ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Барракуда forever
Прекрасные разбитые сердца
Записки судмедэксперта
Голая. Правда о том, как быть настоящей женщиной
Большая книга приключений викинга Таппи (сборник)
Наш темный дуэт
Мгновения до бури. Выбор Леди
Дети жакаранды
Жесткий менеджмент. Заставьте людей работать на результат
A
A

– Но вы же сказали, что я еще не умер.

Бог проигнорировал это замечание Джига.

– Правило номер один при общении с драконами, – произнес он, выставив затянутый в перчатку палец. – Никогда не смотри им в глаза. Это отвлекает, если не сказать больше. Но поскольку гоблины обычно не занимаются уничтожением драконов, я понимаю, почему ты не выучил правила. К несчастью для тебя, невежество – плохой щит. В данный момент твое тело валяется вверх тормашками у стены Штраумова логова. Спина у тебя при ударе треснула в двух местах, ребра раскрошились, и ты парализован отсюда и донизу. – Звездотень постучал ладонью по середине груди. – У тебя также ушиб мозга, что для среднего гоблина роли не сыграло бы, но ты проявил себя далеко не средним, друг мой. Столкнувшись с выбором, жить ли в мучительной боли, пусть только выше сосков, или дать фору смерти и избежать финальной порции неприятностей, ты предпочел второе. Таким образом, твое тело впало в кому, а сознание и душа оказались у меня.

– Ой! – Плечи Джига поникли. – А если Дарнак меня исцелит?

Гном уже делал это раньше. Может, у Джига еще остался шанс выжить.

Не то чтобы это место казалось таким уж страшным… По крайней мере здесь безопасно. Он никогда особенно не размышлял о загробной жизни. Гоблины верили, что после смерти тело отправляется к червям-падальщикам, и все. Его не волновало, что случится с ним потом, так как он никогда не рассчитывал это увидеть. Гоблины умирали, а затем другие гоблины приходили забрать их имущество и выбросить тело в туннель. Ему и в голову не могло прийти, что он станет беседовать с позабытым божеством посреди пришедшего в упадок храма.

Со Звездотенем, конечно, хорошо, но Джиг не был готов обосноваться в этом месте навсегда. Да и то, что Рислинд его победил, ему не нравилось. На свой странный манер коротышка неплохо проводил время. Нет, ему не нравилось постоянно слышать поступь смерти за спиной, и он предпочел бы иную компанию. Но когда раз за разом ему удавалось прошмыгивать у смерти между пальцами, это вызывало у него странное булькающее возбуждение где-то в середине грудной клетки. И он много узнал. Вещи, которые могли бы помочь гоблинам выстоять против других рас. Или помогут, если он проживет достаточно долго, чтобы их донести.

Когда Джиг заговорил, его голос, исполненный удивления, звучал тихо.

– Я хочу обратно.

Он с надеждой взглянул на Звездотеня, но бог помотал головой.

– Не выйдет. Вернее, ты уже там. Ты сделал всего шажок в сторону от реальности, вот и все. Но, боюсь, Дарнак не сможет тебе помочь. Скоро начнется заварушка, и никто не станет беспокоиться о гоблине, которого считают трупом.

Его звездные зрачки впились Джигу в глаза. Он чего-то ждал. Джиг не понимал, чего хочет от него бог. То, что Дарнак не сможет ему помочь, принять было трудно. Гоблины по натуре своей не склонны просить помощи. Попросить – значит сделать себя уязвимым. Слово, ближайшее по смыслу к слову «доверие», по-гоблински означало либо «наивный», либо «тупой как дерьмо», в зависимости от контекста. Так что признать, что он нуждается в помощи, было для Джига очень тяжело, даже если никто никогда об этом не узнает. Лишиться надежды на помощь было вдвойне тяжело, поскольку Джиг знал, что гном попытался бы исцелить его раны, если бы мог.

Просто Дарнак такой. Может, он и не жалует гоблинов, но повинуется законам Силаса Землетворца. И повинуется добровольно, а не по принуждению. Прежде всего, Дарнак верен. Верен принцам и их отцу-королю, верен своему богу и своим товарищам-приключенцам.

Джиг улыбнулся при этой мысли. Он подумал о себе как о приключенце. По крайней мере, он еще не обзавелся такими чертами героя, как верность или благородство. А то недолго превратиться в очередного Бариуса.

Улыбка поблекла. Он по-прежнему рассуждал так, будто вся жизнь впереди. Звездотень же совершенно ясно дал понять, что это не тот случай. Однако, если он обречен умереть, почему Звездотень смотрит на него с таким терпеливым выражением на лице? Зачем все эти игры, если он действительно застрял здесь насовсем?

