ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он ударил по стене маленьким молоточком. Джиг подпрыгнул.

– Гляньте – ни царапины. Нормальный обсидиан отслаивается и оставляет неприятно-острые края. Полагаю, здесь тоже поработала магия. И неплохо. Если бы пол был выщерблен и неровен, как из обычного обсидиана, вам бы ноги изрезало прямо через сапоги.

– Погодите. – Рислинд поднял руку, неожиданно оборвав Дарнаковы экскурсы в сущность камней. Взяв лампу, он посветил ею назад в туннель. – Здесь должны быть трупы. Я застрелил по меньшей мере шестерых, прежде чем присоединиться к вам.

– Ты только что заметил их отсутствие, братец? Бариус выхватил меч. – Твоя наблюдательность продолжает меня изумлять.

Дарнак, опустившись на колени, внимательно изучил пол.

– Ни следа крови.

– Мы могли миновать тела, не заметив их? поинтересовался принц со скептическим выражением.

– Нет, я бы нанес их на карту.

– Я смогу понять, если кто-то пробрался сюда и подобрал тела. – Рислинд внимательно поглядел на Джига. – Но разве твои соплеменники стали бы вытирать кровь с пола?

– С чего бы это нам тащиться за покойниками? – не понял Джиг. – Мы в последнее время и так неплохо питаемся.

Только до Рианы в полной мере дошел смысл слов гоблина. Она слегка позеленела и прижала руки к животу.

– Чтобы предать их земле достойным образом, – ответил Бариус.

– Вы закапываете своих мертвых? – вылупился на него Джиг.

Ну и дела. Вероятно, поверхность проще копать. Это тебе не непробиваемая скальная порода. Однако все равно на это явно уйдет гораздо больше труда, чем если просто оставить тела червям-падальщикам.

– Не всегда, – ответил гном. – Иногда для них разжигают погребальный костер, чтобы они могли искрами вознестись к небесам.

– Отвратительно, – ляпнул Джиг, не подумав.

Дарнак напрягся. На лицах людей появилось выражение гнева, глаза сузились, губы сжались.

– Тот, кто хочет выжить, должен знать, что насмехаться над ритуалами гномов неумно, гоблин.

Джиг сглотнул.

– Я имел в виду только… ну, запах. Горящих волос и кожи.

Ему хватило вони собственных волос, когда Клякса их поджег. Мысль же о целом горящем теле вызывала спазмы в желудке.

Глаза потрясенного гнома почти вылезли из орбит.

– Так как же гоблины воздают честь мертвым? Или твои друзья побросали трупы в какую-то яму, чтоб они там сгнили?

– Это же только трупы, – негромко пробормотал Джиг. Ему хотелось съежиться в тени, как поступала Риана, но при таком всеобщем внимании это не представлялось возможным. Он никак не мог понять, с чего это все так разозлились, и поспешил их успокоить. – Мы оставляем их червям-падальщикам.

– Червям, – тихо повторил Дарнак. – Это святотатство даже для гоблинов. Оскорбление богов.

Джиг собрался было возразить, но раздумал. Не стоило подливать масла в огонь их гнева. Он уставился в пол, тихо надеясь, что они раздумают наказывать его за какое-то оскорбление, нанесенное гоблинами богам. Боги никогда не жаловались, так чего приключенцы-то возмущаются? Вообще-то человечьи и гномьи трупы гоблины червям не оставляли. Мертвые приключенцы – вещь ценная. Особенно воины. Воины обычно такие мясистые, что одного экземпляра хватает на приготовление целого обеда.

Риану, судя по виду, еще слегка тошнило. Глядя на нее, Джиг окончательно решил воздержаться от объяснений. Приключенцы могут слишком болезненно отреагировать на перспективу в случае гибели окончить свой боевой путь в Голакином котле. С другой стороны, если они не хотят, чтобы их оставили червям, и не желают наполнить собой гоблинские животы, им следовало бы отправиться погибать куда-нибудь еще.

Мысль о Голаке напомнила Джигу запахи кухни, и в это мгновение на него накатила такая сильная тоска по дому, какой он еще ни разу не испытывал. Он отдал бы что угодно за возможность снова оказаться в логове, украдкой отхлебнуть глоточек из громадного Голакиного половника, ощутить вкус нежного мяса и пряного бульона. Он ел глазами Дарнака и старался не вспоминать о том, когда последний раз пробовал свежего гнома.

