ЛитМир - Электронная Библиотека

– Можно выполнять всевозможные правительственные поручения и не будучи агентом, – уклончиво сказал Рэндалл.

Джоселин бросила на него негодующий взгляд:

– Вам известно, что вы невыносимы?

– А вы – невозможно любопытное создание. – Он взял у нее яблоко, нож и начал снимать с плода кожицу.

– Вы хотя бы перестали считать меня меркантильной, – пробормотала она, наблюдая, как ловко он обращается с ножом.

– Я не уверен, что любопытство намного лучше. – Бомон ровно нажимал на тупой край лезвия, непрерывно поворачивая яблоко, так что кожура отделялась тонкой длинной спиралью.

– Почему?

Его пальцы были длинными и сильными, движения уверенными, точными и одновременно неторопливыми.

– Любопытная женщина может навлечь на себя всякого рода неприятности.

– Неужели?

Ярко-красная спираль упала на светлое одеяло.

– Есть такая примета или детская игра – буква, в которую складывается очищенная кожура, является первой буквой имени будущего супруга или супруги. – Рэнд ткнул в кожуру ножом, – Не очень-то она похожа на букву, разве что на какое-то ущербное «П».

– Наверное, Пруденс. Или Паула.

– Или Патриция, – рассмеялся он. – Есть и другие имена, но мне больше ничего не приходит в голову.

– Пенелопа, – с улыбкой подсказала Джоселин. – И еще Прюнелла.

Он изобразил на лице ужас.

– Спаси меня, Боже, от дамы по имени Прюнелла!

– Смею сказать, сэр, что вы спасены, поскольку уже женаты на женщине с другим именем, – засмеялась Джоселин.

– Именно. – Он придал кожуре приблизительную форму буквы «Д». – Так гораздо лучше.

– Правда лучше? – Она заглянула ему в глаза.

– Думаю, да, – кивнул он.

Джоселин медленно наклонилась, так что их губы оказались совсем рядом. Он хотел поцеловать ее! Джоселин поняла это по выражению его глаз. И все-таки не достаточно сильно. Пока.

Она забрала из его левой руки яблоко, а из правой нож и снова выпрямилась. Он прерывисто выдохнул, а Джоселин чуть заметно улыбнулась. Начало очень даже неплохое.

– Расскажите мне, Рэнд, еще о своей семье. – Она отрезала от яблока кусочек. – О вашей маме.

– О моей матери?

Он озадаченно сдвинул брови, и возникшее напряжение мгновенно исчезло. Джоселин мысленно застонала. Его мать! Довольно глупо было спрашивать об этом. В такие моменты мужчина меньше всего нуждается в напоминании о матери.

А ведь до сих пор все шло довольно гладко.

– Да, – сдавленно вздохнула Джоселин. Раз уж она заговорила об этом, следовало продолжать. – Моя мама умерла, когда я была совсем маленькая, и я едва ее помню. Мне не терпится познакомиться с вашей.

– Вы ей понравитесь. – Рэнд некоторое время пристально смотрел на Джоселин. – Как я подозреваю, она всегда боялась, что я женюсь на кисейной барышне.

– А ей это не понравилось бы? – Джоселин откусила кусочек яблока и отметила взгляд, которым Рэнд посмотрел на ее губы. Она начала жевать медленно и тщательно.

– Ни в коем случае. Она сама очень независимая женщина. – Джоселин откусила еще раз, и Рэнд проглотил слюну. – До свадьбы, насколько мне известно, она хорошенько помучила отца.

Джоселин отрезала еще кусочек и поднесла его к губам, затем как бы передумала и протянула Рэнду. Он взял, коснувшись пальцами ее пальцев, и между ними пробежала искра. Рэнд сунул яблоко в рот, и по его губам потекла капелька сока. Джоселин машинально потянулась и вытерла ее. Но Рэнд схватил ее руку и слизал сок с пальчика, затем перевернул руку ладонью вверх и поцеловал. Джоселин пронизала дрожь. Их взгляды встретились, и она увидела в его глазах отражение собственного желания.

Он медленно как во сне привлек ее к себе. Их губы слились, и время словно остановилось. Они отбросили всякую сдержанность. Рэнд порывисто прижал ее к себе, а она обхватила его руками с неведомой ей доселе пылкостью. Его поцелуи были жесткими и требовательными, и охваченная восторгом Джоселин отвечала ему не менее страстно. Его губы были сладкими, как яблоко, и горячими. Она жаждала его во всем откровенном смысле этого слова.

