ЛитМир - Электронная Библиотека

После покушения на жизнь Лайла Лаваллета полиция предложила Дрейку охрану.

Он отказался. Не хотел посвящать ФБР в подробности своей личной жизни.

— Никому в голову не придет убить меня, — заявил он. Его жена, протрезвев ненадолго, предложила увеличить число телохранителей.

— У меня уже есть двое, и это больше, чем нужно, — отверг он и это.

Его телохранители были из бывших центровых «Детройтских львов». Дрейк Мэнген держал их по двум причинам: во-первых, они не облагались налогом, а во-вторых, он был большой поклонник футбола и за ленчем любил слушать байки про их боевые заслуги. Остальное рабочее время охранники проводили в прохладном холле первого этажа «Нэшнл автос», в то время как сам он варился в офисе на двенадцатом этаже.

Вот почему, когда Дрейк Мэнген услышал выстрелы, по шахте лифта донесшиеся до него из холла, он только слегка поднял бровь, не удивился и определенно — не испугался. Такое случалось, и даже, бывало, по несколько раз в неделю.

Тем не менее Мэнген приказал секретарше позвонить в холл.

— Спросите охрану, что там происходит.

Секретарша почти немедля с озабоченным видом вернулась в его кабинет.

— Мистер Мэнген, там, кажется, непорядки.

— Какого рода? Что, опять кто-то из этих ходячих бифштексов ранил себя в ногу?

— Нет, мистер Мэнген. Один из них застрелил охранника.

— Черт. Разве он не знает, как это обременительно для нашего страхового фонда? — Секретарша пожала плечами. — Ну ладно, пусть поднимутся сюда, и мы решим что делать.

— Не получится. Они тоже убиты. Другими охранниками.

— Что там, черт возьми, происходит? Сколько всего убитых? С кем вы разговаривали?

— Точно не знаю. У этого человека какой-то странный тоненький голос.

Квакающий. Как у китайцев. Он сказал, это в него они стреляли.

— Что еще?

— Он сказал, что поднимается наверх.

— Наверх? Сюда, что ли?

— Вы знаете еще какой-нибудь верх, мистер Мэнген?

— Ладно, не умничайте. Звоните лучше в полицию.

В этот момент приглушенный шум лифта достиг их этажа.

— Это он, — сказал Дрейк Мэнген, озираясь, куда бы смыться.

Лифт, урча, распахнул двери. Из недр его выплыла и очутилась на пороге кабинета фигура.

Дрейк Мэнген ткнул в нее обвиняющим перстом.

— Ты! Убийца!

Чиун, Мастер Синанджу, ответил улыбкой на этот редкий знак признания со стороны белого человека.

— Автографов не даю, — сказал он, ореховыми глазами по-птичьи оглядев помещение. Он был в персиковом кимоно, с большим вкусом отделанным черным шелком. — Если я здесь останусь, мне нужна комната. Эта подойдет.

— Это мой кабинет, — непреклонно сказал Мэнген.

— Для белого у тебя почти приемлемый вкус.

— Что ты сделал с моими охранниками?

— Ничего, — сказал Чиун, любуясь букетом на длинном столе для заседаний.

— Они это сами с собой сделали Я всего лишь информировал их о том, что являюсь личным эмиссаром их собственного правительства, но они отказались впустить меня. А потом принялись стрелять друг в друга. Очень нервные типы.

— Они что, перестреляли друг друга, стараясь попасть в тебя? недоверчиво переспросил Мэнген.

— Старанием я бы это не назвал, — выразительно пожал плечами Чиун.

Мэнген кивнул секретарше, которая скользнула в приемную, и тут же раздалось «би-бип» кнопочного телефона.

— Что это ты сказал о правительстве? — громко спросил Мэнген, надеясь заглушить свидетельство того, что секретарша зовет на помощь.

Чиун оторвался от цветов и решил не обращать на звонок внимания.

— Тебе очень повезло, — сказал он. — Как правило, меня нанимают защищать конституцию. Сегодня я защищаю тебя.

— Меня?! От чего?

— От неправедного убийства, конечно.

— А что, бывают другие?

Чиун сплюнул на восточный ковер, в котором признал иранский.

— Конечно. Убийство оружием — неправедное убийство. Убийство не за плату — неправедное убийство. Убийство...

