ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ты очень предусмотрительный.

– И еще я послал лакея в Эффингтон-Хаус за подходящими платьями для тебя на сегодняшнее торжество.

– И очень распорядительный.

Джоселин еще не успела подумать над тем, что наденет на праздник. Те платья, что она брала с собой, лежали нераспакованными в сумке и абсолютно не годились для нынешнего события. Забота Рэнда согрела ей сердце так же, как согревало его прикосновение.

– Я старался. – Он снял через голову рубашку, придвинул стул и, присев на край ванны, принялся разуваться.

– Просто чтобы удостовериться, что я правильно истолковала твои намерения, – насколько я понимаю, ты собираешься присоединиться ко мне?

– Ну разумеется. – Его губы изогнулись в коварной улыбке. – Ты не против? – Он встал и снял бриджи.

Она пропустила вопрос мимо ушей и взглянула на него вызывающе.

– А прежде когда-нибудь бывало, что эту ванну принимали сразу двое?

– Дай подумать… – Рэнд глубокомысленно наморщил лоб и подошел к краю ванны. Он явно намеревался забраться в ванну, и, несомненно, на уме у него было вовсе не купание. – Разве что она?… Нет. Или та, с которой мы… – Он широко улыбнулся и покачал головой. – Нет. Никогда.

– Ты уверен?

Неужели ей когда-нибудь надоест смотреть на него обнаженного? А он определенно стоил того, чтобы на него смотреть… Шрам был розовый, сморщенный, довольно свежий. Джоселин надеялась, что когда-нибудь муж расскажет ей, как получил его. А если нет – что ж, она проживет и без его секретов, решила Джоселин, чувствуя, как ее охватывает трепет желания.

– Я уверен, что удержал бы в памяти такое событие. Это я наверняка не забуду.

Джоселин подтянула колени к груди, освобождая ему место. Рэнд переступил через край ванны и опустился в воду. Они, улыбаясь, сидели друг против друга, затем он молча привлек жену к себе, так что она оказалась у него на коленях. Джоселин обхватила его шею и медленно отыскала губами его губы. Поцелуй был долгим и томным, словно им принадлежало все время на свете. Ощущения обостряла теплая вода, плескавшаяся вокруг.

Его руки скользнули вниз по ее спине, обхватили ягодицы, он притянул ее ближе к себе. Она немного приподняла бедра, и он овладел ею. Джоселин вздохнула от счастливого ощущения наполненности, и долгие мгновения оба упивались чувством соединения. Она зажмурилась и запрокинула голову назад, чтобы он поцеловал ее в подбородок и шею. Ее груди прижимались к его мокрому торсу, и Джоселин наслаждалась ощущением жестких волосков на своей чувствительной коже. Вода обволакивала, окутывала, омывала их со всех сторон.

Он медленными движениями проникал все глубже в ее лоно, и она двигалась вместе с ним. Вода плескалась о стены металлической ванны в согласии с ускоряющимся ритмом их движений. Экстаз уже переполнил Джоселин, такой же текучий, засасывающий, как вода. Она схватила Рэнда за плечи, а он крепче сжал ее бедра. Звук плещущейся воды вторил их тяжелому дыханию и стуку сердец, отдающемуся в ушах. И когда Джоселин решила, что сейчас умрет от невыразимой радости, внутри ее произошло нечто, принесшее ей чудесное освобождение, и она ахнула от восторга. Он последний раз вошел в нее, и для него тоже настал миг освобождения, а по телу пробежала дрожь, передавшаяся ей.

Джоселин приникла к груди мужа и слушала частый стук его сердца, перекликавшийся с ее собственным сердцем, и затихавший плеск воды о стенки ванны. Они лежали долго, не размыкая объятий, и покой, снизошел на нее, проник глубоко внутрь, и Джоселин поняла, что какие бы непонятные и могущественные силы ни привели ее в объятия Рэнда, именно в них ей изначально предназначено быть.

Но вот он тихо засмеялся. Джоселин подняла голову и с улыбкой встретила взгляд бездонных темных глаз.

– Что это, мой милый муженек, вас так насмешило?

– Милая женушка, я вовсе и не думал смеяться. Этот звук издал человек, полностью довольный своей участью в жизни. – Он легко коснулся губами ее губ. – А также своей женой.

