ЛитМир - Электронная Библиотека

– Похоже, быть хорошенькой и в самом деле нелегко, – согласился он.

– Не сомневайтесь.

– Но вы овладели этим искусством в совершенстве. – Он поднял бокал в знак того, что пьет за здоровье дамы.

Джоселин повторила его жест.

– Разумеется, овладела. И все ради единственной цели…

– Удачно выйти замуж.

– Именно так!

– Как грустно… Вы потратили столько сил, чтобы стать женой простого виконта.

– Это ирония? Тетя Луэлла ее оценила бы, она очень любит иронию. Но возможно… – Джоселин провела пальцем по краю стола, – что все обернулось к лучшему.

– Меня как молодого супруга это очень ободряет.

– От хорошеньких всегда ждут, что они удачно выйдут замуж, ведь больше от них особенно нечего ждать.

– И вы были совсем недалеки от цели, но тут вмешался случай…

– Да, была, но… – Может ли она довериться этому человеку? Своему мужу? Этим соображением Джоселин еще не делилась ни с кем, даже с Бекки. Но ей так хотелось подняться в его глазах! И она продолжила: – В последнее время я начала задумываться о том, что жизнь – это, видимо, нечто большее, чем модные наряды, богатые поклонники и роскошные приемы. – Она многозначительно посмотрела на Рэнда. – Имейте в виду, что и наряды, и поклонники, и приемы доставляли мне большое удовольствие.

– Не сомневаюсь.

– Я всегда к этому стремилась. Но все вдруг как-то потускнело и потеряло смысл. – Она отпила глоток вина и невинно раскрыла глаза. – Я начала бояться, что вовсе не такая пустышка, как я сама и все остальные считали.

– Представляю, какой вы испытали шок, сделав это открытие! – засмеялся он.

– Вы снова меня дразните. Но это и впрямь было удивительным открытием. Всю жизнь я с нетерпением ждала своего первого лондонского сезона в надежде, что меня признают сенсацией года, назовут бриллиантом чистой воды и что, в конце концов, я сделаю выгодную партию. Первая часть сбылась. Но это не принесло такого удовлетворения, как я ожидала. – Джоселин пытливо взглянула на него. – Странно, вам не кажется?

– Ни в коей мере, – пожал плечами Рэнд. – Главное – то, что думаете вы сами, пусть даже некому вас похвалить за это. Но признаю, что не ожидал услышать от вас подобное.

– Надеюсь, вы не разочарованы?

– Нисколько. Похоже, это мне нечаянно посчастливилось найти блестящую партию. Красота и ум! Едва ли я мог желать большего.

И я тоже, промелькнуло в голове Джоселин. Возможно, все и впрямь обернулось к лучшему, как она сама перед этим сказала. Рэнд – человек порядочный, честный. Несмотря на его не слишком громкий титул, скромное состояние и отсутствие некоторых данных, которые она всегда считала обязательными для благополучной жизни, на такого мужчину женщина могла полностью положиться.

– Простите, милорд, миледи. – Айви появилась в дверях со скрещенными на груди руками и горькой укоризной во взоре. – Если мне позволено будет заметить, кухарка едва ли останется довольна, когда узнает, что вы до сих пор притронулись лишь к первому блюду, тогда как уже на подходе второе.

– Этого нельзя допустить ни в коем случае, – кивнул Рэнд с серьезным видом, противоречившим огонькам в его глазах. Он выдвинул стул для Джоселин, ожидая, чтобы она села.

– Это будет непростительно. – Джоселин позволила мужу поухаживать за собой, стараясь не придавать значения тому, что он слегка задел рукой ее плечо, отчего по спине у нее пробежал восхитительный трепет.

Они сосредоточили все внимание на оставшемся супе, а потом отдали должное сочному ростбифу, принесенному Айви из кухни. Они ели с аппетитом, не забывали и о вине и смеялись гораздо больше, чем Джоселин привыкла считать позволительным. Разговор за столом не иссякал. Чего он только не коснулся! Рэнд оказался необычайно начитанным человеком. А Джоселин, хотя никогда особенно не увлекалась книгами, с удовольствием обнаружила, что годы занятий с тетей и сестрами неплохо подготовили ее к интеллектуальной беседе. До чего приятно было убедиться, что она способна беседовать с ним на равных. Прежде девушке и в голову не приходило говорить с мужчинами запросто, ни на что не претендуя, не взвешивая каждое слово. Уделяя все внимание сути сказанного, а не его оформлению.

