ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Не сбивай меня. Мне надо прогнать по каналу больше сил.

Голос его звучал ниже обычного. Он наморщил лоб. Конец веревки свернулся в плотный шар. Глаза волшебника вспыхнули красным, и клубок ударил по люку.

С потолка дождем посыпалась пыль. Глаза Джига заслезились. Рислинд снова произнес незнакомое слово, на сей раз подчеркнув его взмахом руки. В третий раз большой квадратный кусок скалы качнулся вниз. Гоблин отскочил в сторону, опасаясь, как бы камень не рухнул им на головы. Но тот лишь скрипнул и остановился, обдав всех очередным слоем грязи и песка.

– Быстро, – велел Рислинд. – Пока я его держу, оно меня высасывает.

Бариус уже лез наверх. Дарнак послал Риану следом, затем оглянулся на Джига.

– Твоя очередь, гоблин.

– Меня зовут Джиг, – пробормотал он.

Выбираться из ямы по веревке оказалось трудно. Джиг никогда не был силачом, а его руки не привыкли к таким движениям. Однако он быстро добрался до верха. Бариус, всего за секунду до того протянувший руку Риане, на гоблина даже не взглянул. Джиг долго болтался на весу, пытаясь закинуть пятку на край люка. Сразу за ним прибыл Дарнак. Последним вылез Рислинд и смотал веревку. Каменная крышка с грохотом упала на место.

Джиг сидел на полу, пытаясь отдышаться, когда заметил, что к ноге жмется Клякса.

– Решил меня простить?

А может, малыш просто не пожелал оставаться один в яме. Не важно. В его обществе Джиг чувствовал себя гораздо спокойнее. По крайней мере, до тех пор, пока не услышал несущихся по коридору хобгоблинов.

Джиг впервые наблюдал приключенцев в настоящем бою. Во время того первого нападения его в основном заботила проблема спасения собственной жизни. В поисках укрытия он пропустил большую часть драки и успел досмотреть лишь ее окончание, когда Дарнак и Бариус разбирались с последними гоблинами. А схватка в яме проходила слишком хаотично. Уследить за ее ходом не представлялось возможным даже без необходимости зарываться по локоть в червячьи потроха.

Но теперь, глядя, как приключенцы выхватывают оружие и готовятся встретить хобгоблинов, Джиг начал осознавать, почему наземники раз за разом громили его сородичей.

Рислинд одним текучим движением снял лук в плеча и натянул тетиву. Бариус с Дарнаком шагнули вперед, оставляя волшебнику пространство для стрельбы и в то же время заслоняя его от прямого удара. Двое хобгоблинов упали, даже не успев добежать до гнома и принца. Третий споткнулся о трупы товарищей, и меч Бариуса глубоко рассек его шею.

Трое противников были повержены еще до начала боя. Джиг изумленно вытаращил глаза.

Все хобгоблины носили грубо сляпанные доспехи – куски кольчуг, перехваченные ремнями и цепями. У некоторых имелись щиты самых разнообразных форм. Каждый держал в руке меч или топор. Кухонные ножи тут не котировались. На приключенцев двигалась сила, способная смять гоблинский дозор в несколько секунд.

Несмотря на численное превосходство, участь хобгоблинов можно было считать решенной. Если бы Джиг не видел все сам, он бы точно не поверил, что люди и гном несколько минут назад орали друг на друга и препирались, словно малые дети. Приключенцы изменились до неузнаваемости. Они стали одной командой и действовали сообща. Хобгоблины же не столько вели бой, сколько мешали друг другу.

Вот он, ключ! Это способность доверять друг другу в сражении и умение работать вместе. Бариус мог не прикрывать свой уязвимый левый бок – зачем, если Дарнак готов расплющить любого, кто попытается атаковать его с той стороны? Ни гном, ни принц и ухом не вели, когда стрелы Рислинда свистели между ними. Для чего, если каждая из них направлена в грудь или горло хобгоблина? Это гоблины на их месте не позволили бы никому из своих остаться с луком позади отряда. Как упустить возможность «случайно» угостить стрелой того, кто спер у тебя паек, плохо высказался о твоей родне или просто наступил тебе на ногу вчера за ужином?

