ЛитМир - Электронная Библиотека

— А я буду вынужден ему помочь, — пригрозил Адам.

— Ни за что! — рявкнул Николас. — Она моя! — Пригнувшись, он зашептал Элизабет на ухо: — Будь я настоящим пиратом, я бы тебя поцеловал прямо сейчас, но поскольку такой поступок поразит солдат королевы, придется воздержаться. — Он отпустил Элизабет, переместил ее себе за спину и обратился к мальчикам: — Предупреждаю, что я отменно владею клинком.

— Быть может, и так. — Кристофер поднял саблю вверх. — Но никто им так не владеет, как…

— Солдаты королевы! — закончил Адам.

И солдаты королевы бросились на пирата, размахивая саблями с невероятной лихостью. Как и следовало ожидать, они одержали полную победу, хотя король пиратов защищался отчаянно и умело.

Элизабет явилась в этот дом в невероятном гневе, но вид мальчиков и взрослого мужчины, у нее на глазах превратившегося в мальчишку постарше и намного выше ростом, чем ее дети, сражающихся на картонных мечах с невероятным энтузиазмом и громкими воплями, немало позабавил ее и смягчил ожесточенное сердце. Она не помнила, чтобы Чарлз так увлеченно и самозабвенно играл с детьми. Правда, Кристоферу было всего пять лет, когда умер отец. Тем не менее она и вообразить не могла, чтобы Чарлз нарядился в нелепый костюм и превратился в короля пиратов. Не то чтобы он был плохим отцом, но такое вот было ему не дано. Он, как и большинство людей его положения, считал, что человек должен обзаводиться семьей и детьми, особенно сыновьями. Так положено.

То, что Николас не только проявил немало усилий, чтобы устроить такую вот игру, но и сам принимал в ней участие с неподдельным удовольствием, яснее ясного свидетельствовало о том, какой он добрый человек.

Если дух сражающихся был силен, то сабли их оказались куда слабее. Через несколько минут оружие Кристофера плачевно согнулось, клинок Адама беспомощно свисал, сломавшись у самой рукоятки, а сабля Николаса едва ли не свернулась в спираль. Изготовленное Эдвардсом оружие явно не годилось для жаркой битвы.

Николас был тем не менее повержен и свалился спиной на пол, а ребята стояли над ним, нацелив на короля пиратов то, что осталось от их клинков, с самым угрожающим видом; к сожалению, у сабель вид был скорее убогий, нежели устрашающий.

— Сдаешься? — спросил Кристофер.

— Сдавайся сейчас же, ты, сын акулы! — подхватил Адам, оглянувшись на мать.

Сын акулы, — пробормотала мисс Отис, сдерживая тяжелый вздох: она, видимо, предчувствовала, каково ей будет провести остаток дня с торжествующими победу солдатами королевы.

— Сдаюсь, сдаюсь, — с горестным видом признал Николас, — но вы еще меня узнаете, приятели.

— По крайней мере он узнал вас достаточно за сегодняшний день, — строго сказала детям Элизабет. — Я подозреваю, что сэр Николас…

— Его величество, с вашего разрешения. — Николас вскочил на ноги и уперся руками в бока. — Король пиратов.

Он выглядел точь-в-точь таким, каким и должен быть король пиратов по представлениям маленьких мальчиков. Или, быть может, в соответствии с фантазией их матери. Во всяком случае, он был весьма привлекателен и в этом нелепом одеянии.

— У его величества, без сомнения, немало дел, настоящих пиратских дел, которыми ему надо заняться, — продолжала Элизабет. — Мисс Отис отведет вас домой. А мне нужно кое-что обсудить с сэром Николасом.

— Но, мама, мы еще не нашли сокровище, — сдвинув тоненькие брови, сказал Адам.

— Он украл его у королевы, мама. — Кристофер испытующим оком окинул прихожую. — Оно где-то здесь, и наш священный долг — вернуть сокровище ее величеству. Это будет прекрасным подарком к Рождеству.

— Хотя она, может, предпочла бы получить поезд. — Адам многозначительно посмотрел на Николаса. — Сокровищ у нее и так полно.

— В другой раз, друзья мои. Сокровище останется здесь и будет ждать вашего следующего визита. А теперь поступите так, как велит мама.

Тон у Николаса был твердый, но доброжелательный. Самый подходящий для разговора с мальчиками.