— Кто тебя послал? — перебил Мэнген, когда секретарша сунула голову в дверь и подняла вверх большой палец.

Отлично. На подходе подмога. Надо только чем-то отвлечь старого идиота.

— Это секрет. — Чиун прижал к губам указательный палец. — Но тот, кто меня послал, втайне правит этой страной по поручению вашего президента.

Только никому не говори об этом, не то рухнет правительство.

— Понятно, — соврал Мэнген и как бы украдкой скользнул в кожаное кресло за массивным письменным столом. Стол был очень массивный и очень удобный для ныряния под него на случай перестрелки, которую Мэнген ожидал с минуты на минуту.

— Тогда, может, когда-нибудь объяснишь это мне, — сказал Чиун. — Теперь к делу. Скажи, были у тебя какие-нибудь контакты с человеком по имени Римо Уильямс?

— Нет. Кто это — Римо Уильямс?

— Римо Уильямс — это мой ученик. Он кореец, как я. На одну шестнадцатую кореец. Но дело в том, что появился самозванец, который называет себя Римо Уильямсом. Он хочет тебе зла, и я здесь, чтобы защитить тебя от него.

— И работаешь ты на президента?

— Я ни на кого не работаю! — возмутился Чиун. — У меня контракт с императором. Он работает на президента. — Чиун улыбнулся. — Но я уверен, президент знает, что я здесь.

Тут двери лифта распахнулись и в офис, держа оружие дулом вниз, вбежали четверо полицейских.

— Стреляйте! — закричал Мэнген. — Во всех, кроме меня!

Чиун обернулся, а Мэнген выскочил из кабинета в приемную и мимо стола секретарши кинулся в маленький альков, где схватился за телефонную трубку.

За его спиной кто-то из полицейских сказал:

— А теперь, старина, вот что: ты только не серди нас, и тебе не причинят вреда.

В трубке раздался ответный щелчок.

— Мне нужно поговорить с президентом, — сказал Мэнген.

— Это срочно, мистер Мэнген? — поинтересовался оператор Белого дома.

— Я личный друг президента. Я выложил семизначную сумму из доходов корпорации на его переизбрание!

Через несколько секунд до него донесся голос президента Соединенных Штатов:

— Рад тебя слышать, Дрейк. У тебя все в порядке?

— Есть один вопрос, господин президент. Знаю, что ли прозвучит дико, но не посылали ли вы, случайно, охранять меня одного китайца?

— Опишите его.

— Футов пяти ростом, лет восьмидесяти на вид. В каком-то розовом женском халате. Только что смел к черту всю мою охрану.

— Отлично. Значит, он действует, — сказал президент.

— Сэр? — переспросил Мэнген.

— Все хорошо, Дрейк. Можешь расслабиться. Ты в хороших руках.

— В хороших руках? Но, господин президент, он же древний старик!

— Это неважно, — сказал президент. — Я послал его тебе на защиту.

— От чего?

— От того психа, который подстрелил Лаваллета. Не можем же мы позволить, чтобы он разнес весь мозговой центр Детройта!

— И для защиты прибегаем к помощи китайца?

— Корейца. Смотри, не вздумай назвать его китайцем, — предостерег президент. — Я за последствия не отвечаю. А паренек его тоже там?

— Нет, старик один.

— Ну, одного из них вполне хватит, — сказал президент. — Так что держи меня в курсе. Привет жене. И, между прочим, не стоит об этом распространяться. Я, например, о нашем разговоре уже забыл.

— Все понял, господин президент.

Мэнген положил трубку и бегом кинулся назад. Черт, старый пень и впрямь от президента, а он натравил на него четверых верзил! Как оправдаться, если старика уже нет на свете?

Чиун был на этом свете. Он спокойно сидел за письменным столом Мэнгена.

Четверо полицейских лежали в центре ковра, скованные вместе собственными наручниками, и извивались, стараясь освободиться.

— Мистер Мэнген! — закричал один из них. — Пошлите за подкреплением!

Мэнген покачал головой:

— Нет необходимости, ребята. Дело в том, что я обознался. Пожилой джентльмен, как выяснилось, — один из моих охранников.

— Ну тогда выпустите нас отсюда, — попросил другой полицейский.

15
{"b":"11538","o":1}