ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Только неотложные случаи
Отражение бабочки
Шоколадное пугало
Без надежды на искупление
Противостояние
Пять ночей у Фредди. Четвёртый шкаф
В – значит виктория
Диета для ума. Научный подход к питанию для здоровья и долголетия
Призрак дома на холме. Мы живем в замке
A
A

Эрик Ланц выглядел более стройным, казалось, за трехдневный срок он успел довольно прытко взбежать по ступеням социальной лестницы. Словно ему, как волшебнику, достаточно было только подумать, чтобы принять совершенно иной облик. На этот раз на нем были темно-синие летние брюки, белая шелковая рубашка и туфли, которые Том уже у него видел.

— Присаживайтесь, Том.

— Нет, спасибо. Я обещал быстро вернуться. А вы, я смотрю, много путешествуете.

Пухлые губы раздвинулись, обнаружив белые зубы.

— О да! У Ривза для меня всегда есть работа, да и в Берлине — тоже. На сей раз я торгую деталями для приемников. — Последнюю фразу он произнес тихо и, осторожно поглядев на дверь позади Тома, добавил со смешком: — Во всяком случае, предполагается, что я торгую именно этим. Когда собираетесь в Берлин? — неожиданно спросил он.

— Понятия не имею, — отозвался Том. Он вложил паспорт обратно в конверт и перед тем, как положить в карман пиджака, повертел в руках и сказал: — Я уже договорился с Ривзом насчет оплаты.

— Знаю. — Эрик достал из своего бумажника визитную карточку и протянул Тому: — Приедете в Берлин — загляните, буду очень рад.

Том посмотрел на адрес: Нибурштрассе. Он не помнил, где именно расположена эта улица, но рядом стоял номер телефона.

— Благодарю. Вы давно знакомы с Ривзом?

— Года два-три, наверное. — На сочных губах снова изобразилась улыбка. — Ну, удачи вам, Том, вам и вашему другу.

Он проводил Тома до дверей. Когда Том уже шел по коридору, то у себя за спиной услышал тихое, но вполне отчетливое:

— Ауфвидерзеен — до скорого!

«Берлин? А это, пожалуй, неплохая идея», — думал Том на обратном пути. Нет, вовсе не потому, что там дом Эрика Ланца — если он вообще когда-нибудь бывает дома, — а из-за того, что Берлин в стороне от обычных туристских маршрутов. Что верно, то верно — кого может привлекать теперешний Берлин, кроме тех, кто интересуется историей двух последних мировых войн, да еще, как справедливо заметил Эрик, бизнесменов. Если Фрэнк хочет еще несколько дней пожить, не объявляя о себе, то, пожалуй, Берлин для него — как раз то, что нужно. Венеция, конечно, намного привлекательнее и живописнее, зато это именно то место, куда могут направить свои стопы в поисках Фрэнка его брат и детектив. Главное, чего не хотел допустить Том, — того, чтобы в один прекрасный день эта парочка постучалась в двери его дома.

9

— Бенджамин, Бен! А что — мне нравится это имя! — говорил сияющий Фрэнк, разглядывая свой новый паспорт.

— Надеюсь, ты теперь перестанешь так всех бояться.

— Это стоило немалых денег, наверное. Скажите — сколько, я отдам, если наберу, а нет — так выплачу потом.

— Две тысячи долларов. Ну вот — теперь ты свободен. Не стригись, пускай волосы отрастают. Тебе осталось только поставить свою подпись на фото.

Том дал ему чистый лист бумаги и велел потренироваться. Почерк у Фрэнка оказался довольно угловатый, с резко скошенными буквами. Том посоветовал ему закруглить заглавное "Б". После трех или четырех попыток Том одобрил роспись, только посоветовал не переусердствовать с округлением всех букв подряд.

Они только что отужинали. Элоиза настроилась смотреть какую-то передачу по телевизору. Том пригласил Фрэнка к себе наверх, и Фрэнк устроился на краешке кровати. Он смущенно похлопал глазами и вдруг произнес:

— А вы не согласитесь поехать вместе со мной? В какой-нибудь другой город? Хотя бы на несколько дней? — Он нервно облизнул губы и продолжал: — Знаю, я вам уже здорово надоел. Переедем в другую страну — а там можете меня сразу бросить. — Он тоскливо поглядел в окно и снова уставился на Тома — Знаете, мне будет так жутко одному покидать ваш дом. Но если надо, так что поделаешь...

Мальчик расправил плечи, как бы демонстрируя свою решимость.

— Куда бы тебе хотелось поехать?

— В Венецию. Или в Рим. Там многолюдно, там меня никто не найдет.

Том улыбнулся: Италия всегда была любимым местом охоты для специалистов по похищению людей.