– Вы хотите, чтобы я жил, верно? – спросил Джиг.

Звездотень уклончиво пожал плечами, зазвенев колокольчиками на рукавах. Но в глазах у него буквально зажегся огонек, и Джиг понял, что угадал. Дарнак ему помочь не в силах, потому что не знает, что Джиг нуждается в помощи. Но Джиг – гоблин, а если гоблину требуется помощь, он лучше окажет ее себе сам, потому что вряд ли это сделает кто-нибудь еще.

– Силас Землетворец дает Дарнаку магию исцелять людей. Можешь ли ты сделать для меня то же самое?

– Возможно, – медленно произнес Звездотень. – Я и раньше помогал своим последователям – в те дни, когда они у меня были. Как я уже упоминал, поклонение – штука двусторонняя. Ты еще не вверил себя мне. – Прежде чем Джиг успел возразить, он поднял ладонь и продолжил: – Ты выбрал бога, который поможет тебе, потому что ему больше нечем заняться. Дарнак даже не вспомнил бы моего имени, если бы я слегка не подтолкнул его мысль. Тебе требовался кто-то, кого бы ты мог использовать, верно?

Джиг кивнул. «Бесполезно лгать божеству», – подумал он. Но когда он впервые решил поклоняться Звездотеню, все звучало не так цинично.

– Если я помогу тебе на этот раз, тебе понадобится сделать для меня кое-какие вещи. Например, следовать законам, как Дарнак для Силаса Землетворца. Сумеешь?

– Конечно.

Джиг явно ответил слишком быстро. Звездотень улыбнулся.

Не забудь: умирая, ты приходишь ко мне. Если предашь меня, у нас будет очень долгий разговор, когда ты попадешь сюда.

Джиг уже слышал много угроз за последние дни, но по сравнению с веселым предупреждением Звездотеня они звучали как реплики бездарных любителей. Джиг робко спросил:

– Но я смогу по-прежнему лгать другим, а? Говорить правду – хороший способ быть убитым.

Звездотень рассмеялся.

– Довольно честно. Итак, давай обсудим условия нашего сотрудничества.

«Сотрудничество».

Джиг в благоговейном ужасе смотрел, как Тималус Звездотень идет к нему. К нему, гоблину Джигу. Заморышу, который прятался по углам и съеживался, когда приходило время отбирать стражников в дозор. И этот гоблин собирается стать сотрудником бога.

Куда катится мир?!

Клякса в шоке отпрыгнул, когда Джиг повернул голову. Огневка заглядывал хозяину в рот, вероятно высматривая признаки жизни. Хорошо, что паук отодвинулся, а то он так прикусил губу, что клыки едва не проткнули щеки. Звездотень не предупредил, насколько будет больно! Обозревая повреждения, гоблин не мог поверить, что это его тело. У этого тела слишком много суставов в ногах и грудная клетка бугристее, чем следует. Он не знал, как устроен скелет, но был уверен, что в эту сторону гнуться не должен. В довершение всего, он валялся у стены вверх ногами, словно брошенная за ненадобностью кукла. И почему он ничего не чувствует ниже груди?

«Я же говорил – ты парализован».

Верно. Если подумать, оно и к лучшему. Ему вполне хватало боли в тех частях, которые он чувствовал. Малейшее движение головы вызывало тошноту. Шлепнуться на бок было пыткой, и пришлось больше минуты лежать, прежде чем удалось шевельнуться снова. И видел он хуже обычного. Контуры дрожали и смещались, и Джигу казалось, что он видит двух драконов, спорящих с двумя Бариусами. Но так не бывает. Разве что он чем-то рассердил Звездотеня, и это ему в наказание.

«Расслабься. Ты же контужен, забыл? Некоторое время ты будешь чувствовать себя довольно странно, даже выздоравливая. Особенно вначале. Я могу даровать тебе волшебную силу, но применять ее тебе придется самому. Начнем, как только ты будешь готов».

Джиг успокоился. Кончики пальцев потеплели, словно он окунул их в ведро с водой. Это магия? Он чувствовал, как ощущение распространяется на запястья и вверх по рукам. Он отшатнулся, когда оно добралось до шеи, – его словно топили.

«Верь мне».

Снова доверие. Разве Джиг наивен или туп как дерьмо? Вероятно, того и другого понемногу, но особого выбора у него не было. Звездотень не стал бы ему помогать только для того, чтоб утопить. Гоблин попытался расслабиться, но не смог как следует вдохнуть. Грудь казалась стиснутой, и он задышал чаще, борясь за каждый глоток воздуха. Почему он не может вдохнуть?! Он слышал, что пыхтит, как животное, но звук удалялся. Он снова умирал.

63
{"b":"11504","o":1}