ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Шатун
Сису. Поиск источника отваги, силы и счастья по-фински
Сердце бабочки
Говорю от имени мёртвых
Княгиня Ольга. Зимний престол
Любовь на троих. Очень личный дневник
Кристин, дочь Лавранса
Совершенная красота. Открой внутренний источник здоровья, уверенности в себе и привлекательности
Трансерфинг реальности. Ступень I: Пространство вариантов
A
A

Во вторник утром, когда Том укладывал дорожную сумку, мадам Аннет постучала в дверь его спальни.

— Улетаю в Мюнхен, — произнес Том бодрым тоном, — на концерт.

— О, Мюнхен! Бавария! Вам нужно потеплее одеться. — Мадам Аннет привыкла к его импровизированным отъездам. — И надолго, мсье Тоом?

— Дня на два, на три. Насчет почты не беспокойтесь. Я позвоню вам и справлюсь насчет нее.

Тут Том вспомнил об одной вещи, которая могла оказаться очень кстати, — мексиканском кольце, хранившемся, если он не ошибался, в шкатулке с запонками. Да, оно было здесь, среди пуговиц и запонок, тяжелое серебряное кольцо в виде двух свернувшихся змей. Он не любил кольцо и забыл, откуда оно взялось, но оно было мексиканским. Том подул на него, потер о штанину и сунул в карман.

В 10.30 прибыла почта — три конверта. В одном, пухлом, была целая пачка телефонных счетов, выписанных отдельно за каждый междугородний разговор; вторым было письмо от Элоизы, а третий, пришедший авиапочтой из Америки, был надписан почерком Тому незнакомым. На обратной стороне конверта он с удивлением увидел имя Кристофера Гринлифа и адрес в Сан-Франциско. Кто такой Кристофер? Но сначала он вскрыл письмо Элоизы.

“11 octobre 19..

Cheri,

Я счастлива и очень спокойная теперь. Очень хорошие трапезы. Мы ловим рыб на яхте. Зеппо шлет свою любовь. (Зеппо был смуглым греком, у которого она гостила, и Том с удовольствием сказал бы ему, куда он может идти со своей любовью.)

Я учусь лучше залезать на велосипед. Мы сделали много странствий на землю, которая очень сухая. Зеппо делает фотографии. Как идет все в Бель-Омбр? Я скучаю без тебя. Ты счастлив? Много приглашений? (Что имеется в виду? Много ли у него гостей или часто ли он сам ходит?) Ты рисуешь? Я не получила ничего от Papa.

Поцелуй Mme A. Я тебя обнимаю”.

Продолжение было на французском. Она хотела, чтобы он выслал ей красный купальник, который он найдет в маленьком шкафчике у нее в ванной. Пусть он пошлет его авиапочтой. На яхте есть бассейн с подогревом. Том сразу поднялся наверх, где мадам Аннет еще убирала его комнату, и перепоручил это дело ей, дав стофранковую банкноту, так как боялся, что стоимость авиапосылки шокирует ее до такой степени, что она решит отправить купальник обычной почтой.

Спустившись, он поспешно распечатал письмо от Гринлифа — через несколько минут пора уже было ехать в Орли.

“12 окт. 19..

Дорогой м-р Рипли!

Я двоюродный брат Дикки и приезжаю в Европу на следующей неделе. Возможно, сначала поеду в Лондон, хотя никак не могу решить — может быть, сначала поехать в Париж. Как бы то ни было, я подумал, что было бы неплохо, если бы мы могли встретиться. Ваш адрес дал мне дядя Герберт и он говорит, что Вы живете недалеко от Парижа. У меня нет номера Вашего телефона, но я могу разузнать его.

Немного о себе. Мне двадцать, я учусь в Стэнфордском университете на политехническом. У меня был годичный перерыв в учебе, так как я был на военной службе. Я вернусь в Стэнфорд продолжить обучение, но сначала хочу годик отдохнуть и повидать Европу. Сейчас многие ребята так делают. Жизнь очень напряженная. В Америке, я хочу сказать, — хотя, может быть, Вы так долго прожили в Европе, что даже не понимаете, что я имею в виду.

Дядя очень много рассказывал мне о Вас. Он говорит, что Вы с Дикки были большими друзьями. Я видел Дикки, когда мне было 11 лет, а ему 21. Помню, он был высоким блондином. Он заезжал к нам в Калифорнию.

Пожалуйста, сообщите мне, будете ли Вы в Вильперсе в конце октября или начале ноября. Надеюсь встретиться с Вами.

Искренне Ваш,

Крис Гринлиф”.

От этой встречи надо под каким-нибудь предлогом уклониться, подумал Том. Тесные контакты с семейством Гринлиф ни к чему. Раз в сто лет Герберт Гринлиф писал ему, и Том неизменно отвечал в самом любезном тоне.

— Мадам Аннет, оставляю вас поддерживать огонь в домашнем очаге, — произнес он английскую поговорку на прощание.

— Как вы сказали?

Он постарался, как мог, перевести ей это на французский.

— Аu revoir, M. Tome! Bon voyage! [7] — Мадам Аннет помахала ему рукой, стоя в дверях.

