ЛитМир - Электронная Библиотека

И если за это совершенство предстояло заплатить отказом от приключений, страстей и тому подобных радостей, Кэсси была согласна.

Она обернулась.

— Лорд Беркли, я видела, что становится с женщинами, отдающими сердца и честь мужчинам сомнительной репутации.

— Повесам? — уточнил он.

Да. — Кэсси возвела глаза к потолку. Собственной дурной славой этот несносный человек явно гордился. — И раз уж вы признали, что я умна, согласитесь, было бы верхом глупости и безответственности связываться с подобными мужчинами. Ведь это же может привести бог знает к чему!

— И то правда. — Лорд Беркли прищурился. — Интересно, к чему же?

— К чему угодно. К самым плачевным последствиям. — Она скрестила руки на груди. — Уж вы-то должны понимать, чем чревато для женщины подобное положение.

— Вы слишком спешите с выводами, мисс Эффингтон. Несмотря на мою репутацию, не припомню, чтобы я хоть раз ставил женщину в такое положение, и в будущем не намерен.

Выражение его лица сказало ей больше, чем слова; в искренности лорда Беркли Кэсси не усомнилась. В считанные секунды ее мнение о собеседнике изменилось в лучшую сторону.

— Прошу меня простить, милорд. Я не хотела… Он перебил:

— Лучше объясните, в чем тут опасность.

— Пожалуйста. — Кэсси глубоко вздохнула. — Я могу оказаться замешанной в скандале. Погибнет моя репутация, а вместе с ней — и вся жизнь. Я…

— Вы можете страстно влюбиться. Она растерялась:

— А при чем тут любовь? Беркли фыркнул:

— Но вы же не влюблены, вот и возникает вопрос: почему?

— Что вы имеете в виду?

— Дорогая моя мисс Эффингтон, за все время нашего разговора о том, какой вам нужен, а точнее, не нужен муж, о любви вы и словом не упомянули. — Он с любопытством вглядывался в ее глаза. — Неужели любовь вам безразлична:

— Нет, я, разумеется…

Он шагнул к ней.

— А вы когда-нибудь влюблялись?

Кэсси задумалась, стоит ли сказать ему правду, и наморщила нос.

— Нет.

— Никогда?

— Никогда.

— Ни единого раза?

— Ни разу, никогда. — Она покраснела. — А вы?

— Господи, ну конечно, да! Кэсси обратилась в слух.

— И, насколько я понимаю, не один раз?

— О, гораздо больше.

— Сколько же?

На мгновение он задумался.

— До совершеннолетия или после?

— После, — выбрала Кэсси.

— О, после… сейчас сосчитаю. — И он погрузился в раздумья. — Понятия не имею. Десятки раз.

— Десятки?!

— Ну, не сотни — это определенно. — Беркли покачал головой. — Хотя, пожалуй, я почти… нет-нет, все-таки десятки.

Кэсси изумленно смотрела на него.

— По-моему, мы говорим о разных вещах. Между… — она замялась, подыскивая слово, — любовными связями, или, если хотите, романами, и любовью есть разница. Скажите, милорд, что для вас любовь?

— Полагаю, то же самое, что и для всех. Любовь — это… э-э… как бы вам сказать… — Вдруг он уставился на собеседницу в упор немигающим взглядом. — Любить, мисс Эффингтон, все равно, что остановиться на краю бездны, а потом позволить себе сорваться с этого края, твердо зная, что полетишь.

— А если не получится? — выпалила она. — А если… просто упадешь? И Боже упаси, разобьешься? Что тогда?

— Тогда твое сердце разбито, душа покрыта синяками и ссадинами, но ты жив и можешь встать. Постепенно ты приходишь в себя. Раны заживают, а потом бездна опять поманит тебя, и ты снова спрыгнешь с края. — Он грустно улыбнулся. — Острая радость полета стоит риска, мисс Эффингтон.

— Боже милостивый, да вы поэт!

— Не глупите. Никакой я не… — Он польщенно улыбался. — Вы правда так думаете?

— Что вы хороший поэт, я не говорила, но и правда так считаю. Оказывается, милорд, вы романтик. — Она покачала головой. — Ни за что бы не подумала.

— А мне не верится, что когда-нибудь вы оцените меня беспристрастно, а не потому, что вам во мне что-то привиделось. — Беркли был явно раздосадован.

Кэсси вдруг сообразила, что зашла слишком далеко, и начала бочком двигаться к двери.

— Мне уже пора…

— Еще нет, мисс Эффингтон. — Тон был почти приказной, в глазах светилась решимость.

