ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Он был в прекрасном настроении, — ответил Том, — и не упоминал ни о каких встречах. Я уже говорил это инспектору Уэбстеру. Странно то, что картина, принадлежавшая вашему мужу, была похищена. Она была с ним в Орли, тщательно упакованная.

— Да, я знаю. — Миссис Мёрчисон курила свой “Честерфилд”. — Картину так и не нашли. Как и моего мужа или хотя бы его паспорт. — Она улыбнулась. У нее было приятное, доброе лицо, довольно полное и потому еще не испорченное морщинами.

Том подлил ей чая. Миссис Мёрчисон смотрела на Элоизу. Оценивающе? Гадая, что думает Элоиза по поводу всего этого? Что ей известно и есть ли что-нибудь такое, что может быть ей известно? Или думая о том, станет ли Элоиза покрывать своего мужа, если он в чем-нибудь виновен?

— Инспектор Уэбстер говорил мне, что вы были другом Дикки Гринлифа, которого убили в Италии, — сказала миссис Мёрчисон.

— Да, — ответил Том. — Но его не убили, он покончил с собой. Я познакомился с ним за пять или шесть месяцев до этого.

— Но инспектор Уэбстер, похоже, сомневается, что это было самоубийство. А если так, то кто мог убить его? И почему? Или у вас нет на этот счет никаких соображений?

Том стоял, прочно упершись ногами в пол и потягивая чай.

— У меня нет на этот счет никаких соображений, — сказал он. — Дикки покончил с собой. Я думаю, из-за того, что ему не удалась карьера художника, — не говоря уже о карьере в судостроительной фирме его отца. У Дикки было много друзей, но среди них не было злодеев. — Том помолчал, но никто не нарушил паузы.

— Врагов он тоже не имел — для этого не было причин, — добавил он.

— Причин убивать моего мужа тоже ни у кого не было, — сказала миссис Мёрчисон. — Разве что существует шайка, занимающаяся подделкой картин Дерватта.

— Ну, об этом я, живя во Франции, не могу судить.

Миссис Мёрчисон взглянула на Элоизу.

— Я надеюсь, вы понимаете, о чем мы говорим, миссис Рипли.

— Миссис Мёрчисон полагает, что, возможно, есть шайка жуликов, наживающаяся на подделках картин Дерватта, — сказал Том Элоизе по-французски.

— Я поняла, — ответила она по-английски.

Том знал, что у Элоизы есть сомнения относительно истории с Дикки. Но он знал также, что может на нее положиться. Элоиза тоже была немного жуликом в душе. Во всяком случае, перед посторонним человеком она не станет высказывать своих сомнений.

— Может быть, вы хотите осмотреть дом? Или сад, пока не стемнело?

Миссис Мёрчисон ответила, что хотела бы.

Они с Томом поднялись на второй этаж. На миссис Мёрчисон было светло-серое вязаное платье. Она была хорошо сложена — возможно, много ездила верхом или играла в гольф, — и никто не сказал бы, что она толстушка. Люди обычно не называют толстыми таких упитанных женщин спортивного вида — хотя, если разобраться, как еще их назвать? Элоиза отклонила предложение присоединиться к ним. Том открыл дверь комнаты для гостей и включил свет, чтобы миссис Мёрчисон могла ее осмотреть, затем, держась так же легко и свободно, провел ее по всему второму этажу, не забыв и спальню Элоизы. Правда, света на этот раз он не включал, так как миссис Мёрчисон спальней не заинтересовалась.

— Благодарю вас, — сказала она, когда они спустились.

Тому было искренне жаль ее. Он сожалел, что убил ее мужа. Но он не может позволить себе терзаться угрызениями совести, напомнил он себе. Иначе он ничем не будет отличаться от Бернарда, стремившегося публично покаяться во всем и тем самым поставить под удар других.

— Вы не встречались с Дерваттом в Лондоне? — спросил Том.

— Встречалась, — ответила миссис Мёрчисон, опять присаживаясь на диван — правда, на самый краешек.

— Какое впечатление он производит? — спросил Том. — Я был буквально в двух шагах от него на открытии выставки, но в другом помещении.

— Типичный бородатый художник. Симпатичен, но малоразговорчив, — обронила она, не проявляя особого интереса к личности Дерватта. — Он сказал, что, по его мнению, его работы не подделывают и что он высказал это мнение Томми.

— Да, ваш муж говорил мне об этом тоже. А вы верите Дерватту?

— На вид он был вполне искренен, а как там на самом деле — откуда мне знать? — Миссис Мёрчисон откинулась на спинку дивана.