Элизабет не могла взять в толк, где и как этот исключительно деловой человек научился единственно верному обращению с детьми.

— Отправляйтесь домой с мисс Отис, — сказала она. — Я уверена, что ей есть что рассказать вам о пиратах, о самых настоящих пиратах — о том, какими они были низкими, кровожадными и жестокими.

— Это правда. — Мисс Отис подтвердила свои слова кивком. — Они были отвратительными. Грабили, разоряли, беспощадно резали глотки своим жертвам.

— Правда? — У Адама округлились глаза. — Но дядя Джонатон говорил, что среди Эффингтонов тоже были пираты.

— Капитаны каперов, — с видом превосходства старшего брата сказал Кристофер, — это были хорошие пираты. Они грабили вражеские корабли с разрешения короля и в пользу короны.

— В следующий раз мы поиграем в каперство, — пообещал Николас.

— С новыми саблями. — Адам с грустным видом поднял свою. — Моя сломалась.

Николас взглянул на Эдвардса.

— Я подумаю, как помочь делу, сэр, — произнес тот своим неизменно ровным голосом.

Элизабет в жизни не встречала такого слуги — корректного и в тоже время совершенно необычного. Она не могла себе представить, чтобы Хэммонд занимался изготовлением игрушечных сабель для ее мальчуганов.

— Отлично, мистер Эдварде, — просиял Адам.

— Позвольте поблагодарить вас за приятное времяпрепровождение, — совсем по-взрослому и очень вежливо произнес Кристофер.

— Это я получил удовольствие, ваше сиятельство, — ответил Николас в том же стиле.

— И я, — не преминул заявить Адам. Потом он прижался к матери и забормотал ей на ухо: — Он такой веселый, мама. Вчера мы одевались как индейцы, раскрашивали лица и втыкали перья в волосы. Это было здорово!

— Не сомневаюсь. — Элизабет натянуто улыбнулась. — Это он научил вас съезжать по перилам?

— Не говори глупостей, мама, — фыркнул Кристофер. — Этому невозможно научиться за один день. Дядя Джонатон уверяет, что это целое искусство, все равно что ездить верхом. Он учил нас этому прошлым летом, когда мы жили в доме у дедушки в деревне.

Элизабет представила себе огромную лестницу в Эффингтон-Хаусе, и сердце у нее сжалось от запоздалого страха.

— Мне следует подробнее поговорить об этом с братом.

— Идемте, дети.

Мисс Отис повела солдат королевы к двери, предупредительно открытой Эдвардсом.

— Это будет долгий разговор, — продолжила Элизабет, многообещающе покачивая головой; потом она переключила внимание на Николаса. — Подумайте, Николас, что вы сделали с мисс Отис. Вы напугали просто замечательную гувернантку.

— Чепуха.

— Она была в ужасе. — Элизабет проигнорировала тот факт, что мисс Отис если и была вначале несколько выбита из колеи встречей с пиратами, то в ужас вовсе не пришла. — Она, чего доброго, подаст в отставку. Ее нанимали воспитывать детей, а вовсе не воевать с пиратами.

— Порой это почти одно и то же, как мне кажется. Но вы несете чушь и сами знаете это. Мисс Отис радовалась всему происходящему, к тому же я ее не трогал и никто из моих людей не подходил к этой, скажем так, корпулентной барышне, весьма энергичной.

— Прекрати! Прекрати немедленно! — в гневе переходя на ты, тем более что Эдвардса давно уже не было в помине, вскричала Элизабет, подавив желание топнуть ногой.

— Что прекратить? — спросил Ник, глядя на нее глазами невинного младенца.

— Разговаривать как пират.

— Я и не разговариваю как пират. — Он направился в гостиную, не оставив Лиззи иного выбора, как последовать за ним. Ник сбросил с себя камзол и перекинул его через протянутую вперед руку мраморной нимфы. — Я разговариваю как король пиратов.

— Надоедливый король пиратов, — огрызнулась Лиззи.

— Но тем не менее король.

Ник подошел к вездесущему графину, налил себе бренди в стаканчик и сделал глоток.

— Мне нравятся твои дети.

Это замечание застало врасплох воинственно настроенную Элизабет.

— Ты как будто удивлен.

— Я и удивлен. — Он усмехнулся. — О, я, разумеется, ожидал, что они хорошо воспитаны и ведут себя соответственно. Так оно и есть.

44
{"b":"1153","o":1}