ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Джигу придется убить обоих принцев. Но он не может находиться в двух местах одновременно, а Бариус явно наиболее опасный из двух. Сначала надо сделать Бариуса, затем успеть добраться до Рислинда, прежде чем Дарнак пустит в ход выбранную из Штраумовой коллекции новую дубину, чтобы размозжить Джигу череп. Его не покидало ощущение, что на сей раз Звездотень не сможет его возродить, если он потерпит неудачу.

Может, Риана согласится помочь? Но как подобраться к ней, не вызвав подозрений у остальных? Кроме того, она, похоже, погрузилась в отчаяние. Ее порция стояла на иолу нетронутой, а остекленевшие глаза уставились в никуда.

Джиг с тоской глянул на Кляксу. Вот бы сплести собственную паутину и спрятаться там, пока не кончится самое плохое.

Наилучший шанс представится, когда они приготовятся к выходу. Бариус непременно хотел идти первым, а значит, спина у него будет неприкрытой. Рислинду придется опираться на Дарнака, что несколько осложняло задачу. Если удастся прикончить принца, затем нужно быстро добраться до мага… если гном промедлит в нерешительности хоть несколько секунд…

Джиг заставил себя доесть, хотя аппетит улетучился, будто испуганный гоблин. Ладони вспотели, но он не стал вытирать руки. Нельзя ничем выдать свою нервозность. Любой, кто вырос в туннелях, уже с одного взгляда на Кляксу понял бы, что готовится заварушка. Но никто из наземников не распознал примет.

Он подождал, пока Дарнак покончит с вином, пока Бариус изящно расправится с мясом, пока Рислинд выпьет несколько глотков воды. Разве они прежде тратили столько времени на еду? Джигу так не казалось. Они поняли, что у него на уме, и намерены помучить его ожиданием. Сколько можно дожевывать кусок хлеба с сыром?! Неужели у людей такие хилые зубы?

Наконец Бариус поднялся на ноги.

– За этим туннелем лежит слава. – Он махнул рукой в сторону выхода. – Теперь мне окажут почет, которого я достоин.

Джиг заставил себя подождать. Он поднялся вместе с остальными, разминая затекшие ноги, и закинул на плечо мешок с золотом. Затем пристроился в колонну сразу за принцем. Не на свое обычное место, но ничего не поделаешь – действовать надо прямо сейчас. Он перехватил мешок в левую руку и медленно потянулся за мечом. Пальцы его коснулись рукояти.

Он постарался загородить движение корпусом. Заметили ли Дарнак с Рислиндом? Ему хотелось обернуться, дабы убедиться, что они не видели, но он не смел. Если гном заметил, дубина уже поднимается для удара. Гоблин прикидывал, услышит ли он влажный треск собственного раскалывающегося черепа или просто снова очнется напротив Тималуса Звездотеня, пристыженный неудачей.

«Одобрил бы Звездотень мой поступок?»

Джиг колебался. Он обещал следовать правилам бога, но Звездотень был несколько невнятен относительно конкретного применения этих правил.

«Равно уважай и тень, и свет, ибо у обоих свое место в мире».

Что имеется в виду? Является Бариус тенью или светом? Дурацкие метафоры. Однако Звездотень возражал, когда Джиг подумывал бросить Риану и остальных погибать в Штраумовом логове. Похоже, он считал убийство крайним средством. Странное мировоззрение. Потребуется время, чтобы к такому привыкнуть.

Вздохнув про себя, Джиг медленно задвинул меч в ножны. Шорох стали по дубленой коже достиг слуха Бариуса. Он резко обернулся, и взгляд его упал на ладонь гоблина, сжимавшую рукоять оружия. Губы принца растянулись в жуткой ухмылке.

– Я знал, что такому, как ты, никогда нельзя доверять, – произнес Бариус.

Весело произнес. Наконец-то у него появился долгожданный предлог расправиться с Джигом. Он сунул Жезл Творения за пояс и несколько раз рассек воздух мечом. Не зная, что еще предпринять, гоблин вытащил собственный клинок.

Принц быстрым ударом выбил его, отбросив в дальний конец пещеры.

– Джиг! – Риана метнулась к нему, но Дарнак поймал ее за руку.

– Все так, как должно быть, детка.

Она принялась вырываться, но у гномов хватка железная.