— Еще чая? Или, может быть, скотч? — спросил Том.

— Спасибо, я не отказалась бы от скотча.

Том направился на кухню за льдом. Элоиза вышла тоже, чтобы помочь ему.

— Что значит этот вопрос насчет Дикки? — спросила она.

— Ничего не значит. Я сказал бы тебе, если бы там было что-нибудь. Просто ей известно, что я дружил с Дикки. Тебе белого вина?

— Да.

Они отнесли лед и бокалы в гостиную. Миссис Мёрчисон выразила желание заказать такси до Мелёна, извинившись за свою поспешность и объяснив, что не знает, сколько времени это может занять.

— Если вы хотите попасть на парижский поезд, я могу подвезти вас до станции, — предложил Том.

— Нет, я хочу поговорить с местной полицией. Я звонила им из Парижа.

— Так я отвезу вас туда. Кстати, вам, может быть, нужен переводчик?

— Большое спасибо, но думаю, что сама справлюсь. — Она слегка улыбнулась.

Она не хочет, чтобы он присутствовал при разговоре, понял Том.

— У вас больше никого не было в то время, когда приезжал мой муж? — спросила миссис Мёрчисон.

— Только наша экономка, мадам Аннет. Не знаешь, где она сейчас, Элоиза?

Элоиза полагала, что мадам Аннет в своей комнате, если не вышла докупить что-нибудь в последний момент. Том подошел к дверям служанки и постучал. Мадам была дома и занималась шитьем. Том спросил, не может ли она зайти ненадолго в гостиную поговорить с мадам Мёрчисон.

Мадам Аннет вошла почти сразу за Томом. На лице ее было написано любопытство — ведь мадам Мёрчисон была женой человека, пропавшего без вести. Она рассказала, что в последний раз разговаривала с мсье Мёрчисоном во время обеда, после чего он уехал вместе с мсье Тоомом. Мысль о том, что на самом деле она не видела, как Мёрчисон покидал дом, явно не приходила ей в голову.

— Подать вам что-нибудь еще, мсье Тоом? — спросила она.

Но им ничего не требовалось; вопросы у миссис Мёрчисон тоже вроде бы иссякли. Мадам Аннет с некоторым разочарованием покинула гостиную.

— Как вы думаете, что могло случиться с моим мужем? — спросила миссис Мёрчисон, посмотрев на Элоизу и затем переведя взгляд на Тома.

— Единственное, что я могу предположить — кто-то польстился на ценную картину, — ответил Том. — Конечно, ценность не такая уж большая, но все-таки Дерватт. Кто-то, видимо, знал, что картина у него с собой, — может быть, он говорил об этом в Лондоне. Возможно, его захватили, чтобы отобрать картину, а потом зашли слишком далеко и убили его, а тело спрятали. Не исключено, конечно, что его и сейчас держат живым где-нибудь.

— Но в таком случае муж был, по всей вероятности, прав, когда подозревал, что “Часы” — подделка. Вы сами говорите, что картина не такая уж ценная — хотя бы из-за небольшого размера. Похоже на то, что мужа убили, чтобы не вскрылась история с фальсификацией Дерватта.

— Я все же не думаю, что картина вашего мужа была подделкой. Он и сам не был уверен в этом, когда уезжал от меня. Я уже говорил Уэбстеру, что, как я понял, Томми отказался от намерения консультироваться с лондонским экспертом. Я, правда, не спрашивал его об этом, насколько я помню. Но у меня сложилось впечатление, что он изменил свое мнение, посмотрев мои картины. Возможно, я ошибаюсь.

Наступило молчание. Миссис Мёрчисон, очевидно, не знала, что еще сказать и о чем спросить. Единственное, что ее сейчас интересовало, так это люди, связанные с Бакмастерской галереей, а какой смысл расспрашивать о них Тома?

Прибыло такси.

— Благодарю вас, мистер Рипли, — сказала миссис Мёрчисон. — И вас, мадам. Я надеюсь, можно будет встретиться с вами еще раз, если…

— Ну разумеется, — ответил Том. Он проводил ее до машины.

Вернувшись в гостиную, он медленно подошел к дивану и опустился на него. Полиция Мелёна не сообщит миссис Мёрчисон ничего нового — они непременно известили бы его о каких-либо находках. Элоиза говорила, что за время его отсутствия они не звонили. Если бы полиция обнаружила тело Мёрчисона в Луэне или где-нибудь еще, куда его могло унести…

56
{"b":"11509","o":1}