Прежде чем Кэсси успела возразить, лорд Беркли схватил ее за руку и почти потащил к книжным полкам.

— Милорд, что вы…

— Я понимаю, что это противно вашей натуре, но хотя бы раз в жизни постарайтесь придержать язык!

Кэсси открыла рот, заметила предостерегающий блеск в глазах собеседника и крепко сжала губы.

— Прекрасно. Смотрите. — Он указал на полки. — Вот здесь собраны книги, содержащие факты или рассуждения на основе фактов. История, астрономия, география, философия и так далее. А вон там, в другом конце комнаты, — произведения прозаиков и поэтов.

Жадным взглядом он обвел полки, возвышающиеся до самого потолка. Про то, что он по-прежнему держит Кэсси за руку, Беркли будто забыл.

— Книги, перед которыми мы стоим, мне часто приходилось читать в годы учебы — в силу необходимости, а не по собственному выбору, хотя они сослужили мне прекрасную службу. А книгам с дальних полок, — в его голосе зазвучали убежденность и даже страсть, — пришлось долго ждать, пока я сумею оценить их. В юности я к ним не прикасался, но в последние годы прочел все, и не по одному разу.

— Похвально, милорд, — пробормотала она. Когда же он отпустит ее руку?

— Здесь произведения Чосера и Донна, Спенсера и де Вера. — Взгляд лорда Беркли скользил по полкам. — Мэлори и Дефо. Дефо я любил еще в детстве. — Он повернулся к собеседнице: — А вам нравится Дефо, мисс Эффингтон?

— Безумно, — охотно согласилась она, хотя никак не могла припомнить, о ком речь. — А кому он может не понравиться? Все эти… э-э…

— Приключения? — подсказал он.

— Вот именно, — с жаром закивала Кэсси. Фамилия Дефо казалась ей смутно знакомой, но что он написал, вспомнить никак не удавалось. Однако она не собиралась признаваться лорду Беркли, что чтением увлекалась ее сестра, а сама Кэсси ограничивалась редкими фривольными романами и модными журналами. — Это так… э-э… увлекательно.

— Верно. — Он с любопытством наблюдал за ней. — Значит, «Робинзон Крузо» вам понравился?

— Оторваться не могла. — На Кэсси накатило облегчение. Что с ней стряслось, если она напрочь забыла, что Дефо — автор «Робинзона Крузо»? Конечно, книгу она не читала, но слышала, как Делия что-то рассказывала о ней. Что именно, Кэсси уже не помнила. — Замечательное чтение.

— Вас настолько увлекли приключения?

Серые глаза Беркли бросали ей вызов, под их пристальным взглядом Кэсси так и не решилась признаться, что не читала ни этой книги, ни многих других. Если бы он наконец оставил в покое ее руку, у нее наверняка прояснилось бы в голове. Неучтиво не обращать никакого внимания на неудобства собеседницы. С другой стороны, чего ждать от повесы? Но от ладони Беркли по руке Кэсси распространялось приятное тепло. И если это прикосновение ничего не значит для него, почему она придает ему такое чрезмерное значение?

— Может, вы любите приключения, только не желаете признаваться в этом?

— Приключения в литературе — совсем не то, что приключения на самом деле, — чопорно возразила Кэсси и предприняла робкую попытку высвободить руку.

— Прошу прощения, мисс Эффингтон. — Лорд Беркли поднес ее ладонь к губам и запечатлел на ней легкий поцелуй, не сводя глаз с Кэсси. Когда он отпустил ее руку, к раздражению Кэсси вдруг примешалось сожаление и странное ощущение потери. — С моей стороны было крайне неучтиво так долго держать вас за руку, но боюсь, я увлекся. Несомненно, от человека с моей репутацией можно ждать и более рискованных поступков.

Кэсси попыталась было возразить, но умолкла. Этот самодовольный мужлан и без лишних слов понял, как взволновало ее прикосновение.

Заложив руки за спину, лорд Беркли продолжал осмотр полок.

— А у вас есть любимые книги, мисс Эффингтон? Или писатели?

— Любимые?..

Ей нравилось читать сплетни в «Ежемесячном вестнике Кэдуоллендера». И в «Кунсткамере Аккерманна», но последнюю Хэсси читала главным образом, чтобы не отставать от моды. А еще она старательно штудировала «Дом и мебель» мистера Хоупа и «Интерьеры» — именно штудировала, а не читала, поскольку почти все место в журналах занимали рисунки и описания предметов мебели и убранства комнат. Но любимая книга…

19
{"b":"1151","o":1}