ЛитМир - Электронная Библиотека

Доводы и обвинения завертелись вокруг Рэнда, но он едва разбирал слова из-за шума крови в ушах и ноющей боли в сердце.

– Это вообще-то правда, – пробормотал Ричард. – Но если она…

– Дай мне договорить, Ричард, – перебила брата Марианна.

– Что ты сделал с самой кроткой из моих сестер? – обратился Ричард к Томасу, но тот только пожал плечами.

– Я тут ни при чем. Она уже была такой, когда ты уехал и оставил ее на моем попечении. Это все ее любимые романы. Героини в них жутко независимые…

А Рэнд все смотрел на перстень, лежавший на его ладони, и слышал слова Джоселин «Я никогда с ним не расстанусь».

– Я говорила, Томас, – процедила Марианна сквозь зубы, – что если бы Джоселин решилась на подобный шаг, способный погубить ее репутацию и разрушить ей жизнь, она обставила бы его как можно драматичнее. Это был бы ее звездный час. Скандал, о котором в Лондоне станут вспоминать не один год. Джоселин всегда любила быть в центре внимания, прежде всего из-за своей внешности…

– Теперь она носит очки, которые вы ей прислали, – пробормотал Рэнд.

– В самом деле? – удивилась Марианна. – Надо же… – Она покачала головой и договорила: – В любом случае Джоселин сделала бы нечто эффектное и запоминающееся. Но ни за что не улизнула бы тайком.

– Тут я с тобой согласен, Марианна, – кивнул Ричард. – Но все же нам ничего не остается, как только признать возможность того, что Джоселин не устояла перед блеском титула и огромного богатства.

– Она оставила здесь свой перстень, – медленно проговорил Рэнд, взвешивая на ладони драгоценную безделушку. – Женщина, которую интересуют деньги, не рассталась бы с такой ценной вещью.

«Несмотря на все расстояние, которое нас разъединит, знай, что я всегда буду любить тебя».

– Джоселин не бросила меня, – сказал Рэнд, словно внезапно очнувшись от сна. Он вдруг отчетливо осознал, что это – самая что ни на есть чистая правда.

– Но она уехала, – смущенно проговорил Томас.

– Марианна права в одном. – Бомон поднялся на ноги. – Если бы Джоселин решила оставить меня ради другого мужчины, она сделала бы это иначе. Хотя… – Он обратился к Марианне: – Я не согласен с вами по поводу того, как именно она сделала бы это. С самого начала Джоселин была со мной абсолютно честной, и, решись она порвать наши отношения, она и об этом сказала бы мне прямо. – Рэнд покачал головой. Уверенность крепла в нем с каждым мгновением. – Она уехала с Алексисом не потому, что сама этого захотела. Я понятия не имею, каким обманом он сумел добиться ее согласия, но убежден, что дело именно в этом. Письмо, которым меня вызвали в Уортингтон, – дело его рук. Джоселин никогда не поступила бы так жестоко.

– Она никогда и не была жестокой, – гордо сказала Марианна.

– Рэнд… – Томас поймал его взгляд. – Что, если ты ошибаешься?

– Нет, не ошибаюсь, – просто сказал Рэнд. – Я ей верю. – Он сознавал, что это слепая вспышка эмоций, но отчего-то был уверен, что прав. – С самого первого дня нашей встречи Джоселин вела себя так, что вполне заслужила мое полное и абсолютное доверие.

– Вы думаете, принц способен… – Марианна осеклась, будучи не в силах произнести вслух то, что пришло ей в голову.

– Причинить ей зло? – При этой мысли Рэнд испытал приступ тошноты. – Не думаю.

– Зато она вполне способна воздать ему по заслугам, – сказал Томас. – Если Джоселин в самом деле не хотела ехать с ним, она, несомненно… гм, проявит свой характер. – Томас отхлебнул бренди. – Мне приходилось как-то видеть ее в минуты гнева, и, скажу честно, зрелище было впечатляющим.

– Истинная правда, – пожал плечами Ричард. – Не завидую принцу, путешествующему по континенту в обществе разгневанной Джоселин.

– Не могу согласиться с вами. – Рэнд недоверчиво перевел взгляд с одного из своих друзей на другого. – Вы действительно говорите о моей жене?

– Бросьте, Рэнд, – упрекнул его Ричард. – Не говорите, что вы никогда не попадались ей под горячую руку.

– Было дело, – мрачно взглянул на него Рэнд. – Но ее гнев имел веские причины.

