ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Янтарный Дьявол
Вне сезона (сборник)
Без стресса. Научный подход к борьбе с депрессией, тревожностью и выгоранием
Точка обмана
Зависимые
Роза любви и женственности. Как стать роскошным цветком, привлекающим лучших мужчин
Макбет
Один день мисс Петтигрю
Страна Чудес
A
A

Однако пока Джек размышлял о своей тактике, Тарлтон сам повел бой энергичнее и изощреннее. После дюжины стремительных пассов он искушающе приоткрыл бок, и Джек, поддавшись на эту уловку, сделал слишком грубый и, разумеется, не достигший цели выпад. Чтобы восстановить утраченное равновесие, ему потребовалась лишняя секунда, которой Тарлтону как раз хватило для того, чтобы обвести его клинок справа. Джек еще не успел вернуть шпагу в оборонительную позицию, и его бедро оказалось открытым — не притворно, а по-настоящему. Зрители, знавшие толк в фехтовании, затаили дыхание, ожидая стремительного выпада и укола, который сулил как минимум тяжелую рану, а если будет задета артерия, мог оказаться и смертельным.

Однако опасный момент миновал. Тарлтон укола не нанес, а Джек, восстановив равновесие, рубанул сплеча. Поскольку шпага — оружие не рубящее, все восприняли это как акт отчаяния, а вот тот факт, что Тарлтон не использовал возможность закончить поединок, большинством был понят однозначно: молодой офицер не желал ограничиться кровопусканием.

Джек, переведя дух, стал действовать осмотрительнее. Выдыхаемый им пар клубился в морозном воздухе. Он разгорячился и теперь жалел, что не снял камзол, однако сделать это сейчас означало признать, что противник одерживает верх. Достаточно было и того размашистого удара, вызванного отчаянием.

— Что, Абсолют, жарко? — осведомился Тарлтон голосом столь ровным, словно ему вовсе не приходилось махать шпагой. — Вы раскраснелись, сэр. Точь-в-точь как в тот миг, когда я застал вас верхом на шлюхе.

Догадавшись, что его хотят вывести из себя, Джек вздохнул поглубже и улыбнулся.

— Сэр, вы позволяете себе неуважительно отзываться о леди лишь потому, что она предпочла мужчину мальчишке. Хотя, если быть точным, то, что она отвергла вас, в большей степени связано с длиной, э, вашего клинка. Помнится, она называла этот предмет не иначе как зубочисткой.

— Ради бога, Абсолют! — донеслось до его слуха бормотание Шеридана.

Действительно, шуточка явно предназначалась не для Вестминстера, но зато возымела такой поразительный эффект, что Джек поневоле подумал: должно быть, нет дыма без огня.

— Мой клинок? Ты сейчас узнаешь, длинный ли у меня клинок, пес!

Джек не мог не подивиться тому, как изменился в лице его противник. С бешеным ревом юнец нанес удар, целя Абсолюту в правый бок. Тот отступил на шаг и, отбив вражеское острие вниз, в свою очередь нацелился неприятелю в грудь. Тарлтон отвел шпагу, чтобы с силой отбить укол, но его парирующий удар пришелся в пустоту: выпад Джека оказался ложным.

Молодой человек не успел вернуть клинок в защитную позицию, а Абсолют после финта направил колющий удар ему в левое плечо. Чтобы избежать ранения, Тарлтону пришлось перенести вес на выставленную вперед ногу и переступить отставленной назад, совершив пол-оборота.

Джек наседал, стремительно орудуя шпагой. Пожалуй, возможность нанести укол у него имелась, но он решил посмаковать свою маленькую победу — с тем, чтобы и Тарлтон прочувствовал ее получше. Как только молодой офицер выровнял оборонительную позицию, Абсолют ослабил натиск и отступил.

Зеваки разразились бранью, каковую надлежало воспринимать как знак одобрения или негодования — все зависело от того, кто кого поддерживал.

Впрочем, Тарлтон быстро извлек урок из случившегося, и Джек, не успев поздравить себя с успехом своей провокации, уже вынужден был защищаться от ее последствий. Его противник вновь перешел в наступление, но уже не теряя головы.

Кварта, секунда, терция... Джек успевал лишь парировать удары, впрочем, не сдавая позиций. Тарлтону приходилось «колоть в стену», как называли в фехтовальной школе упражнение, позволявшее удостовериться, что парирующий удар не является обманным трюком противника, но считавшееся недостойным настоящего фехтовальщика. Это делалось неспроста: Джек рассчитывал на то, что, раз уж река гнева Тарлтона разлилась, она не скоро вернется в свои берега.