Джоселин просияла. Счастье, которое она испытывала, готово было перелиться через край.

– Боюсь только, как бы горничные не прокляли свою участь, когда увидят, какой мы тут устроили беспорядок. Половина воды выплеснулась на пол.

– Придется им к этому привыкать, – лениво и несколько самодовольно улыбнулся Рэнд, что ничуть не обидело Джоселин. – Не думаю, что с этих пор стану принимать ванну в одиночестве. – В его глазах вспыхнул опасный блеск. – Я нашел-таки способ, который лучше всякого другого утоляет дискомфорт любого рода.

Глава 17

Джоселин обвела глазами бальный зал в доме лорда Уэстерфилда, который любезно предоставил свои апартаменты для проведения праздничных мероприятий, посвященных Авалонии. Этим вечером Джоселин не стала надевать очки, но, тем не менее, то и дело ловила пристальные взгляды, нацеленные на нее и на Рэндалла. Джоселин не предполагала, что появление лорда и леди Бомон может вызвать какое-либо подобие скандала. За последнее время в ее жизни произошло столько разных событий и с такой стремительностью, что вопрос о том, какова будет реакция лондонского общества на их с Рэндом возвращение, просто не приходил ей в голову. Оказывается, задуматься все-таки следовало. В последнее свое появление в обществе она тоже была объектом повышенного интереса. Но тогда интерес к ней вызвало внимание принца Алексиса. Джоселин следовало догадаться, что ее исчезновение будет замечено и обсуждено, несмотря на то что сезон уже близился к концу. Конечно, ее родные покинули город в то же самое время, и все они полагали, что в обществе решат, будто красавица Джоселин Шелтон уехала вместе с ними. Но вот она вернулась и оказалась женой совсем не того человека, которого прочили ей в мужья.

Они с Рэндом прибыли как раз вовремя, чтобы успеть на церемонию, на которой Алексис и принц-регент обменялись прочувствованными, но, к общему удовольствию, краткими речами и ценными подарками. Затем последовали тосты за дальнейшее укрепление добрососедских отношений между Англией и Авалонией, после чего заиграла музыка, и начались танцы. И только когда бал был в разгаре, Джоселин поняла, что они с Рэндом привлекают не менее пристальное внимание, чем особы королевской крови.

– Рэнд, – тихо сказала она мужу. – Или я ошибаюсь, или мы вызываем всеобщее любопытство.

– Не ошибаешься, – хмыкнул он. – Тебя это беспокоит?

– Нет, – произнесла она неуверенно. – Просто я этого не ожидала.

– Предлагаю извлечь для нас выгоду из этой ситуации.

– Как же мы это сделаем?

– Покажем всем сплетникам, что наш союз заключен не вследствие каких-то сомнительных соображений, а по одной только любви.

– По любви?

– И приступим немедленно! Сними перчатку и дай мне руку.

– Руку? – Она со смехом стянула перчатку. – Зачем?

– Мне вдруг пришло в голову, что до сих пор я был довольно невнимательным мужем. – Он взял ее левую руку в свою правую, а свободной рукой достал что-то из жилетного кармана. – И намерен исправиться прямо сейчас.

Джоселин затаила дыхание. Рэнд надел ей на палец кольцо с большим овальной формы сапфиром в обрамлении мелких бриллиантов. Джоселин недоверчиво уставилась на сапфир. Ни разу в жизни не видела она ничего более очаровательного, более пронзительно-синего. И никогда ей не дарили подарков, наполненных таким глубоким значением.

– О Боже!

– Сегодня этот перстень был моей первейшей заботой. Я сначала хотел найти что-то под цвет твоих глаз, но пришлось довольствоваться этим. Когда-то считалось, что бриллианты в сочетании с сапфиром защищают владельца от всякого зла. Я вспомнил обстоятельства нашего знакомства, и этот камень показался мне самым подходящим. – Рэнд помедлил. – Но если тебе не нравится, я могу заменить…

– Ни за что! – Джоселин растроганно шмыгнула носом. – Он прекрасный…

– Вот и хорошо, – со вздохом облегчения сказал Рэнд и поднес ее руку к губам. – Но он меркнет по сравнению со своей владелицей.

56
{"b":"1150","o":1}