Когда свечи в стоявшем на столе старинном подсвечнике почти догорели, Джоселин неохотно отметила, что час уже поздний и пришло время ложиться спать. Со всеми вытекающими отсюда последствиями, о которых не хотелось думать… Она вздохнула и поднялась.

– День тянулся так долго, и…

– В самом деле. – Рэнд тоже поспешно встал. – И был довольно утомительным.

– Я, пожалуй, пойду в свою комнату. – Она медленно направилась к сводчатому проходу, ведущему к лестнице. – В нашу комнату.

– Вполне справедливо, – слегка сдвинул он брови. – В нашу комнату.

– А вы, – она с трудом сглотнула, – идете?

– Думал перед сном немного проехаться верхом. Не хотите присоединиться?

Она с удивлением взглянула на Рэнда.

– Но уже темно!

– Света луны и звезд вполне достаточно. Я всегда любил вечерние прогулки.

– Правда? Звучит немного… – Тут она, наконец, догадалась, что он пытается сделать, и почувствовала большое облегчение. Видимо, он не меньше ее волновался из-за того, что ожидало их этой ночью. Джоселин бодро кивнула. – Звучит заманчиво.

– Значит, я так и поступлю.

– Прекрасно. А я… – И Джоселин снова двинулась к выходу. – Отправлюсь отдыхать.

Она повернулась и, с трудом сдерживая себя, чтобы не броситься в спальню бегом, направилась к лестнице спокойным, размеренным шагом, словно сердце не трепетало у нее в груди, как у испуганной птицы. Словно не боялась того, что он передумает и последует за ней по пятам. Или того, что он этого не сделает…

Джоселин плотнее запахнула халат и прошлась взад-вперед по спальне, их с Рэндом общей спальне. Что произойдет, когда он вернется? А в том, что он придет сюда, Джоселин нисколько не сомневалась. Она не знала только, чего муж будет ожидать от нее вернувшись.

Взгляд ее упал на кровать черного дерева, огромную и массивную, с четырьмя витыми столбиками, как принято было в прежние времена. Сверху свисал парчовый полог. Более прихотливая фантазия уподобила бы ее логову древнего чудища, дракона или великана, пожирающего свои жертвы…

Джоселин усиленно заморгала, чтобы развеять столь мрачный образ, чтобы кровать стала просто кроватью, не более страшной, чем прочие предметы обстановки. Она решительно прогнала прочь видение, представлявшее два сплетенных тела, но в углах спальни все продолжал звучать чувственный шепот…

Джоселин обхватила себя руками за плечи и заметалась по комнате. Абсолютно не стоило волноваться. Ха! Наоборот, для волнения было очень даже много причин. Ей еще не приходилось быть молодой женой. И первой брачной ночи у них тоже не было. Никогда она не ложилась в постель с мужчиной. С мужем. Поцелуй – единственное, что она успела познать…

Кровать приковывала к себе взгляд Джоселин с непреодолимой силой. Неужели она непременно должна быть такой подавляюще огромной? Кровать полновластно царила в этой комнате как роковой символ, место ее неминуемой гибели. Но конечно, это из-за мерцающего света свечей и ее плохого зрения вдруг показалось, что покрывало на ней шевелится…

Предположим, близости с Рэндом удастся избежать. Оттянуть на неопределенное время, она даже поежилась, мысленно произнося эти слова – осуществление брачных отношений. Ее муж – не животное, он не принудит ее против воли. По правде говоря, он был просто на удивление милым. С его темными загадочными глазами, от которых все таяло внутри. И широкими мускулистыми плечами, говорившими об уверенности и силе. И манерой смеяться и слушать. И с тем, как он смотрел на нее, словно она не просто женщина, на которой он вынужден был жениться, но женщина желанная…

По ее телу пробежала теплая волна. Он стал ее мужем и имел определенные права…

А почему бы нет?

Эта мысль заставила ее замереть на месте. Конечно, она разнервничалась, но ведь это свойственно всем новобрачным. А если разобраться в себе честно, разве можно отрицать, что, кроме страха, она испытывала и приятное возбуждение? А кроме беспокойства – предвкушение чего-то необычайного?

26
{"b":"1150","o":1}