Еще один выпад, еще один шаг вправо, и шпага противника отбита с наклоном клинка вниз. Джек чуть присел на отодвинутую назад ногу за миг до того, как Тарлтон, которым снова начинала овладевать ярость, полоснул клинком снизу вверх, целя врагу в лицо. Джек, однако, уловил почти незаметное подготовительное движение и ушел от вражеского клинка опережающим нырком, переместив вес на другую ногу.

Инерция собственного удара вывела молодого человека из равновесия, а почти припавший к земле Джек, воспользовавшись этим, сделал длинный прямой выпад. Тарлтон отшатнулся вправо, едва успев отвести кончиком своей шпаги острие, чуть не пронзившее его насквозь.

Противники сблизились вплотную, их руки почти соприкоснулись, и молодой офицер попытался ударить Джека в лицо эфесом. Тот отклонился и отбил этот удар левой рукой.

Противники снова разделились, а вот два облачка выдыхаемого ими пара, наоборот, встретились в воздухе и слились в одно.

— Ты не можешь прикончить его сейчас, Дагановеда, — произнес могавк по-английски, но с сильным ирокезским акцентом. — Твое имя говорит, кто ты такой, а его прозвище ни о чем не рассказывает.

— Кстати, Ате, — обратился к индейцу Шеридан. — Я давно хотел спросить, что означает его ирокезское имя?

— "Неутомимый", — ответил индеец и, подмигнув ирландцу, добавил: — Это имя он получил от своей первой жены.

Джек, вопреки прозвищу, тяжело дышал. Он уже не был таким неутомимым, как некогда, а вот его противник располагал куда большим запасом сил. Время работало на Тарлтона, и потому Джек вновь перешел в атаку. Он приметил место, где они протоптали снег до самой травы, и решил, что теперь нужно лишь спровоцировать Тарлтона на дальний выпад.

Однако вышло не так, как было задумано. Вместо парирования Тарлтон произвел уклон с отскоком, за чем последовал укол слева. Джеку для уверенного парирования следовало лишь сместиться вправо. Он так и сделал... угодив ногой прямо на скользкий островок оголенной земли. Он упал на колено, и лишь его правая, сжимавшая шпагу рука остановила падение. Резко выдохнув, Тарлтон отвел клинок назад, чтобы нанести сверху вниз сокрушительный, смертоносный удар.

Какая-то часть сознания Джека сосредоточилась на неотвратимом приближении метившего в глаз стального острия, но другая дала команду руке, все еще удерживавшей упиравшуюся в снег шпагу: скользнуть!

Тарлтон был настолько уверен в полноте своего триумфа, что не особо следил за соперником — тот казался уже поверженным. В результате оба, и Джек, и Тарлтон, оказались в равной степени удивлены тем, что шпага молодого офицера пронзила не плоть Абсолюта, а лишь ткань, оторвав добрый клок от воротника того самого камзола, насчет которого Джек лишь недавно пожалел, что не снял его. Сила этого удара пришпилила вырванный лоскут к мерзлой земле. Шпага вонзилась в почву, прогнулась, задрожала... и кончик ее со звоном обломился.

— Остановитесь, сэр! Остановитесь! — воскликнул полковник, исполнявший обязанности распорядителя.

Но удержать Тарлтона было невозможно. Он снова отвел шпагу назад и с силой ударил врага сломанным клинком. Только вот врага на прежнем месте не оказалось: Джек перекатился на спину и, отбив тыльной стороной левой руки целившую в него сломанную шпагу, выбросил правую вперед и вверх. Выпад получился не длинный, но в этом не было надобности: Тарлтон, атакуя, сам подался ему навстречу. Острие шпаги Джека пронзило насквозь его ухо и оторвало от него половину, оказавшуюся нанизанной на клинок, как мясо для шашлыка. Джека уже во второй раз за сутки обрызгало кровью.

— Первая кровь... сэр, — выдохнул Абсолют.

Тарлтон взревел, зрители разразились криками. Но к этим звукам добавился еще один, до сего момента не услышанный. Протрубил рог. На его зов откликнулся второй, потом третий... Звучали они не так уж далеко от места дуэли. Соперников растащили в стороны. Вперед выступил распорядитель.

— Господа дуэлянты, сюда направляется полиция. Первая кровь пролита, сатисфакция получена, не так ли? Пожмите друг другу руки и расходитесь. Никто из нас не хочет угодить за решетку, верно, джентльмены?

9
{"b":"11535","o":1}