— А как насчет Югославии?

— Вам нравится Югославия?

— Нравится, — ответил Том, своим тоном ясно давая понять, что в настоящий момент его туда вовсе не тянет. — Ты можешь, конечно, поехать в Югославию. Что касается Венеции или Рима, то не советую, если хочешь еще какое-то время пожить инкогнито. Могу предложить еще Берлин, например. Туда туристы обычно не ездят.

— Берлин? Я там никогда не был. А вы со мной поедете? Ну хотя бы на пару денечков?

Тома Берлин интересовал, и идея съездить туда была заманчивой, поэтому он сказал:

— Поеду, если обещаешь оттуда полететь прямо домой.

Фрэнк просиял:

— Хорошо, обещаю! — выпалил он.

— Ладно, тогда — в Берлин!

— Вы его хорошо знаете?

— Был там, кажется, раза три.

Он внезапно почувствовал прилив энтузиазма. Пробыть в Берлине три-четыре дня совсем неплохо, это может быть даже очень интересно, к тому же он поймал Фрэнка на слове и оттуда отправит его прямо в Штаты. Возможно даже, что Фрэнка и уговаривать не придется.

— Когда поедем?

— Чем скорее, тем лучше. Может быть, завтра. Утром я узнаю в Фонтенбло насчет билетов на самолет.

— У меня еще осталось немножко денег. Правда, немного, — добавил Фрэнк упавшим голосом и уточнил: — Если в долларах, то что-то около пятисот.

— Пусть это тебя сейчас не тревожит. Потом сочтемся. А теперь — спокойной тебе ночи. Я хочу еще сегодня переговорить с Элоизой. Можешь спуститься, если хочешь, ты нам не помешаешь.

— Спасибо, но я, пожалуй, напишу Терезе, — весело сказал Фрэнк.

— Хорошо, пиши, но мы отошлем его завтра не отсюда, а из Дюссельдорфа.

— Почему из Дюссельдорфа?

— Самолеты до Берлина обычно совершают одну посадку уже на территории самой Германии — либо в Дюссельдорфе, либо в Гамбурге. Я предпочитаю те, которые летят через Дюссельдорф. Там не нужно пересаживаться на другой самолет, просто выходишь на несколько минут, и они проверяют паспорта. Но самое главное — не сообщай Терезе, что едешь в Берлин.

— Ладно.

— Она может сказать об этом твоей матери, а ты ведь не хочешь, чтобы тебя искали в Берлине? По дюссельдорфскому штемпелю она, конечно, догадается, что ты в Германии, но напиши, что направляешься, скажем, в Вену, хорошо?

— Так точно, сэр! — отчеканил Фрэнк, словно солдат-новобранец, которого только что повысили в чине.

Том спустился вниз. Элоиза лежала на диване и смотрела новости.

— Боже! — вдруг воскликнула она. — И когда только они перестанут убивать друг друга?

«Вот уж чисто риторический вопрос!» — подумал Том. Он рассеянно взглянул на экран. Там показывали взрыв дома — красные и желтые языки пламени, кувыркающаяся в воздухе металлическая балка... Вероятно, Ливан. Несколько дней назад нечто подобное было в Хитроу — в результате нападения на самолет израильской авиакомпании. А что завтра? Может быть, взлетит на воздух весь мир? Том вспомнил, что завтра, где-то около десяти, Элоизе должны сообщить результаты обследования, и Том от души надеялся, что дело обойдется без операции. Том намеревался еще до десяти съездить в Фонтенбло за билетами и, вернувшись, сказать Элоизе, что ему срочно нужно выполнить кое-что для Ривза Мино, который звонил ему поздно ночью. В комнате Элоизы телефона не было, и через закрытую дверь она не могла слышать разговоров по телефону ни из его комнаты, ни из гостиной. Диктор перечислял события одно страшнее другого, и Том отложил разговор с Элоизой до утра.

Перед тем, как лечь в постель, Том постучал к Фрэнку и вручил ему несколько проспектов и карту Берлина.

— Подумал, что тебе будет интересно. Здесь кое-что о политике и обо всем остальном.

Еще до завтрака Том несколько изменил свой первоначальный план: билет для себя он решил купить через туристическое агентство в Море, а на новое имя Фрэнка заказать билет в аэропорту. Элоизе он сказал, что Ривз позвонил ночью и просил его срочно приехать — ему нужен совет относительно сделки по продаже некоего произведения искусства. Он сообщил ей также, что Билли выразил желание поехать с ним и оттуда вернуться наконец домой, в Штаты. (После поездки в Париж Том вынужден был сказать жене, что паренек так и не принял никакого решения.)

29
{"b":"11513","o":1}