– Я бы и эту причину назвал веской. – Томас подтолкнул Ричарда локтем. – Ведь ее практически похитили.

– Ее в самом деле похитили! – воскликнул Рэнд.

– Боже, сжалься над бедным принцем, – негромко пробормотал Ричард.

– Молчите все! – велела мужчинам Марианна. – У нас есть более серьезные вещи для обсуждения, чем характер Джоселин. – Она шагнула к мужу, твердой рукой забрала у него бренди, отпила большой глоток и повернулась к Ричарду. – Значит, так! Самый главный вопрос, если только она и вправду последовала за ним вопреки своей воле, – зачем принцу понадобилась Джоселин?

– Разгневанная Джоселин! – Ричард поднял свой бокал.

– Итак, ваше мнение, господа. – Марианна попеременно обвела взглядом мужчин.

– Потому, что она ему нравится? – неуверенно предположил Томас.

– Нет. Дело вовсе не в этом. – Ричард наморщил лоб. – В конце концов, он принц. У него целое государство, куча денег…

– На которых отпечатаны его собственные портреты, – пробормотал Томас.

– И первые красавицы так и падают к его ногам. Нет, – покачал головой Ричард. – Он не стал бы тащить разгневанную… – Он покосился на сестру. – Недовольную Джоселин через пол-Европы.

Марианна задумчиво отхлебнула бренди.

– Он мог бы догадаться, что Рэнд последует за женой…

– Конечно, я поеду следом. Я бы никогда… Вот вам и ответ! – Рэнд хлопнул себя ладонью по лбу. – Не Джоселин ему нужна, а я.

Ричард довольно усмехнулся.

– Вспомните о платье. Оно дополняет картину.

– Какое еще платье? – Томас недоуменно посмотрел на Ричарда, затем перевел взгляд на Рэнда. – О чем вы толкуете?

– Платье – это пустяк, – отмахнулся Рэнд. – Главное – положение дел в Авалонии. Алексис погряз в политических интригах, вызванных борьбой за власть внутри королевской семьи, которые терзают государство на всем протяжении его существования. Возможно, он решил, что при моей поддержке сумеет мирным путем покончить с беспорядками, продемонстрировав народу сплоченность королевского дома. Он как-то излагал мне подобные идеи.

Томас скептически усмехнулся.

– А ты-то зачем ему понадобился?

– Рэнд – принц, – пояснил Ричард с самодовольством человека, который знает тайну, никому еще не известную. – Принц крови. Кузен Алексиса. Джоселин в конце концов вышла замуж за настоящего принца.

– Тетя Луэлла по достоинству оценила бы эту иронию судьбы, – в замешательстве пробормотала Марианна.

Томас раскрыл рот от удивления.

– Ты никогда не говорил мне!

– А ты не спрашивал, – пожал плечами Рэнд.

– Мне не приходило в голову касаться этой темы в дружеской беседе, – насупился Томас.

– Я просто не считал это важным. – Рэнд взглянул на обиженного друга. – Уверен, что и у тебя есть тайны, о которых ты мне никогда не рассказывал.

– Нет у меня никаких тайн, – надулся Томас.

– Неужели? – Рэнд приподнял бровь. – До недавнего времени я и не подозревал, что ты пишешь стихи.

– Это совсем другое дело… – начал было Томас.

– Стихи у него кошмарные, – пожал плечами Ричард. – На его месте я тоже постеснялся бы говорить о них.

– А ты… ты малюешь картины! – Томас гневно взглянул на Ричарда.

– Да, – снисходительно улыбнулся Ричард. – Но мои-то картины великолепны.

– Как дети, – вздохнула Марианна и допила бокал Томаса до дна. – Я от вас, откровенно говоря, устала.

– И у меня нет времени выслушивать всякую чепуху. – Рэнд слегка поклонился Марианне. – Леди Хелмсли. – Он коротко кивнул мужчинам. – Джентльмены, я уезжаю, чтобы вернуть назад свою жену.

Тут выступил вперед Ричард:

– Джоселин еще и моя сестра. Я еду с вами.

– Я тоже, – быстро сказал Томас. – Она находилась на моем попечении, когда началась вся эта кутерьма.

Ричард прищурился.

– Сейчас у тебя на попечении молодая жена.

– А у тебя новорожденная дочь, – парировал Томас.

– Да поезжайте вы все! – не выдержала Марианна. – Вам, очевидно, представляется, что это увлекательное приключение. Если вы не поедете, только будете здесь под ногами мешаться!

63
{"b":"1150","o":1}