ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Элиза в сердце лабиринта
Позитивное воспитание ребенка: здоровый сон и правильный уход
Держись, воин! Как понять и принять свою ужасную, прекрасную жизнь
Трэш. #Путь к осознанности
Конец Смуты
Код благополучия. Как управлять реальностью и жить счастливо здесь и сейчас
Нефритовые четки
Барды Костяной равнины
Мой путь к мечте. Автобиография великого модельера

Молодой человек внезапно показался Эду совсем юным, измученным и очень честным. Настолько честным, что это достоинство становилось недостатком. Вышло так, что Кларенс, нарушая все законы цивилизованного общества, пришел к нему за словом утешения, быть может, даже похвалы или благодарности за то, что он совершил, — в сущности, это была месть за убийство Лизы. Внезапно для Эда Кларенс стал мальчиком, который, столкнувшись со злом, потерял самообладание, когда отчаялся найти помощь в борьбе. Ощущение преступности Кларенса мгновенно исчезло.

— Тебе не за что благодарить меня. Не хочешь заглянуть как-нибудь к нам вместе с Мэрилин? На чашечку кофе? Вдруг это поможет. Подумай.

— Да, с удовольствием. Спасибо. — Это должно помочь. Мэрилин, наверное, согласится прийти. Мысли Кларенса путались, и он тряхнул головой. Он еще не успел допить пиво, и конечно же он не пьян. Это оттого, что он попал в другой мир, в мир, где такой человек, как Эд Рейнолдс, разделил страшную и потайную часть его собственного мира.

— Ты скажешь Мэрилин, что признался мне? — спросил Эд.

— Да. Мне кажется, так будет лучше. Вы не возражаете?

После секундного замешательства Эд самым равнодушным тоном ответил:

— Нет-нет.

Но что подумает о нем Мэрилин, ведь он не сообщит полиции? Или это уже не имеет значения? В особенности для людей, настроенных против легавых или увлеченных революционными идеями, — к ним, очевидно, и относилась Мэрилин?

— Не хочешь пригласить ее сегодня вечером? Кажется, к восьми к нам должны прийти гости, но в шесть будет в самый раз.

Кларенс боялся, что к сегодняшнему вечеру он не успеет уговорить Мэрилин в ее теперешнем настроении.

— А нельзя ли пригласить ее на завтра?

— Да конечно же можно. Завтра в шесть, в половине седьмого? — Эд дал Кларенсу адрес.

— Я поговорю с ней, как только смогу, и позвоню вам. — Кларенс вытащил пятидолларовую купюру и настоял на том, что платить будет он.

На улице, где еще усилился дождь, у Кларенса возникло желание проводить Эда до дома, но он почувствовал, что это будет выглядеть так, будто он цепляется за него.

Эд протянул руку:

— Не падай духом. Надеюсь, увидимся завтра.

Кларенс пошел домой, не обращая внимания на дождь. Казалось, прошла всего минута с тех пор, как он расстался с Эдом, и вот он уже стоит у дверей своей квартиры. Он почти ни о чем не думал, пока шел пешком, только восхищался Эдом Рейнолдсом: редко встретишь в Нью-Йорке человека, такого доброго, как Эд. Как повезло Кларенсу, что он познакомился, а может, и подружился с такими людьми, как Эд и Грета. Он набрал номер Мэрилин.

Она взяла трубку.

— Дорогая, не зайдешь ли пропустить рюмочку к Рейнолдсам завтра около шести? Он пригласил нас.

— Нас?

— Я рассказал ему о тебе. Это совсем рядом с тобой, Девятая улица Восточного округа. Я зайду за тобой около шести, хорошо?

— Это вечеринка?

— Не думаю. Кроме нас, никого не будет. Пропустим по стаканчику. Тебе они понравятся. Всего на несколько минут, если тебе надо работать.

— Можно одеться как обычно?

— Конечно! Они не ханжи!

Глава 19

В шесть часов Кларенс зашел за Мэрилин, которая приветствовала его как ни в чем не бывало. Она все еще делала макияж — это был весьма длительный процесс, когда она удосуживалась заняться им, поскольку Мэрилин любила экспериментировать и никогда не повторялась. На ней были черные 6рюки-"бананы", желтые туфли без каблуков, желтая блуза джерси и длинное ожерелье, с большой овальной подвеской розового цвета. Вероятно, она отыскала ее в магазине уцененных товаров на Макдугал. Некоторые меха в этом магазине были, по мнению Кларенса, совершенно отвратительными. Впрочем, Мэрилин не покупала так называемых «норковых» шубок или курточек с заплатами. В общем, сегодня она выглядела мило, хотя и не так, как могла бы, но какая, в сущности, Рейнолдсам разница? Никакой.

