ЛитМир - Электронная Библиотека

— Сначала поживешь с нами, — решила мать. — Надо окрепнуть, прежде чем переезжать к людям, которых ты не очень хорошо знаешь.

— Мы приедем на машине завтра в это же время и заберем тебя, Клари, мой мальчик, — заявил Ральф.

Выхода не было.

— Мне надо забрать кое-что из дома. Почту, возможно, счета.

— У тебя есть ключи, Клари? — спросила мать. — Может, мы заедем туда завтра вечером? Но тебе нельзя карабкаться по этим лестницам... я привезу тебе одежду из домашних запасов. В нашем доме полно твоей одежды, и тебе всегда нравились старые вещи.

Кларенс потянулся за кольцом с ключами, лежавшим в тумбочке около его кровати. На кольце висели два ключа от квартиры Мэрилин, уже ставшие бесполезными.

— Возьми джинсы, может, пару рубашек. Рубашки в среднем ящике комода. Не французские рубашки с манжетами, обычные.

— Знаю, — успокоила его довольная мать.

— Мэрилин навещала тебя? — спросил отец. — Я надеялся увидеться с ней здесь.

Кларенс понимал, что его мать выглядит моложе Греты, она очень хорошенькая, ей так идет черное пальто с меховым воротником, застегнутым вокруг шеи, и жизнерадостная улыбка сияет на ее лице, и выглядит она прекрасно. Но Грета казалась ему более привлекательной, хотя, если судить по чертам лица, ее можно было бы назвать некрасивой. Он понял, что немного влюблен в Грету.

Отец говорил о том, как повезло Кларенсу:

— Двадцать один полицейский убит только в одном Нью-Йорке...

Вошла сестра. Родителям было пора уходить. Кларенс взялся за книгу и на несколько минут погрузился в чтение. Потом подумал о Денни, о Мэрилин на Одиннадцатой улице Западного округа... Мэрилин, возможно, готовит ему еду, развешивает в шкафу свою одежду и подыскивает удобное место для пишущей машинки (Кларенс почему-то представлял, что у Денни шикарная квартира), и он ощущал, как в нем натягивается какая-то струна. Он закрыл глаза. Так не могло продолжаться, не могло быть ничего серьезного у Мэрилин и Денни. Денни знал, что Мэрилин его девушка. И сам никогда не относился к ней серьезно. Кларенс дважды видел его. Если мужчина не интересовал ее, Мэрилин могла быть холодной, неженственной, могла вести себя просто по-товарищески, казаться бесполой. Кларенс не раз видел это. И что такого замечательного в Денни? Ему двадцать шесть, а он еще ничего не добился. Родители помогали ему платить за квартиру, он вспомнил, как Мэрилин говорила об этом. Может, он даже снимает квартиру на двоих, там живет еще один парень. Кларенс надеялся на это.

Когда Кларенс без аппетита рассматривал обед, принесенный на подносе, вошла сестра и сказала, что его просят к телефону. Мэрилин, подумал Кларенс. Он вылез из постели, стараясь побыстрее добраться до телефона, и приготовился выслушать самые обычные замечания по поводу его раны. И он мог бы сказать: «Надеюсь, на Одиннадцатой улице тебе живется спокойнее».

— Добрый день. Кларенс?

Кларенс узнал голос Эда:

— Да. Здравствуйте, Эд. Как вы?

— Я звоню, чтобы спросить вас о том же. Грета сочла, что выглядите вы хорошо, ну более-менее.

— О, со мной все в порядке. Завтра выписываюсь. Родители приедут забрать меня.

— Грета сказала, что вы, возможно, поживете у нас несколько дней. Надеюсь, вам это удастся. Как надолго вы выбыли из строя?

— На три недели, говорят. Я уже могу ходить. Просто не буду работать.

Кларенс вернулся в постель, к своему подносу. Он надеялся, что Эд упомянет о Мэрилин, скажет что-нибудь о том, что видел ее в среду вечером. Как бессмысленно, подумал Кларенс, вот так хвататься за каждое слово, за впечатление, которое могло возникнуть у Эда, если Эд вообще видел Мэри лип, а вполне возможно, что и не видел. Кларенс понимал, что потерял ощущение реальности, цепляясь за надежду, скорее всего несбыточную. Мэрилин даже не позвонила.

