ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ты не волнуйся. Олени – самые большие трусы там, наверху, и едят они только растения. Гоблинов они точно не едят.

Девушка встала и стряхнула с одежды лесной мусор.

– Пойдем. Он, наверное, рога чесал. Я тебе покажу.

Джиг, подобрав охапку хвороста, двинулся за ней. Гоблин не обращал внимания на ее хихиканье, равно как и на предупреждения о летучих белках и прочих ужасных наземных страшилищах. И точно, вскоре они обнаружили дерево с длинными затесами на коре. Одни совсем свежие, другие отполированы до блеска.

Девушка ухмыльнулась.

– Алхимики иногда собирают кожицу с молодых оленьих рогов. Ее используют как афродизиак. Джиг не стал спрашивать, что такое афродизиак.

– Риана, олени глупые?

– Не думаю, – ответила она. – Но я никогда не жила в лесу. А что?

Гоблин нахмурился, разглядывая дерево.

– Олень не мог услышать нас первым. Если они так пугливы, как ты говоришь, он бы услышал и удрал. Но когда я упал, он понесся в нашу сторону. Значит, что-то другое напугало его гораздо больше. У Рианы застыло лицо.

– Ты прав.

За спиной у них сухой голос произнес:

– Да, прав.

ГЛАВА 13

ПО СЛЕДАМ ЧАРОДЕЯ

Джиг не убежал. Он очень хотел, но сразу несколько обстоятельств удержали его на месте. Его уши больше не улавливали голосов гнома и принца, а поскольку во время суматохи с оленем гоблин полностью утратил ориентацию, любая попытка бежать наверняка загонит в лес еще глубже. К тому же Джиг узнал голос.

От этого желание удрать усилилось, и в то же время он понимал, насколько бессмысленна попытка спастись бегством. Не важно, какую скорость удастся развить – магия настигнет любого. Бегство только поможет поразить незащищенную спину гоблина.

– Рислинд? – Джиг обвел глазами деревья, высматривая, где прячется волшебник.

– Я напугал вас, малыши?

Маг появился из-за большого ствола. Веревок на его руках не было. Лука в них тоже не наблюдалось. Любому, кто не видел обугленных тел, оставленных им после боя, Рислинд мог бы показаться безобидным дяденькой со странной склонностью к татуировкам.

Джиг не шевелился. Он помнил об обещанной расправе, и если темперамент Бариуса всегда служил ему надежным способом предугадать действия принца, волшебник медленно сварил бы его заживо, сохраняя на лице все ту же добродушную улыбку. Для гоблина настало время соблюдать крайнюю вежливость.

– Как ты сбежал? – поинтересовалась Риана.

– После вашего ухода, – Рислинд повернул к ней улыбающееся лицо, – мой брат снова приказал обвязать меня веревками. Я молча полежал, и их внимание ослабело. – Сцепив руки за спиной, он начал расхаживать туда-сюда. – Братец и гном наивны. Они ничего не знают об истинной магии и тех, кто ею владеет, поэтому они полагали, что я беспомощен. – Рислинд полез за пазуху и театральным жестом извлек короткий нож. – Их стараниями я не мог колдовать, а обыскать меня на предмет оружия ни тот, ни другой не почесались.

Одностороннее лезвие изгибалось вперед наподобие серпа. Ручка была сделана из черного дерева. Слишком короткий для боя, решил Джиг. По крайней мере, для людей. Но это получше кухонного ножа, взятого гоблином в злополучный дозор.

Какой цели такая штуковина могла служить помимо перерезания веревок, Джиг знать не хотел. От клинка исходила зловещая аура, заставлявшая коротышку все время напоминать себе о том, что гоблины – существа не волшебные и их потроха для магических действий, скорее всего, не годятся.

– Ты убил их? – Риана также не отрывала глаз от ножа.

– Нет, – ответил Рислинд.

С сожалением? Джиг был уверен: да.

– Я подумывал об этом. Но он все-таки мой брат. – Нож исчез в складках одеяния. – Я погрузил их обоих в сон. Они спокойно поспят, пока не выветрится заклятие. Где-то до завтрашнего вечера или пока кто-нибудь не повредит знаки.

– Спокойно? – переспросила Риана. – А если пожалуют еще огры?

Рислинд улыбнулся и окинул взглядом деревья.

– По моим представлениям, даже эти тупоголовые уроды должны были усвоить, что к нам лучше не соваться. Если нет, урок будет повторен.