– Туннель раздваивается, – сообщил Бариус, поднимая фонарь. Луч высветил черные проемы. – Куда теперь, проводник?

Благодарный за перемену темы, Джиг поспешил вперед и уставился на два туннеля. Правый он знал хорошо. Его повороты и ответвления вели на гоблинскую территорию, к хобгоблинам, в заброшенную кладовую, населенную нынче гигантскими крысами, и в конце концов все эти пути выходили к озеру. Левый туннель мог вести куда угодно.

У старшего поколения гоблинов есть поговорка: «От знакомой напасти и бегать легче».

– Направо, – пискнул Джиг, вновь пытаясь придать голосу уверенность. Знакомый туннель тоже нельзя было считать однозначно безопасным. Если кто-нибудь из Поракова отряда выжил и добрался до логова, оттуда могли выслать новый дозор. Приключенцам-то это особых неприятностей не доставит, поскольку второй отряд наверняка последует той же тупой тактике, что и капитан Порак. А Джигу повезет, если его задавят сородичи во время самоубийственной атаки. В противном случае приключенцы непременно решат, что он завел их в засаду, и тогда уж Бариус не откажет себе в удовольствии перерезать ему горло.

Правда, гоблины – ребята практичные. Приключенцы уже положили один отряд, так зачем губить другой? Пусть гостей встречают хобгоблины.

Это еще одна опасность. Хобгоблины – племя злобное и жестокое. Они никого не пропустят без драки. Но лучше уж знакомая напасть…

Шедший впереди Дарнак так и подскочил.

– Ради молота Землетворца, что это за тварь?

Джиг посмотрел, куда указывал гном.

– А-а. Червь-падальщик. Вроде старый.

– И вы позволяете этому поедать ваших мертвых?! – не поверил Бариус.

Джиг пожал плечами, не желая продолжать дискуссию. Черви-падальщики походили на здоровенных белых гусениц. Данный экземпляр имел футов пять в длину, и большинство его сегментов лопались, по всей вероятности, от останков Поракова отряда. На нижней стороне каждого сегмента помещался круглый зубастый рот и четыре черные ножки. Двумя из них червь загребал в рот еду. Другую пару использовал для передвижения и сохранения равновесия. Черви вырастали в длину и размножались посредством разделения сегментов. Иногда выходило до шести-семи коротеньких особей. В иные времена, когда корма не хватало, они набрасывались друг на друга, и множество голодных червей-падальщиков превращались в одного вполне упитанного. Такой элегантный цикл, а заодно и туннели в чистоте содержатся.

Черви-падальщики не имели глаз, зато обладали непревзойденным обонянием и слухом. Они чуяли битву с другого конца горы и никогда не оставляли после себя даже капли крови.

Данный экземпляр мусолил осколок кости – вероятно, остатки гоблина, которые падальщик приволок сюда, чтобы спокойно покушать в одиночестве. При звуке голосов он схватил добычу ножками средних сегментов и удрал в темноту, двигаясь, как землемерка-переросток.

– Оно что, жрет даже оружие и одежду? – спросил Бариус.

– Одежду – да, – кивнул Джиг. – А оружие они стаскивают к себе в гнезда. Им нравится металл.

– А это что? – Риана указала на тонкую пленку жидкости на полу.

– Червяк пописал, – объяснил гоблин. Эльфийка сморщила носик. – Они так дорогу метят. Могут вернуться по запаху.

Рислинд единственный не испытывал отвращения к червю. Он облизал свои тонкие губы, проводив тварь красными от возбуждения глазами.

– Это сотворенное существо. Как драконов создали из обычных ящериц, так и этот червь происходит от его более простых сородичей с поверхности. Жезл действительно здесь.

Плечи у Джига затекли. Веревка до мяса стерла запястья. Его не интересовали ни сотворенные существа, ни Жезл Эллнорейна. Он был слишком подавлен. Он хотел есть.

И вдруг ужас, до сих пор владевший им, начал куда-то отступать. Разум отказывался так долго поддерживать чрезмерно высокий уровень страха. Спустя некоторое время страх уступил место нетерпению. Да, смерть, безусловно, найдет его рано или поздно. Но почему она решила добираться до него таким извращенным способом?

11
{"b":"11504","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Право рода
Рубеж атаки
Мой любимый враг
Черный вдовец
Тирра. Невеста на удачу, или Попаданка против!
Кристалл Авроры
Билет в любовь
Лошадь, которая потеряла очки