Глава 22

Во вторник вечером Рейнолдсы ожидали Кларенса Духамеля. Его родители, вернее, отец должен был привезти Кларенса в Манхэттен, и Рейнолдсы попросили Кларенса привести к ним его, а если получится, и маму: они хотели познакомиться с ними. Джульетту заранее вывели погулять. Грета приготовила довольно изысканный обед — жареную утку, привела в порядок комнату, служившую ей студией: свой мольберт затолкала в угол, все краски сдвинула в конец длинного рабочего стола и украсила временное жилище горшком цветущей бегонии. На столик около кровати она положила несколько книг, которые, по ее мнению, могли поправиться Кларенсу. Она надеялась, что родители Духамеля останутся пообедать.

Зазвонил телефон, и Эд поднял трубку.

— Алло, мистер Рейнолдс? Говорит патрульный Питер Манзони. Я работаю в том же полицейском участке, что Духамель. Вы его, кажется, знаете: Кларенс.

— Да?

— Мне хотелось бы встретиться с вами, мистер Рейнолдс. Я нахожусь поблизости и хотел узнать, не найдется ли у вас нескольких минут.

— Сегодня вечером я...

— Или позднее, после обеда? Меня это устроит.

— Сегодня мне неудобно. У нас гости. Могу я узнать, в чем дело?

— Мне просто хотелось бы задать вам несколько вопросов относительно Кларенса. Ничего сложного.

Такая назойливость рассердила Эда.

— Вопросы, которые вы не можете задать ему?

Полицейский рассмеялся:

— Не совсем. Разные вопросы. Как насчет завтрашнего вечера? Скажем, в районе половины седьмого? Семи?

Эд нерешительно произнес:

— Мне хотелось бы знать, о чем идет речь.

— Я не могу обсуждать это по телефону. Это моя работа, мистер Рейнолдс.

Эд подумал, что для Кларенса будет хуже, если он станет уклоняться от встречи.

— Хорошо. Завтра? Около семи?.. Я встречу вас в вестибюле, внизу. — Эд повесил трубку.

— Кто это? — спросила Грета.

— Тот парень, о котором, по твоим словам, упоминал Кларенс. Манзони. Хочет встретиться со мной завтра вечером.

— Встретиться с тобой? Зачем?

— Говорит, что хочет задать мне какие-то вопросы относительно Кларенса.

Зазвонил внутренний телефон на кухне, и Грета направилась туда.

Эд спросил себя, знают ли в полицейском участке Кларенса, что тот собирается провести у них несколько дней? Возможно. Тогда они просто хотят прояснить ситуацию, почему бы и нет?

— Я не намерен ничего рассказывать этому человеку, — заявил Эд Грете.

Позвонили в дверь.

Кларенс вошел со своим отцом и поставил чемодан в прихожей.

— Эд — Грета — мой отец. Мистер и миссис Рейнолдс.

— Как поживаете? — произнес Ральф, кланяясь Грете и протягивая руку Эду. — Счастлив познакомиться с вами, потому что сын много рассказывал мне о вас.

— А ваша жена не приехала с вами? — спросил Эд.

— Нет, у нее сегодня вечером, в восемь часов, совещание. Она могла бы приехать, но, по-моему, не захотела утруждать вас большим количеством гостей.

Они прошли в гостиную.

Ральф Духамель понравился Эду с первого взгляда. Он выглядел человеком открытым, бесхитростным, однако уверенным в себе. Кларенс унаследовал от него красивые полные губы, но волосы у Ральфа были темнее, чем у Кларенса, и ростом он был ниже.

— Вы чувствуете себя лучше, Кларенс? — спросила Грета.

— Абсолютно нормально, — ответил Кларенс.

Ральф принял предложенное ему виски, но сказал, что не останется, когда Грета выразила надежду, что он пообедает с ними.

— Клари рассказал мне о вашей собачке. Ужасная история. И это надувательство с выкупом. Отвратительно. Манхэттен опасней того района, где живем мы. Несомненно. Мы живем в Астории. Конечно, ничего сверхъестественного, но для нас это родные места. Клари там вырос.

По тому, как говорил Ральф, Эд понял, что тот не знает и не подозревает, что Кларенс убил Роважински.

— Клари считает, что не сумел как следует помочь вам, — сказал Ральф. — Последнее время он только и говорит об этом.

— Что он мог сделать? — возразил Эд. — Боюсь, собаку убили сразу.

— Да, понимаю. Клари говорит, что вы встречались с Мэрилин.

— Один раз. — Эд был рад сменить тему. Грета и Кларенс беседовали в другом конце комнаты. — Мне она показалась очень милой. Весьма образованной.

49
{"b":"11514","o":1}