ЛитМир - Электронная Библиотека

Годом рождения ЦДКА считают 1923-й, когда на базе Общества любителей лыжного спорта была создана опытно-показательная площадка Всевобуча (ОППВ), ставшая тренировочным центром армейских спортсменов. ОППВ, переименованная в 1928 году в ЦДКА, имела сильные команды легкоатлетов, баскетболистов, хоккеистов, футболистов…

В 1941 году многие армейские спортсмены ушли на фронт. А три года спустя, когда поражение фашистской Германии было предрешено и в стране возобновились соревнования по футболу, в ЦДКА пришел новый тренер – Борис Андреевич Аркадьев.

С его приходом команда не только сумела в кратчайший срок восстановить свою былую форму, но заиграла совершенно по-новому. Заиграла так, что о ней до сих пор рассказывают легенды. В те годы ЦДКА блистала суперзвездами всех линий и чуть ли не в каждой игре была готова поразить сюрпризом новых игровых сюжетов и схем.

Ибо, как считает Аркадьев, наилучшей тактикой футбольной игры следует считать такую, которая бы в каждом матче была нова и неожиданна для противника.

Успехи аркадьевской ЦДКА прибывали быстро нарастающим крещендо. Судите сами. Ужо в 1945 году армейцы отстают от прекрасно выступившего чемпиона страны – московского «Динамо» – лишь на одно очко, причем они единственные, кто сумел в том году победить динамовцев дважды (во втором круге первенства – 2:0 и в финале Кубка – 2:1). А в 1946-м они уже чемпионы, и это звание удерживают три года подряд, причем в 1948-м выигрывают также Кубок СССР и чемпионат страны среди резервных составов, то есть все, что только можно выиграть. Затем в следующем году – некоторый спад (тогда, представьте, 2-е место для армейцев считалось спадом), а в 1950 и 1951 годах они вновь чемпионы, причем в 1951-м вновь достигают «дубля» – выигрывают также и Кубок СССР. В столь короткий срок ни одна команда и ни один тренер нашего футбола не добивались подобных успехов: за семь лет у ЦДКА – пять золотых и две серебряные награды всесоюзных чемпионатов и три победы в Кубке СССР.

Популярность Бориса Андреевича в те незабвенные цедековские годы была необычайной, но, впрочем, с оттенком некоторого удивления – как мог такой человек, как Аркадьев, стать тренером, да еще по футболу? Слишком, мол, мягок, изыскан, слишком интеллигентен, чтобы управлять футболистами. Ему бы в тиши кабинета…

Но сколь ни парадоксальным казалось иным избрание Аркадьевым профессии тренера по футболу, а следует констатировать, что с его именем связаны наивысшие успехи столичных армейцев. Правда, как уже говорилось ранее, и до того команда располагала сильными игроками, по между тем ей никогда не удавалось стать в стране первой.

Аркадьев, с его стремлением и способностью тонко различать «души излучины» каждого своего игрока, зорко выявлять таланты и находить наицелесообразнейшее им применение, с его умением ускользать от плена догм и прочих рамок (единственные границы, которые он «терпит», – это боковые линии поля и линии ворот), с его одержимостью все переосмыслить, переставить, переделать, сумел поднять футбольную команду ЦДКА до уровня эталона.

…Приход Бориса Андреевича в ЦДКА был воспринят игроками с великой радостью, ибо репутация его как большого знатока футбола, тренера-новатора уже была общеизвестна. К тому же все помнили, как заиграли при нем московские динамовцы. Кое-кто, правда, опасался аркадьевской строгости – просочилась и такая информация, – но Федотов, знавший Бориса Андреевича по «Металлургу», заверил ребят: «Добрейшей души человек… покладистый…»

И первые занятия вполне подтвердили такую характеристику. Борис Андреевич спокойно и как бы со стороны следил за тренировками, в промежутках подолгу разговаривал с ребятами о вещах будто бы незначительных, при разборе игр старался выслушать мнение каждого, был мягок, изысканно вежлив, и тонкая ироническая улыбка венчала это его, казалось бы, нерушимое благодушие.

Идиллия кончилась внезапно – сразу же после игры ЦДКА с «Крыльями Советов». Хотя встречу эту армейцы начисто проиграли, обеспокоены проигрышем они особенно не были. И, собравшись на следующий день на традиционном разборе игры, «грозы» не ждали, ибо встреча была товарищеская, не календарная, да и Аркадьев, видать по всему, добр – из-за пустяка шум поднимать не станет.

