ЛитМир - Электронная Библиотека

Наследник улыбнулся, но ничего на это не ответил.

– Несмотря на способ, которым вы заманили меня сюда, – медленно проговорил Рэнд, – я рад, что приехал.

– Сегодня вечером состоится бал в честь нашего возвращения, и я рассчитывал сделать на нем официальное сообщение. Вы подумали еще раз над моим предложением? – Тон Алексиса был небрежным, словно это не имело для него особого значения, но оба они прекрасно знали, что имело, и очень большое.

– Подумал.

– Так могу я сделать такое сообщение?

– Вероятно, – улыбнулся Рэнд. – Но в действительности я мало о чем думал, кроме своей жены.

Алексис усмехнулся.

– Она гораздо более содержательная женщина, чем я полагал после первой нашей встречи. Признаюсь, я вам не на шутку завидую.

– Одна из ее сестер до сих пор не замужем, – произнес Рэнд с невозмутимым лицом.

Алексис подозрительно посмотрел на него. Бомон улыбнулся, и принц со смехом покачал головой.

– Благодарю, но я – пас. Мне потребуется некоторое время, чтобы прийти в себя после знакомства с одной сестрой. Я еще не готов к встрече со второй.

– Такой, как Джоселин, больше нет, – убежденно сказал Рэнд.

– А вот это, кузен, одновременно и досадная неприятность, и Божье благословение, – искренне произнес Алексис, затем усмехнулся.

– А я, кузен, – ответил Рэнд, – чертовски благодарен как за первое, так и за второе.

Праздник начался, как было намечено, хотя Рэнд, Алексис и остальные еще не прибыли. Джоселин знала, что появление принца со свитой ожидается с минуты на минуту. Она старательно пыталась сохранять хотя бы видимость спокойствия. В бальном зале царило веселье, разительно контрастирующее с той напряженной, гнетущей атмосферой, которая присутствовала во дворце со времени приезда Джоселин до самых последних дней. По словам графини Леноски, которая считалась падежным источником информации, турне принца увенчалось полным успехом, и в ближайшем будущем мир в стране был обеспечен.

Не выпуская из вида вход в зал, Джоселин тем не менее умудрялась болтать, танцевать и смеяться до боли в щеках. Она жаждала видеть Рэнда рядом с собой немедленно, ей не терпелось самой убедиться, что муж жив и здоров. Хотелось услышать из его собственных уст мнение о стране предков и убедиться, что все между ними осталось по-старому.

Но что, если Борлофф все же оказался прав? И, ощутив себя за последнюю неделю принцем, Рэнд пожелает остаться им навсегда? А главное, решит, что его новому статусу приличествует и новая жена…

Музыка умолкла, зазвучали трубы, и все взоры обратились к двери. На середину зала выступил мажордом в ливрее, напудренном парике и до зеркального блеска отполированных туфлях.

– Его королевское высочество, кавалер ордена святого Станислава, хранитель Небес Авалонии, гарант интересов нации, кронпринц Алексис Фридрих Бертольд Рупрехт Пражински.

Алексис вошел и остановился. Одетый в элегантный белый с золотом военный мундир, он выглядел царственной особой с ног до головы. Будущим королем. Дамы дружно присели в реверансе, мужчины склонили головы, и многоцветная волна пробежала от дверей через весь зал.

Мажордом подождал, пока волнение улеглось, и снова провозгласил:

– Его королевское высочество принц Рэндалл Чарлз Фридрих Бомон.

Рэнд вошел в зал следом за Алексисом, и его собравшиеся тоже приветствовали реверансами и поклонами. Все, кроме Джоселин, которая изумленно раскрыла глаза и с трудом удерживалась от того, чтобы не разинуть рот. Рэнд был в такой же форме, как у Алексиса, только не в белой, а в темно-синей, отделанной в точности такими же золотыми шнурками и позументами, как и у его кузена. На боку у него красовалась сабля. Выглядел он потрясающе – самый настоящий принц. Впервые Джоселин осознала, что ее муж и есть настоящий принц.

Рэнд немедленно заметил Джоселин в толпе и направился прямо к ней. Почему-то вдруг ей стало страшно, словно она ни разу не встречалась с ним, не разговаривала и не танцевала, не ложилась с ним в постель. Кровь зашумела в ушах, и она не услышала, как представляли обществу маркиза Хелмсли и герцога Шелбрука. Ее охватила нервная дрожь. Приближавшийся к ней мужчина был вовсе не виконтом, за которого она вышла замуж, а принцем суверенной державы. Захочет ли он остаться ее супругом? Не потребует ли аннулировать брак, воспользовавшись предложением Алексиса? Не захочет ли взять в жены урожденную принцессу?