Он с силой провел руками по ее спине, по бедрам, и они скатились с одеяла на траву. Оказавшись сверху, Джоселин с наслаждением ощущала каждый дюйм его мускулистого тела. Она оторвала губы от его рта и принялась покрывать поцелуями его щеки, лоб, жилку, бившуюся у основания шеи. Его запах, его прикосновения переполняли ее, окружали, покоряли. Его руки двинулись вниз по юбке вдоль ее ног. Юбка завернулась, и он коснулся ее обнаженной кожи. Джоселин прерывисто вздохнула и соскользнула на траву. Он осторожно коленом раздвинул ей ноги. На краткий миг ей стало страшно, но испуг тут же исчез, сметенный более могучим чувством.

Он обхватил ее бедра и плотнее прижал к себе, склонил голову к ее груди, едва прикрытой низко вырезанным лифом, и Джоселин непроизвольно выгнула спину, самозабвенно подставляя грудь под его поцелуи. Рука Рэнда скользнула под платьем по ее ногам вверх, и Джоселин ощутила его прикосновение в таком интимном месте, к которому никогда никто не прикасался. Она содрогнулась от непередаваемого ощущения.

– Ради всего святого, Рэнд!

Он замер.

– Рэнд? – Она откинула голову и отыскала его взгляд.

– Нет. – Его лицо окаменело. Он одернул на ней платье и поднялся. – Тут не место… и не время.

– А когда же, где? – Джоселин села, с трудом приходя в чувство. – Почему, почему нет?

– Не годится так начинать супружескую жизнь. – Он с явным разочарованием провел рукой по волосам.

– Разве не так ее начинает большинство людей? – Она схватилась за его протянутую руку, и он рывком поставил ее на ноги. Джоселин гневно взглянула на него. – Ведь вы мой муж и в конце концов, и у вас есть права!

Рэндалл посмотрел на нее и улыбнулся уголком рта.

– Знаю.

– Ну так что же? – Подбоченившись, она мрачно сверкнула глазами. – Разве вы не собираетесь ими воспользоваться?

Он неторопливо шагнул к ней и аккуратно поправил лиф ее платья.

– Слишком глубокое декольте.

– Знаю! – Спасибо доброй Флоре. Правда, пользы это принесло мало. Поведение Бомона раздражало ее до крайности. Джоселин оттолкнула его руку. – Не уклоняйтесь от темы.

– Я не уклоняюсь. Когда и вы, и я будем готовы вступить в брачные отношения, я хочу, чтобы все между нами было как следует. – Он приподнял ей подбородок и слегка коснулся губами ее губ.

– По-моему, все и так шло как следует, – пробормотала она.

– Мне нужно от вас большее, чем просто минутная вспышка страсти на вершине холма, где любой может нас увидеть.

– Думаю, это была не просто минутная вспышка на вершине… – Девушка отодвинулась и посмотрела на него с недоумением. – Что значит – любой может увидеть?

Он замялся.

– Рэнд, – медленно проговорила Джоселин, – мне казалось, что замок Уортингтон стоит очень уединенно, потому-то мы и приехали сюда. Ближайшая деревня довольно далеко, а сейчас и мы достаточно далеко от самого замка. А вы беспокоитесь, как бы нас не увидел – кто?

Он сдержанно вздохнул.

– Несколько человек по моему приказу патрулируют…

– Несколько человек? Здесь? – Джоселин недоверчиво хлопала глазами. – Кажется, вы говорили, что стоит нам выбраться из Лондона, и мы окажемся вне опасности.

– Да, я так говорил.

– Но сами в это не верили?

– Нет, верил, – не раздумывая сказал он. – Я просто хотел исключить всякий риск.

Джоселин скрестила руки на груди.

– И что еще вы от меня скрыли?

– Ровным счетом ничего, – покачал он головой, сжав губы.

Джоселин некоторое время сверлила его взглядом. Так она ему и поверила! Должно быть, он утаил от нее уйму вещей. Не рассказал же он ей историю своего дяди и бабушки, хотя Джоселин и не винила его за это. Он хранил верность дорогим ему людям, оберегал их от стороннего любопытства. Он был, должно быть, превосходным секретным агентом. Потому что, собирался он признать это или нет, Рэнд, несомненно, был агентом и привык гладко лгать, когда обстоятельства того требовали. И он, очевидно, считал, что вправе это делать. Там, где речь шла о ее безопасности.

30
{"b":"1150","o":1}