Том взял красный “альфа-ромео”, один из двух автомобилей, стоявших в гараже. В Орли он оставил машину на стоянке, сказав, что вернется за ней дня через два или три. Купил в аэропорту виски для “шайки”. У него уже была припрятана большая бутылка перно в чемодане. В Лондон разрешалось провозить не больше одной бутылки, но Том знал по опыту, что если он открыто предъявит одну таможеннику, тот не станет рыться в чемодане. У стюардессы он приобрел также несколько пачек “Голуаз” без фильтра, которые пользовались в Лондоне большой популярностью.

В Лондоне шел мелкий дождь. Автобус полз по левой стороне дороги мимо частных особнячков, чьи названия всегда забавляли Тома, хотя сейчас он едва различал их в полумраке. “Байд-э-ви”. Это же надо придумать. “Милфорд хейвен”. “Дан вондерин”. Названия были написаны на небольших табличках. “Инглнук”. “Сит-йе-Дун”. Господи, помилуй. Затем цепочка притиснутых друг к другу викторианских домов, преобразованных в маленькие отели с громкими названиями, составленными из неоновых трубок между дорическими колоннами входа: “Манчестер Армз”, “Кинг Алфред”, “Чешир-хаус” [8]. Том знал, что эти респектабельные заведения с узкими вестибюлями часто служат надежным убежищем для известнейших убийц, которые и сами выглядят не менее респектабельно. Англия есть Англия. Боже, храни ее.

Затем внимание Тома привлек плакат на левой стороне дороги. “ДЕРВАТТ” — было написано черными буквами, четким почерком, постепенно соскальзывающим вниз, — подпись художника. Тут же была воспроизведена в цвете одна из его картин, выглядевшая при слабом освещении темно-бордовой или даже черной и изображавшая нечто похожее на поднятую крышку рояля. Новая фальшивка кисти Бернарда Тафтса, разумеется. Через несколько ярдов висел еще один такой же плакат. Было даже немного странно прибывать в Лондон так тихо и незаметно, в то время как тебя так громко рекламируют по всему городу. Никто не обратил на Тома внимания, когда он сошел с автобуса на конечной станции в Западном Кенсингтоне.

С автовокзала Том позвонил в студию Джеффа Константа. Подошел Эд Банбери.

— Хватай такси и двигай сюда! — Эд был сам не свой от радости.

Студия Джеффа находилась в квартале Сент-Джонс-Вуд. Второй этаж, налево. Это было пристойное и опрятное маленькое здание, не слишком шикарное, но и не убогое.

Эд распахнул дверь.

— Черт возьми, Том! Как я рад тебя видеть!

Они обменялись крепким рукопожатием. Эд был выше Тома, его редкие белокурые волосы постоянно спадали ему на уши, и он то и дело отпихивал их назад. Ему было что-то около тридцати пяти.

— А где Джефф? — Том вытащил из красной сетки сигареты и бутылку виски, а из чемодана — контрабандное перно. — Это для всей честной компании.

— О, великолепно. Джефф в галерее. Том, слушай, ты не передумал? Все необходимое у меня здесь, а времени осталось совсем немного.

— Раз уж приехал, то рискну.

— Должен прийти Бернард. Он поможет. Расскажет о Дерватте. — Эд с беспокойством взглянул на часы.

Том снял плащ и пиджак.

— Дерватт ведь не обязан быть там с самого начала? Выставка открывается в пять?

— О, разумеется. Раньше шести нам ни к чему появляться… Я все-таки беспокоюсь насчет грима. Джефф велел еще передать тебе, что ты чуть ниже Дерватта, — но кто помнит такие детали, даже если я когда-нибудь и приводил их в своей статье? У Дерватта были серо-голубые глаза. Но и твои сойдут. — Эд рассмеялся. — Хочешь чая?

— Нет, спасибо. — Том поглядел на темно-синий костюм, разложенный на кушетке Джеффа. На вид он был слишком велик и к тому же плохо выглажен. На полу стояла пара кошмарных черных туфель.

вернуться

7

До свидания, мсье Тоом! Счастливого пути! (фр.)

вернуться

8

Bide-a-wee — Задержитесь ненадолго (англ.-шотл.); Milford Haven — Милфордская гавань; Dun Wandering — странствующая лошадь (или кредитор); Inglenook — местечко у камина; Sit-Ye-Doon — букв.: сидение на Дуне (Дун — река в Шотландии), — созвучно с sit you down — присаживайтесь; Manchester Arms — манчестерский герб; King Alfred — король Альфред; Cheshire House — чеширский дом (Чешир — одно из графств в Англии).

5
{"b":"11509","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Финансовые сверхвозможности. Как пробить свой финансовый потолок
Орудие войны
Блюз перерождений
Роман с феей
Миф о мотивации. Как успешные люди настраиваются на победу
Замок из стекла
Что можно, что нельзя кормящей маме. Первое подробное меню для тех, кто на ГВ
Любовь. Секреты разморозки
Я открою ваш Дар. Книга, развивающая экстрасенсорные способности