ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Из-под доспехов существа свисали драные лохмотья – остатки некогда роскошных одеяний. Время и медленное тление высушили их до соломенного хруста. Цвет сошел, а обрывки нитей тянулись следом, точно корни выдернутого из земли растения. И вот каким-то образом все эти лохмотья вдруг занялись. А как известно, ничто не горит так хорошо, как сухие тряпки. Оранжевые язычки, пробиваясь сквозь кольчугу, медленно ползли вверх по мертвому телу. Нити чернели и съеживались в пламени.

Пламя разрасталось. Существо принялось хлопать себя по железным бокам, без особого толка. Пока оно безуспешно пыталось погасить одежду, огонь начал пожирать кости и высохшую плоть.

Умер ли этот человек сразу или веками угасал, сохраняя в себе крохотную искру жизни, Джиг не имел ни малейшего представления. Однако способностью принимать решения мертвец, без сомнения, обладал. Осознав бесплодность попыток совладать с огнем, тварь сочла наиболее разумным всецело посвятить себя Джигу. Высохшему телу оставалось гореть считанные минуты, но для проламывания головы одного-единственного маленького гоблина времени хватало с избытком.

В результате, вместо ходячего трупа, Джиг нос к носу столкнулся с пламенным бойцом. Над гоблином опять зависла булава. Хорошего мало. Но, но крайней мере, света стало больше.

«У каждого горящего трупа есть своя светлая сторона», – гоблин печально улыбнулся.

Славная вышла бы поговорка. Если бы еще выжить и поделиться ею с кем-нибудь.

Он пятился на четвереньках, пока его рука не наткнулась на вывалившуюся из противоположной ниши кость. Джиг в отчаянии схватил ее и запустил в мертвеца.

Тот с невозмутимым видом увернулся, и импровизированное метательное оружие ударило в дальнюю стенку собственной обители. Плита материализовалась из воздуха на прежнем месте.

Джиг уставился туда. Плита действительно вернулась. Он видел, как на мраморе мечется отражение пламени.

«Так вот как они прячутся, когда перебьют незваных гостей. Запер себя, и жди, пока явятся новые приключенцы».

– Сюда! – позвал гоблин.

Риана явно не сообразила, чего от нее хотят, поэтому он потянул ее за руку и швырнул в открытую нишу позади себя. Как только девушка врезалась в скелет, пространство на месте мраморной загородки наполнилось мерцанием.

Мертвец ударил, а Джиг прыгнул. Мимо его головы пронесся жаркий ветер, и если бы Клякса уже не спалил гоблину волосы, их, вероятно подожгло бы существо. Полет сквозь призрачную панель походил на плавание против сильного течения или борьбу с водоворотом. Голова и руки вошли внутрь плиты. Он попытался оттолкнуться от ее края, однако ладони утонули в наполовину восстановившемся мраморе.

Что с ним станет, если панель полностью восстановится прежде, чем Джиг окажется внутри? Вышвырнет ли его обратно в объятия твари? Затвердеет ли черный камень вокруг тела, оставив гоблина торчать задом в коридор?

«Скорей всего, нет», – решил гоблин.

Хорошая ловушка должна просто перерезать его пополам. По крайней мере он избавится от встречи с огнем и палицей.

Джиг наугад поймал Рианино плечо и потянул изо всех сил.

Под ним треснули старые кости, когда он рухнул на уже разрушенный скелет, а эльфийка крякнула от боли. Во внезапной темноте гоблин не различал, по какой части тела Рианы он попал коленом, но девушка, высвобождаясь, крыла его последними словами.

Чернота. Ни единого лучика света не проникало сквозь мраморную плиту. Джиг совсем затаил дыхание. Он слышал звуки боя в коридоре. Если прижать ухо к камню, можно различить даже потрескивание и пощелкивание пламени. Судя по перестуку костей, огонь превозмог чары, и существо распадалось.

– Ненавижу это, – подала голос Риана.

Джиг не счел нужным отвечать. Его ситуация тоже не особенно радовала. К тому же он не представлял, как действовать дальше. По крайней мере они в безопасности. Гоблин еще раз прислушался к битве. Какая сторона выйдет из нее живой? В смысле, возьмет верх.