— Мэрилин, прежде чем мы пойдем, ты должна кое-что узнать. Я рассказал Эду Рейнолдсу о поляке.

Она отвернулась от зеркала:

— Вот как? — Из-за черной подводки ее взгляд показался ему особенно удивленным. — Это разумно?

— Он все понял. Удивительный человек. Вот почему я хочу, чтобы ты познакомилась с ними. Боже мой, ты же не думаешь, что ему нравился этот выродок? Он произнес что-то вроде: «Что ж, я не пошлю цветов на его похороны». Он никому не расскажет, даже своей жене, так он сказал. Но я хотел, чтобы ты знала.

Для Кларенса это было очень важно. Как относилась Мэрилин к происшедшему: безразлично и равнодушно или же нет? Может ли он также успокоиться и не вспоминать о том, что случилось? С одной стороны, жизнь в Нью-Йорке не ценится ни во что, да и Роважински заслуживал наказания, но все-таки полиция большей частью отыскивала и наказывала убийц. Беготня — любимое занятие отдела по расследованию убийств, и она приносит результаты, даже если дело не стоит внимания. Насколько Кларенс сейчас в безопасности? Он постарался об этом не думать.

— Они ничего не расскажут в свинарнике?

— Ни слова. Иначе я предупредил бы тебя, — заверил ее Кларенс.

Они пошли к дому Рейнолдсов.

— Хочу поступить на какие-нибудь курсы менеджмента, в Нью-йоркский университет. Занятия начинаются в январе, — сказал Кларенс. — После Рождества уйду в отставку. Может быть, и до, а то получится, будто я дожидался премии. — Он улыбнулся, но она этого не видела. — Ходить по улицам в такой холод не очень-то полезно для здоровья.

— У тебя хватит денег?

— Конечно. — Денег у Кларенса хватало. Кроме того, ему пришло в голову сдать квартиру и переехать к родителям. Придется долго ездить в метро, и хозяином сам себе он быть перестанет, но зачем ему эта свобода, если Мэрилин провела у него всего две ночи? Она не станет надолго уходить из дома куда-то, куда ей не будут звонить, чтобы предложить работу. Но все же Кларенс надеялся, что сможет чаще оставаться с Мэрилин на Макдугал.

Рейнолдсы жили в современном десятиэтажном здании с газончиком и швейцаром. Грета открыла дверь, и Кларенс представил ее Мэрилин.

— Давайте вашу... накидку, — сказала Грета с легким иностранным акцентом. — О, она просто великолепна!

— Это из уцененных, — пояснила Мэрилин. Она наклонилась и погладила маленького белого пуделя, который вился у ее ног.

Накидки Кларенс раньше не видел, она была синего цвета, и, как он только что заметил, полосы на ней соответствовали цветам вьетконговского флага.

Грета провела Мэрилин в гостиную и представила ее Эду.

— Что вы предпочитаете, Мэрилин? — спросила Грета. — Есть виски, джин, ром, пиво, кока-кола... и вино.

Эд поманил Кларенса в коридор:

— Я рассказал Грете. Надеюсь, ты не будешь против. Это то же самое, что рассказать мне. Я подумал, что дело сегодня пойдет лучше, если она будет в курсе.

Кларенс, немного встревоженный, кивнул в знак согласия.

— За пределы нашего дома это не выйдет.

— Ничего, все нормально.

Кларенс и Эд вернулись в гостиную. Грета угощала Мэрилин каким-то напитком, похожим на джин-тоник.

— Я слышала, вы перепечатываете на заказ и живете здесь совсем рядом, на Макдугал. — Грета пыталась завести доброжелательную беседу с Мэрилин.

— Что будешь пить, Кларенс? — спросил Эд. — Надеюсь, не пиво. Оно не возбуждает.

— Пожалуй, лучше скотч.

Джульетта уселась на большом диване между Гретой и Мэрилин, и ее черный нос поворачивался то туда, то сюда, как будто она прислушивалась к разговору. Эта квартира Рейнолдсов была больше, светлее и уютнее, чем прежняя, на Риверсайд-Драйв. Кларенс, который так и не сел, заметил в дальнем углу длинный стол, на котором стояли закуски: тарелки с холодным мясом, блюдо с салатом, бокалы для вина. Интересно, не для них ли вся эта роскошь?

Грета сказала своим высоким чистым голосом:

— Мы надеемся, что вы с Мэри лип пообедаете с нами, Кларенс. Знаю, что у вас мало времени, поэтому я не стала готовить горячее.

43
{"b":"11514","o":1}