– Почему?! Потому что твой благородный принц не в состоянии пережить, что Джиг раз за разом оказывался круче его? Может, Джиг решил, что Бариус собирается убить его, как только мы ступим на поверхность. Может, он испугался.

Да, он именно испугался. Теперь же он вообще пребывал в ужасе. Оружия его уже лишили, а когда лопатки коснулись стены, стало ясно, что отступать больше некуда. Клыки и когти против стали помогают мало, к тому же Джиг никогда не отличался особым умением их применять.

Оглянувшись, гоблин увидел рядом с собой кокон Кляксы. Нагромождение паутинок доходило ему почти до пояса. Пауки-огневки, когда напуганы, плетут быстро.

– Извини, – честное слово, Джиг не хотел приводить Бариуса к Кляксе. Принцу вовсе не обязательно помнить о существовании паука. Вдруг его злобы хватит не только на гоблина, но и на гоблинского любимца?

– Немного поздновато для извинений. – Бариус неверно истолковал его фразу. Он поднял меч. – Если тебя это утешит, я буду милосерден. Один-единственный удар отделит твою голову от плеч. Безболезненная казнь – гораздо лучшая участь, нежели ты заслуживаешь.

– Хочешь быть милосерден, заткнись и не тяни.

У Бариуса округлились глаза.

– Храбрые слова для гоблина. Очень хорошо. Джиг смотрел, как принц сгибает сильные руки, уводя меч вверх и в сторону. Выпендривается перед своими, догадался он. Как всегда. Гоблин выпрямился, решительно настроенный хоть на этот раз быть храбрым. Пусть про него не споют песен и не сложат легенд, но, представ перед Тималусом Звездотенем, он хотя бы сможет сказать, что умер с гордо поднятой головой. Что-то скажет сам Звездотень, когда они встретятся?

А Звездотень может запросто напомнить о каком-нибудь из своих прежних советов. Например, о необходимости уворачиваться.

Джиг заорал и откатился. Сверкающее лезвие просвистело над ним. Гоблин бешено лягнул принца. Он попытался встать, но сапог Бариуса врезался ему в ребра. Джиг скорчился, обхватив себя руками. Принц отступил на шаг назад и задел ногой Кляксину плетеную крепость.

– Ах ты, заморыш. – Человек взглянул на паутину, прилипшую к голенищу. – Мерзость какая. – Свободной рукой он потянулся отряхнуть сапог.

Ни один гоблин не сделал бы такой глупости. Даже Бариус не сделал бы, задумайся он хоть на секунду. Паутина огневок – один из самых легко-воспламеняемых материалов. При виде нависшего над ним страшного наземника Клякса поступил так, как всегда поступал в момент опасности.

Бариус вскрикнул, тряся ногой, объятой пламенем. Он хлопал себя по горящей одежде, затем принялся затаптывать кокон. Паук, распластавшись по полу, шмыгнул прочь. Он метнулся в одну сторону, потом в другую. Перепуганный Клякса изо всех сил старался унести подальше все восемь лап, однако принц его опередил. Со звериным рычанием человек направил ступню параллельно стене.

– Нет! – уже в прыжке закричал Джиг.

Поздно. Подошва сапога опустилась на паука-огневку. Для гоблина хруст маленького тельца прозвучал страшнее драконьего рева.

– Нет, – повторил он шепотом.

Из-под ноги принца взметнулись и угасли язычки пламени. Даже если бы сам Звездотень согласился ему помочь исцелить презренного огненного паука, теперь было слишком поздно. Клякса погиб.

Клыки Джига вонзились в правое плечо Бариуса. Меч со звоном ударился об пол. Когти гоблина рвали дорогую рубашку. Удара кулаком по голове он даже не почувствовал. Он видел только раздавленное тельце Кляксы. Слезы застилали глаза, и Джиг сильнее стиснул челюсти. Когти тщетно пытались добраться до тела под кольчугой.

– Проклятая тварь! – Бариус втиснул колено под грудь и с силой толкнул гоблина.

Тот попытался хоть за что-нибудь уцепиться. Если человек оторвет его от себя, все кончено. Одной рукой он сгреб рубашку принца, пальцы второй обхватили пояс.

Бариус нажал сильнее. Джиг отлетел, сжимая клок дорогой материи в правой руке и какой-то твердый продолговатый предмет – в левой. Голова с треском врезалась в пол. Утерев лицо, гоблин разглядел боевой трофей.

68
{"b":"11504","o":1}