Хобгоблины страдали тем же самым недостатком доверия. Они расталкивали друг друга, с воплями напирали на приключенцев, и казалось, что у них нет иного плана, кроме этой лобовой атаки.

Джиг видел, как один хобгоблин отпихнул другого. Тот запнулся, едва не упав, и Дарнак размозжил ему череп поворотом дубины. Наземникам едва ли приходилось трудиться вообще. Их противники сами подставляли себя под удары.

А потом все кончилось. Остатки нападавших убрались обратно в туннель, оставив перед тремя приключениями баррикаду трупов. Черви-падальщики сегодня голодными не останутся.

Глядя, как люди и гном приводят в порядок оружие с доспехами, гоблин прикинул, насколько ему повезло, когда Порак погнал его в разведку. Останься он с отрядом, его бы порешили с той же легкостью, что и этих хобгоблинов. Даже еще легче, поскольку Джиг не вооружен и практически гол.

Ему стало стыдно за то, что он гоблин.

Неожиданным подарком от этой победы явилось приподнятое настроение Бариуса. Он даже не стал связывать проводника. Вместо этого принц, едва не светясь от гордости, кинулся проверять, не ранены ли остальные.

– Три победы за один вечер! – ликовал он. – Боги явно благоволят к моей высокой миссии. Мы отыщем Жезл. Ибо отыщется ли в недрах этой горы сила, способная остановить нас? – Бариус не ждал ответа. – Вперед же, найдем вход на нижние уровни. Там, перед спуском мы отдохнем. Нужно дать моему брату время восстановить силу. Веди, гоблин.

И гоблин повел. Прочь от хобгоблинов, по медленно снижающемуся туннелю. Прямиком к озеру.

Джига даже не волновало, кого они там встретят. Его потрясли недавние события, а сделанные выводы повергли в полнейшее смятение.

Всю жизнь Джиг верил, что наземники берут хитростью и коварством. Побеждают за счет заколдованного оружия, магии, способной предавать все и вся огню и гибели, и прекрасных доспехов, изготовление которых – тайна, для гоблинов недоступная. Без сомнения, доля правды в этом была. Заклятье, примененное Рислиндом, когда он слился со скалой и зашел в тыл их дозору, относится к волшебству, побороть которое гоблинам и мечтать нечего. Да и нож Джига не шел ни в какое сравнение с мечом принца или дубиной гнома.

Но если бы дело было только в этом. Сражаясь с хобгоблинами, приключенцы не использовали магию. Их оружие, пускай и очень качественное, содержало в себе не больше колдовства, чем вражеское. На хитрость и коварство времени не оставалось.

И все же они разгромили противника, значительно превосходящего их по численности, не потеряв ни единого члена собственного отряда. Бариус наносил удары, как жалящая змея. Смертельно и стремительно. Он с легкостью парировал даже самые могучие выпады, потому что знал, как это делать. Его оружие во время боя стало частью самого принца. Меч отводил атаки и проникал сквозь чужую защиту, подобно живому существу. Сколько часов Бариус потратил на тренировки, пока не достиг такого мастерства?

Джиг покраснел, вспомнив свой кухонный нож. Как он мечтал о мече! Он думал, что острая полоса железа сделает из него воина не хуже приключенца.

Гном, почитавший Силаса Землетворца, сам походил на свое божество: неподвижный и недосягаемый, пока его дубина летала вокруг, с одинаковой легкостью круша и мечи, и кости. Его руки, должно быть, тоже не сразу достигли такой силы. Конечно, гномы крепче большинства народов, но Дарнак преумножил эту крепость. Гоблин окинул взглядом кожаный рюкзак, припомнив, сколько всего таят его бугристые недра. Джига бы расплющило при одной попытке поднять такой груз, а Дарнак таскал его на себе, как ни в чем не бывало.

Опаснее всех был Рислинд. Одолеть волшебника не способен даже самый матерый гоблин. Но в бою против хобгоблинов волшебством даже не пахло. Рислинд лишь уверенно посылал стрелу за стрелой, не задевая своих. Джиг наблюдал за ним пристальнее, нежели за остальными, и мог сказать с уверенностью: волшебник не промазал ни разу. Холодная точность, с какой каждая стрела валила очередного врага, приводила гоблина в ужас.

15
{"b":"11504","o":1}