Рэнд подошел к ней и остановился. Его лицо было спокойным, сосредоточенным, темные глаза – загадочными и непроницаемыми. Джоселин смотрела на него во все глаза, понимая, что этот человек изменился, так же как стала другой она сама. Она была уже не той женщиной, с которой он впервые встретился в музыкальном салоне в Лондоне. И еще Джоселин поняла, что смиренно примет любое его решение… по крайней мере, публично.

Она машинально протянула ему руку. Он поднес ее к губам, поймал ее взгляд и тихо произнес:

– Хочу задать тебе один вопрос.

Джоселин проглотила слюну и проговорила дрожащим голосом:

– Я слушаю.

Глаза Рэнда проникли в самую ее душу.

– Граф Борлофф и принцесса Валентина лишены званий и состояния. Он помещен в тюрьму, ей навечно запрещено ступать на землю Авалонии. Алексис предлагает мне их земли и прочую собственность. Он просит меня остаться здесь в качестве принца и его советника. А впоследствии помогать ему управлять Авалонией.

– Да? – У Джоселин в горле образовался тугой комок, мешавший говорить. – И что же?

Глаза Рэнда ярко блеснули.

– Я сказал, что не могу принять это предложение, не посоветовавшись предварительно с женой.

– С женой? – с трудом выговорила Джоселин.

– Да. – Он поцеловал ей руку и выпрямился.

– Значит, ты хочешь, чтобы я оставалась твоей женой? – Джоселин затаила дыхание.

Рэнд сдвинул брови.

– Конечно. Неужели ты могла подумать…

У Джоселин с плеч упала огромная тяжесть, и, махнув рукой на правила этикета, которым подчинялся королевский двор, она с радостным криком бросилась в объятия мужа.

– Ох, Рэнд! – всхлипнула она. – Как же я боялась, что ты не захочешь…

Он крепко обнял ее и прошептал ей в волосы:

– Что?

– Я так испугалась! – Джоселин слегка отстранилась и заглянула мужу в лицо. – Когда я увидела, как ты одет, услышала твои первые слова, я подумала, что тебе может… понадобиться настоящая принцесса.

– Драгоценная моя Джоселин! – Он ласково улыбнулся. – Ты и есть самая настоящая принцесса, моя собственная принцесса и всегда ею останешься.

– Аминь. – Неожиданно возник Алексис, его лоб прорезала недовольная складка. Томас и Ричард тоже стояли рядом и широко улыбались. – Мне все время приходится мешать вашему общению, и это становится утомительным.

Джоселин рассмеялась сквозь слезы счастья.

– Придется вам привыкать, кузен, – ворчливо произнес Рэнд, но выпустил Джоселин из объятий.

– Ваш несносный супруг заявил, что не примет моего предложения, не заручившись вашим полным одобрением и поддержкой. По-моему, это смешно, но с чем только не приходится мириться. Ну что же? – пытливо взглянул на нее Алексис. – Слово за вами.

Джоселин перевела взгляд на Рэнда.

– А если ты согласишься, у нас будет замок? Замок с надежной крышей?

Рэнд вопросительно посмотрел на Алексиса, принц пожал плечами.

– Можете выбрать тот, который придется вам больше по вкусу.

– А слуг в нем будет достаточно? – прищурилась Джоселин.

– Сколько пожелаешь, – кивнул Рэнд.

– А фрейлины? – не унималась Джоселин. – Мне всегда хотелось иметь собственных фрейлин.

– Если тебе так нравится, – улыбнулся Рэнд. – Получишь все, чего когда-либо хотела.

– В детстве я страстно этого хотела и однажды в ночь полнолуния закопала в лесу бумажку, где написала все свои заветные желания. Это были сказочные мечты, и я жила ими очень долго… – Она помедлила, ясно сознавая, что в действительности выбор предрешен, и со вздохом повернулась к Алексису. – Вы сделали потрясающее предложение, ваше высочество, и я понимаю, что оно значит для вас, но… – Джоселин с сожалением покачала головой. – Думаю, мы его не примем.

73
{"b":"1150","o":1}