ее губам все крепче, и она слегка приоткрыла их. Его руки обвились вокруг нее, он притянул ее ближе, и в ней всколыхнулась горячая нетерпеливая волна.

Джоселин обхватила его за плечи. По телу ее разлилось тепло. Она запустила пальцы ему в волосы. Его руки скользили по ее спине. Девушка крепче прижалась к нему. Ей хотелось… но чего? Близости? Да, именно этого. И много, много большего…

Он оторвался от ее губ и прерывисто вздохнул. В глазах, устремленных на нее, читалось откровенное желание. И Джоселин поняла, что разделяет его.

– Здесь не совсем подходящее место, – медленно выговорил Рэнд.

– Конечно, нет. – Она перевела дыхание. – Но… – И снова притянула к себе его голову. – Я чувствую, что вот-вот закричу.

Их губы вновь соединились, и все ее представления о пространстве и времени улетучились. Ее ладони переместились с его плеч на напряженные мускулы спины, на шею. Рэнд оторвал губы, чтобы покрыть быстрыми поцелуями ее подбородок и шейку за ухом, его руки легли на ее талию, потом опустились ниже. Она застонала от удовольствия и запрокинула голову, чтобы ему было удобнее. И крепко ударилась затылком о каменную стену.

– Джоселин! – Рэнд отстранился и озабоченно взглянул на нее. – Все в порядке?

– Конечно. – Его лицо расплылось перед ее глазами, и она тряхнула головой, чтобы разогнать пелену. – Я чувствую себя замечательно. Вот только это… – Она ощупала затылок и поморщилась.

– Дайте я взгляну. – Он мягко развернул ее и осторожно провел пальцами по ее голове. – Крови нет.

– И то ладно, – пробормотала она. Болело так, что вполне можно было ожидать худшего.

– Но через минуту вскочит приличная шишка. – Он повернул Джоселин к себе липом, заглянул ей в глаза и нахмурился. – Посмотрите на меня!

– Охотно. – Она подставила ему губы.

– Нет, я только хочу осмотреть ваши глаза, убедиться, что все в порядке.

Он взял ее лицо в ладони, стараясь поймать ее взгляд. Возможно, он искал последствий ушиба, но ее интересовали только его загадочные глаза. Они были карими… Нет, темнее. Почти черными. Ей с первой минуты показалось, что они опасны. Теперь она знала это наверняка.

19
{"b":"1150","o":1}