Кем повторен? Джига передернуло при воспоминании об изодранных когтями трупах. Неужели кто-то наблюдает за ними прямо сейчас?

– Ты знаешь, что убило тех троих.

– Я знаю гораздо больше, чем ты или мой брат способны себе представить, маленький гоблин.

Тут-то Джиг и понял, почему Рислинд до сих пор не прикончил никого из отряда. Братские узы с Бариусом не имели к этому никакого отношения, равно как и любой другой вздор насчет долга и верности. Нет, волшебник – или, вернее, тот, кто завладел его сознанием, – нуждался в зрителях. Это существо походило на Порака, только было куда могущественнее, чем могло присниться гоблинскому капитану. Оба наслаждались, демонстрируя свою власть и заставляя других бояться.

«Причем и то, и другое, – признал Джиг, – удается великолепно».

Рислинд, пожалуй, даже затмил капитана. Особенно по части страха. От волшебника и в нормальном-то виде у гоблина кишки скручивались, как взбесившаяся веревка, а с этим вторым странным голосом и ярким как никогда светом глаз… родись Джиг пауком-огневкой, уже бы весь лес полыхал. К счастью, сам Клякса ограничился подпаливанием кожаного насеста.

– Ты ищешь Жезл, не так ли? – Риана сложила руки на груди и наклонила голову.

Рислинд кивнул.

– Бариус отнесет Жезл нашему отцу. О да, он получит все, о чем мечтал. Будет ему и праздник с музыкой и танцами, и вся эта слава, которой ему хочется. Как раз до следующего утра, когда людское внимание переключится на что-нибудь новое, оставив ему горечь и пустоту еще хуже прежнего. Его трофей засунут в какую-нибудь сокровищницу, запрут на замок и оставят собирать пыль, словно ничтожную безделушку. Бариус все равно что сорока, которая ворует золотую булавку за один ее блеск, не понимая реальной ценности. Как ни противно мне выхватывать булавку из клюва у собственного брата, думаю, я найду ей лучшее применение.

Он указал пальцем на одно из деревьев. Татуировки на руке один раз вспыхнули, и толстая ветка стала извиваться, будто змея. От нее отвалились мелкие сучки, а кора облезла мертвой кожей. С громким треском гладкая палка оторвалась от ствола и прилетела в руку Рислинду.

Волшебник стряхнул с белого посоха последние лохмотья коры.

– Если вы достаточно умны, вы уйдете.

– Как?! – поинтересовалась Риана. Она дернула головой в сторону неба. – Нам что, улететь отсюда?

Рислинд нахмурился и подобрал палочку поменьше.

– Смотрите.

Он подбросил палку вверх. Она, кувыркаясь, взлетела на двадцать футов, затем понеслась обратно к земле. Джиг ничего не расслышал, но, похоже, деревяшка отскочила от твердой поверхности и приземлилась где-то слева от них.

Они смотрели во все глаза.

Видя их непонимание, Рислинд вздохнул, подобрал новую ветку и второй раз проделал тот же номер.

– Перед вами палка, которая ударяется о потолок пещеры.

– Какой пещеры? – не понял гоблин.

– А ведь ты убил Некромант, – произнес волшебник с недоверием в голосе. – Ты что, на самом деле решил, что под горой может поместиться настоящее небо? Вместе с облаками? Пролетев меньше десяти ярдов, ты ухитрился поверить в существование птиц, парящих на высоте сотен футов? Это иллюзия, сплошная иллюзия. Могущественное наваждение, но не более того. А значит, яма, через которую мы сюда попали, по-прежнему на месте. Вам должно хватить ума найти ее. А если не хватит… – Он воткнул конец посоха в землю.

Пока Джиг набирался храбрости для новых вопросов, Рислинд ушел в чащу. Гоблин протер глаза, мечтая о паре эльфийских линз, упомянутых Рианой. Ему казалось, будто ноги чародея проходят прямо сквозь корни. Те самые, что раз за разом хватали Джига за сапоги. Смог бы Звездотень сотворить для него такое же колдовство?

– Мы должны его остановить. – Эльфийка, зажав в руке кинжал, недобро смотрела в ту сторону, куда удалился волшебник.

47
{"b":"11504","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Еще темнее
Ловушка для тигра
Небо в алмазах
Татуировка цвета страсти
Ветана. Дар исцеления
Черепахи – и нет им конца
Молчание сердца. Учение о просветлении и избавлении от страданий
Обязанности владельца компании
Родословная до седьмого полена