ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Так оно и есть. Возвращаемся домой. Пришлось ехать кружным путем, чтобы не угодить под пули. Всюду война. Страшные времена.

Если он и надеялся вызвать таким образом понимание и сочувствие, то его постигло разочарование. Хранивший молчание человек сплюнул в сторону. Тот, что помоложе, хихикнул, тогда как лицо их предводителя приняло преувеличенно честное, ханжеское выражение:

— В этой земле выпустили на волю дьявола, это уж как пить дать. Он завладевает человеческими сердцами, пробуждает в них похоть, — тут он с плохо скрываемым интересом бросил взгляд на юбку Луизы, — подбивает на обман и убийство. И на воровство. — Он кивнул. — Да, сэр. Золото — вот корень всех бед, это уж точно.

— Как пить д-д-дать, — вторил юнец.

— Но каждому человеку нужна какая-то малость, не так ли, сэр?

Джек мигом смекнул, к чему клонит пузатый перевозчик. Он был вовсе не против заплатить часть полученных от Бургойна монет за право проезда.

— Маленько надо, ага, на харчи и всякое такое.

— На харчи и вы-п-п-ивку, — хихикнул юнец.

Бородач бросил на него взгляд, под которым малец съежился и попятился, что-то бормоча себе под нос и с удвоенной быстротой то снимая, то надевая шапку.

— Тихо ты, — буркнул бородач и снова повернулся к путникам. — Мы честные люди, сэр, ей-ей. Но мы оберегаем переправу для леди и джентльменов вроде вас, а благодарности от властей по гроб жизни не дождешься. Ни от каких властей.

Уразуметь из этого монолога, к какой же партии принадлежит «честный человек», к Высокой, Низкой или же ни к какой, не представлялось возможности. Джек посмотрел дальше, на воду. Паром усердно тянули через реку. Он уже отошел довольно далеко от берега, и сейчас главным было не ошибиться в расчете. Как времени, так и денег. Дать следовало вовремя, и притом ровно столько, чтобы убедить взять путешественников на паром, но не слишком разжечь аппетиты вымогателей.

— Если так, сэр, то не может ли признательный гражданин предложить вам некую компенсацию за ваши хлопоты?

Бородач прищурился.

— Если вы, сэр, и вправду не прочь компенсировать их пенсом-другим, то почему бы и нет?

Джек медленно полез за пазуху. Его пальцы скользнули по рукояти одного из пистолетов и двинулись дальше, к внутреннему карману, где лежал единственный серебряный доллар. Хотелось верить, что этого хватит.

Возможности узнать, так ли это, ему не представилось.

— Вот, приятель, — произнесла Луиза, направляя Каспиану прямо на бородача, — возьми это и дай нам проехать. Подобру-поздорову.

Джек повернулся, удивившись надменности, внезапно прозвучавшей в ее голосе, и неожиданно завертевшейся в воздухе монете. Даже в увядающем вечернем свете он различил блеск золота. Луиза дала слишком много.

Пузатый громила мигом смекнул, чем пахнет дело, а когда монета приземлилась в его ладони, понял, что не ошибся.

— "Джон", бог ты мой! — вскричал он, подняв ее на свет.

Джек не удержался от стона. Им с лихвой хватило бы и гинеи, а вот португальский «Джон» эти люди не заработали бы и за месяц беспрерывного вымогательства.

Едва Абсолюту пришла в голову эта мысль, как возникла опасность — в лице человека, до сих пор хранившего молчание. С криком: «Богачи, проклятые королевские прихвостни!», обнаружившим наконец и его намерения, и политические пристрастия, он рванул из-за пояса пистолет. Джек, рука которого все еще находилась в дюйме от рукояти, схватился за свой, и оба выстрела грянули почти одновременно. Пуля молчуна просвистела мимо уха Джека, тогда как его собственная угодила в цель. Противник с воплем отлетел в сторону.

Юнец-заика, даром что выглядел неуклюжим, ловко подпрыгнул, чтобы вырвать у Луизы поводья. Она принялась охаживать его хлыстом, но парень, визжа и пытаясь увернуться, продолжал цепляться за узду. Бородач, воспользовавшись сумятицей, спрятал монету и тоже вытащил пистолет.

— Слезай с лошади, ловкач, а не то я прикончу леди! — крикнул он.