Действительно, шума не было, голос Бориса Андреевича звучал, как всегда, спокойно. Но слова были преисполнены такой беспощадной критики, такого сарказма, что игроки застыли в изумлении – это ли их покладистый Борис Андреевич?

Прежде всего Аркадьев взялся за дисциплину, которая, по его мнению, была расшатана, как «последний зуб старушки». Команда, с его точки зрения, не только не умела, но и не хотела по-настоящему трудиться. Причем особой «свободой» блистали «звезды». Пусть тренируется тот, кто не умеет, говорили они, а талант – и так талант.

– Почему на тренировках мало работает Григорий Федотов? Александр Виноградов? Или считают себя лучше других? Или уж у них все получается? Отчего тогда проиграли? – Вопросы Аркадьева как отравленные стрелы. Отрава – этот убийственный сарказм. Головы футболистов опущены – не ожидали. И – стыдно.

– Неужто не известно вам, что путь к настоящему мастерству невероятно труден, независимо от способностей, которыми вы обладаете? И, между прочим, чем выше способности, тем обидней их загубить, не так ли?

Вы должны пройти через годы упорнейших, кропотливых тренировок, тысячекратных повторений, годы самовоспитания и закалки характера, – и лишь тогда, возможно, получите повод быть довольными собой. Ибо современный футбол требует всепоглощающего служения человека, с его характером и моралью, с его физическими возможностями и игровым мастерством, с его волей, мыслями, чувствами…

– Вы, что же, в самом деле довольны собой? – Вопрос к опущенным головам. – Вы бы посмотрели на свою игру со стороны! Вяло, серо, никуда не годный посев игроков в поле…

Далее Борис Андреевич подробно разобрал злосчастную игру, и все вдруг увидели, что команда играет просто плохо – ни трудолюбия, ни взаимопонимания, ни сыгранности.

– Можно ли так играть в наше время? – возмущенно вопрошал Аркадьев. – Что же до общефизической подготовки, то должен признать, я не вполне уверен, знакома ли вам вообще эта категория подготовки футболиста.

И тут он припомнил им матч, в котором армейцы первую половину отыграли со счетом 4:1, а во второй пропустили четыре мяча, не сумев забить в ответ ни одного – силы кончились.

– Бегать нужно быстро все 90 минут, – размеренно объяснял Аркадьев. – Непосильный для противника темп снижает его внимание, техническую точность и способность тактически организоваться. Теми игры, к которому легко приспособиться противнику, не имеет никакого тактического смысла. Замотать противника физически, перебегать его – это тоже тактика игры. Словом, борьба за мяч, проходящая через всю игру, требует большой физической собранности и силы. Но ничего похожего я в вашей игре, к сожалению, не заметил.

Выходит, команда, принятая в сорок четвертом Аркадьевым, хромала как раз на то, в чем ей суждено было блистать потом долгие восемь лет. Впрочем, долгие ли? Ведь когда все хорошо, когда побеждаешь, время уходит безнадежно быстро…

Тот первый свой «разнос», учиненный команде, Борис Андреевич заключил как ни в чем не бывало словами: «Не сомневаюсь, что мы с вами как следует будем играть».

Читатель знает, что так оно и вышло. Теперь на тренировку все приходили аккуратно, не смея пропустить ее без основательных причин, да и не стремились пропускать. Никто не хотел остаться за чертой основного состава – это во-первых. И кроме того, уроки Аркадьева были необычайно интересны– это во-вторых. Все упражнения Борис Андреевич демонстрировал обычно сам и с каждым затем их отрабатывал.

«Аркадьев вообще большую часть тренировки проводил с нами на поле, – вспоминал пришедший в ЦДКА позднее Бобров. – Это, к сожалению, сейчас не в моде. Нынешние тренеры, как мне кажется, слишком увлекаются групповыми занятиями, все больше командуют, стоя со свистком. Хотя именно индивидуальная работа способствует выявлению индивидуальности игроков, то есть как раз того, чего так не хватает сейчас советскому футболу. Вот хоккей наш, к примеру, богат высококлассными мастерами, „звездами“, а футбол как-то весь выровнялся. И еще. Аркадьев никогда не придавал слишком большого значения „бумажной работе“, то есть необходимая документация у него, конечно, была, но он не увлекался ею, как другие тренеры – раскрасят, расчертят километры отчетов и планов и „играют“ без конца значками да цифрами. Понятно, конечно, все это нужно, но в меру и? не в ущерб практической работе. Вот это Борис Андреевич всегда умел – работать, отметая все лишнее, ненужное…»

22
{"b":"11524","o":1}