Выйдет живой… А как, спрашивается, сами они выйдут отсюда? Он ведь даже не знает, открывается ли вообще шина изнутри. Мертвые воины, возможно, ничего не имеют против того, чтобы просидеть тут пару столетий, а Джиг еще как имеет. Даже если забыть про вонь, он здесь все равно сдохнет. Вместе с Рианой, может, и удастся протянуть неделю-другую, но не больше.

А если приключенцев перебьют, оставят ли его местные твари умирать здесь? Или у них хватит ума открыть панель? Еще неизвестно, какая из возможностей страшнее. «Быстрая смерть всегда лучше», – гласит одно из гоблинских правил. Тот, кто его придумал, не сражался с ходячими трупами. При мысли о гибели от рук этих тварей Джига начинало подташнивать.

– Вот какой я должна была стать. – Голос Рианы отвлек его от происходящего снаружи.

Припомнив, как затвердел и усох ее палец, Джиг с ней полностью согласился. Это существо выглядело столь же иссушенным. Было ли оно приключением, павшим жертвой ловушки в первой комнате? Или у Некроманта имелись разные способы набора солдат? Все это подземелье могло оказаться одной большой западней, организованной для поставки Некроманту новых трупов.

– Ненавижу это, – снова произнесла девушка. – Можно зажечь свет?

Джиг, забыв о темноте, продемонстрировал пустые руки.

– Бариус не потрудился выдать мне собственный фонарь. А Рислинд не нашел времени поучить меня магии. Поэтому, боюсь, мы остались без света.

– Не зли меня, гоблин! – рявкнула эльфийка. – Клянусь, мой нож найдет твое сердце даже в темноте. – К концу фразы гнев в ее голосе иссяк.

Джиг слышал, как она сменила позу. Судя по звуку, вжалась в угол.

– Никогда не думала, что бывает так темно. Снаружи всегда звезды. А когда я наскребала достаточно денег, чтобы ночевать под крышей, то всегда спала в общих комнатах, где горел камин.

А я никогда не видел звезд, – сказал Джиг. Мысль о таком открытом пространстве нервировала его. Еще он слышал рассказы про «снег» и «дождь». Вода и ледяные кристаллы валятся с неба прямо тебе на голову, а над тобой ничего, кроме тонкой деревянной крыши. Да как они могут так жить? Гоблин потянулся, позабыв о веревке, по-прежнему намотанной на руку, и петле, по-прежнему надетой на шею. Движение затянуло петлю.

– Кто здесь? – громко спросила Риана.

– Я, – ответил Джиг, перестав кашлять.

Он быстро размотал веревку с руки. Узел не поддавался пальцам, и петля отказывалась ослабить хватку. Пошарив вокруг себя, гоблин нащупал пару тонких косточек, возможно пригодных в качестве рычага. Бариус придет в ярость, но Бариус, может быть, уже мертв, а веревка давит, и Джиг устал ходить на привязи.

Одна кость оказалась слишком тонкой, но у второй имелся ломаный конец с зазубренным острием. Из нее мог получиться сносный инструмент. Не такой острый, как его кинжал, но все же лучше, чем ничего. Ощупывая конечность скелета, гоблин коснулся пальцем холодного металлического ободка.

Браслет? Достаточно широкий. Овальное кольцо спокойно охватывало его руку и, пожалуй, могло бы впритирку налезть на человеческое запястье. На металле отпечатались следы от молота, а внутри по ободу шла какая-то гравировка. Непонятно, кто же делает гравировку на украшениях изнутри, оставляя наружную сторону голой и уродливой?

Может, предложить находку Бариусу? За оружие. Джиг надел браслет на руку выше локтя и фыркнул. Ну конечно. А после того, как принц вернет ему кинжал, можно попросить Рислинда научить его тому огнестрельному заклинанию. И в довершение всего выклянчить у Дарнака его бурдюк.

Он подобрал кость и просунул ее в петлю, поближе к узлу. Острый конец оцарапал шею, но отжать узел и не задохнуться так и не получилось. Джиг попробовал еще раз. Когда перед глазами поплыли голубые пятнышки, пришлось сделать перерыв. Ослабла ли хватка петли хоть немного? Гоблин разобрать не мог. Натужно дыша, он привалился к стене.

– Ты что делаешь?

Джиг пощупал шею. Прикосновение отдалось болью, а пальцы сделались липкими.

– Глотку себе перепиливаю.

26
{"b":"11504","o":1}