Но тут произошло неожиданное: отреагировав то ли на угрозу в адрес хозяйки, то ли на непривычно грубую хватку юнца за повод, Каспиана вздыбилась и лягнула парня в грудь передними копытами. Тот повалился навзничь. Бородач попытался удержать Луизу на прицеле, но Джек не упустил шанса. Мгновенно выхватив из-за спины тяжелый, обитый металлом посох Ангуса Мак-Тавиша, он ударом с плеча выбил у здоровяка оружие. Пистолет упал на землю и выстрелил. Пуля, отскочив от дерева, пролетела у Храбреца между ногами. Конь с перепугу вздыбился, и Джеку с трудом удалось не дать ему понести. Послышались крики: спереди, от дожидавшихся пассажиров, с быстро приближавшегося парома и сзади, от ближайшего к воде дома прибрежного селения.

Джек обернулся. Там, на пороге, держа в руках кружку с высокой шапкой пивной пены, стоял боец в синем мундире и шляпе с серебряным позументом. Позади него в сарае виднелась дюжина взнузданных и оседланных кавалерийских лошадей, которых, как теперь понял Джек, было невозможно разглядеть с вершины холма.

Храбрец дернулся, и взгляд Джека сместился, однако он успел увидеть, как солдат с криком бросился в здание, которое могло быть только казармой.

— Скачи, Луиза!

— Прости, Джек, я...

— Скачи!

Они повернули одновременно, копыта выбили щепки из деревянного настила, и очень скоро из-под них полетела глинистая земля. Добравшись до дороги, перед тем как перейти на галоп, Джек оглянулся. И увидел, как отряд кавалерии колонистов бежит к своим коням.

Джек поскакал на юг, хотя главным сейчас было не направление, а расстояние. Не имело смысла, находясь на виду, устремляться в незнакомые леса, где тропки очень быстро сходят на нет и лошади ничего не стоит запнуться за корень или корягу. Чтобы побудить Храбреца скакать быстрее, Джек охаживал его посохом по крестцу, тогда как Луиза столь же рьяно орудовала своим хлыстом. Ветер свистел в ушах, унося крики прочь. Их преследовали, однако разрыв между беглецами и солдатами Увеличивался. По разумению Джека, иначе не могло и быть, ведь Храбрец и Каспиана — не чета заморенным солдатским клячам из войска Вашингтона. Скоро можно будет поискать укрытие.

На изгибе дороги Луиза отстала от него на шаг, и он скорее учуял, чем увидел неладное. И обернулся как раз в тот миг, когда дамское седло Луизы скособочилось. Девушка натянула поводья, и лошадь сбавила аллюр, но было поздно. Седло окончательно сползло с конской спины, и Луиза упала.

Резко остановив коня, Джек соскочил с коня и бросился к своей спутнице. Перепуганная Каспиана отбежала в сторону.

— Луиза!

Она прокашлялась и с хрипом набрала в грудь воздуху.

— Со мной все в порядке.

— Тогда нам нужно ехать дальше. Поспешим.

Крики преследователей слышались из-за того самого поворота, который они только что миновали.

— Скачи один, — задыхаясь, вымолвила она. — Я не могу ехать верхом без седла, да еще и в этом дурацком платье. Оставь меня.

— Я не брошу тебя...

— Ты должен! — Она подтянулась чуть выше, схватив его за руки. — Я скажу, что мы приняли их за грабителей, это ведь почти правда. Они не причинят вреда американской леди, но ты... — Они, не сговариваясь, обернулись к повороту, за которым, приближаясь, грохотали копыта. — Ты должен выполнить поручение Бургойна. Езжай!

Она была права. Попав в руки американцев, Джек распростился бы не только с надеждой выполнить задание, но и с жизнью. Со шпионами мятежники не церемонились, а поскольку при обыске у него непременно нашли бы депешу Бургойна, спрятанную в устроенном во фляжке тайнике, на снисхождение рассчитывать не приходилось, тем более что человек, подстреленный им на причале, скорее всего умер.

Джек вскочил на коня, схватил поводья и уже с высоты седла сказал:

— Обещаю, что найду тебя.

— Я верю тебе. — Она улыбнулась, хотя ее глаза были полны слез. — Ведь мы оба знаем тебя как джентльмена, который держит слово.

Поднеся пальцы к губам, Джек отсалютовал ей воздушным поцелуем и ударил Храбреца пятками по бокам. Как раз в этот миг вражеские кавалеристы появились из-за поворота. Увидев упавшую девушку и лошадь без всадницы, они слегка притормозили, но, когда Храбрец рванул с места чуть ли не галопом, несколько человек продолжили погоню, в то время как остальные окружили лежавшую Луизу.

52
{"b":"11535","o":1}