ЛитМир - Электронная Библиотека

— Нет.

— Понимаю. — Она озорно улыбнулась. — А к сестре приходского священника?

Он немного помолчал, и уголки его губ слегка дрогнули, как будто он сдерживал улыбку.

— Не помню такого.

— Значит, к гувернантке? — Нет.

— Купеческой вдове? — Нет.

— Пастушке? — Нет.

— Леди — хозяйке дома?

Его взгляд встретился с ее взглядом. На мгновение внешность пожилого дворецкого исчезла и, казалось, годы отступили. В его глазах промелькнула искра, отчего у Делии перехватило дыхание. Передней внезапно возник образ мужчины, каким Гордон, должно быть, когда-то был.

— Нет. — Он опустил голову и бросил кости, продолжая играть как ни в чем не бывало.

Делия перешагнула барьеры между хозяйкой и слугой. Нет, она просто перепрыгнула через них. Бедный старик неумышленно открыл душу перед ней. Из-за ее любопытства он неосторожно выдал свою тайну.

По его взгляду она догадалась, что он когда-то влюбился в женщину, занимающую более высокое социальное положение. Очевидно, эта женщина разбила его сердце. И Делия почувствовала, как в ней нарастает праведный гнев в защиту несчастного дворецкого.

Она бросила кости и постаралась придать своему голосу небрежный тон:

— Она тоже любила вас?

— Свое сердце она отдала другому, — произнес он сдавленным голосом.

— Понимаю. — Делия передвинула свою шашку на семь позиций, заняв превосходное положение на доске, но все ее внимание поглотил человек, сидящий напротив. — Значит, она любила кого-то другого?

— Леди Уилмонт. — Гордон положил руки на стол и решительно посмотрел ей в глаза. — Поскольку все произошло очень, очень давно, я едва ли смогу вспомнить подробности. Моя прошлая жизнь осталась в прошлом, и я предпочитаю не вспоминать о ней.

— Конечно, — тихо произнесла Делия и замолчала. Гордон не желает обсуждать свое прошлое. И все же… — Так, значит, она любила кого-то другого? — повторила она свой вопрос.

Он передвинул свои шашки, не глядя на нее.

— Она была вдовой и продолжала любить своего покойного мужа.

— Понятно. — Делия попыталась придержать язык, но безуспешно. — И вы отказались от надежды, что со временем…

— Обстоятельства оказались довольно необычными. Я не отказался, а лишь принял ситуацию такой, какая она есть. — Он твердо поставил чашку с костями перед ней. — Если мы будем продолжать исследовать уязвимые места моего прошлого, то я должен сказать вам о своем предпочтении играть в триктрак в более мирной обстановке. И в тишине.

— Как интересно! — Она взяла чашку и бросила кости, продолжая разговаривать: — А я всегда считала, что беседа, как и игра, способствует приятному времяпрепровождению.

— Для меня такой факт весьма удивителен, — тихо произнес Гордон.

Она слегка улыбнулась. Представлял он или нет, насколько он забавен? Какой странный оборот приняла ее жизнь! Дворецкий становился ее ближайшим другом.

Может, к подобному располагал поздний час, или уютная, интимная обстановка библиотеки, или добродушное подшучивание, сопровождавшее их игру. Ей внезапно пришло в голову, что искренние отношения, сложившиеся между ней и пожилым человеком, оказались самыми приятными товарищескими отношениями, которые она хотела бы иметь когда-нибудь с мужчиной, но более молодым. В своем воображении она представляла себя играющей в триктрак поздно вечером, беседуя, смеясь и поддразнивая друг друга с пока еще неизвестным молодым джентльменом. В настоящее время она не знала, как он будет выглядеть, но отчетливо видела его руки: сильные, уверенные и решительные.

Очень похожие на руки Гордона, но, конечно, они будут принадлежать тому молодому человеку, которого она полюбит.

Глава 6

Делия вошла в прихожую Эффингтон-Холла и глубоко вдохнула воздух, насыщенный запахами, пробудившими воспоминания о детстве. Благодатные ароматы старинного дома, содержащие тонкие оттенки корицы и гвоздики, растительных масел и свечей, напоминающие о давно ушедших днях и о привязанности, остающейся навсегда.

Несмотря на то что Делия почувствовала себя так же хорошо, как и раньше, она не могла отделаться от мучительного смятения. Разумеется, она и должна ожидать чего-то подобного, поскольку впервые после замужества встречалась с большинством членов своей семьи и не представляла, как ее примут. Бабушка, безусловно, желала ее присутствия здесь, но как отнесутся к ней остальные?

Делия воспринимала свой приезд сюда как своеобразное испытание, хотя сама идея пренебречь обычаем и открыто игнорировать правила соблюдения траура казалась неприемлемой. Ей недоставало духу пройти через предстоящее испытание.

— Не могу поверить, что ты так долго отсутствовала, — проговорила Кэсси, заключая сестру в объятия. — Я ждала тебя в течение двух дней и боялась, что ты вообще не приедешь.

— Бабушка требовала моего присутствия, и я не могла отказать ей. В отличие от моих прочих преступлений такое я бы себе не простила. — Делия высвободилась из объятий сестры. — Полагаю, мама тоже здесь?

— Конечно. — Кэсси окинула взглядом сестру, и ее брови сошлись вместе. — Боже, ты ужасно выглядишь в черном. Я заметила тогда, у тебя, еще раньше, но не хотела ничего говорить.

— Спасибо за сдержанность.

— Сейчас тебе не стоит придерживаться такого тона. — Кэсси улыбнулась. — Удивительно, но черный цвет мне очень идет.

Делия ответила ей мягкой улыбкой.

— Тогда тебе надо стать вдовой.

— Именно такая мысль у меня в голове, — подтвердила Кэсси с насмешливым выражением глаз.

— Что ты хочешь сказать? — Делия не первый раз слышала от сестры подобные слова, и они не нравились ей.

— У нас будет время для объяснений позднее. — Кэсси взяла сестру под руку и повела ее к лестнице. — Твоя комната готова. Она соединяется с моей, так что мы сможем обсудить все, что произошло.

— Мои новости займут не более двух минут. — Делия вздохнула и начала подниматься по лестнице вслед за сестрой. — В моей жизни не произошло ничего особенного со времени нашего последнего разговора, если не считать, что я решила потратить деньги Чарлза на обновление дома и очень хотела бы, чтобы ты помогла мне.

— Как здорово! Я с удовольствием помогу. В твоем доме довольно мрачновато и мебель тяжеловесна, на мой вкус. На твой тоже, насколько я представляю. Кроме того, теперь ты имеешь полное право переделать его на свой лад.

— Однако я чувствую некоторые угрызения совести. Кэсси остановилась и посмотрела на сестру:

— Какого черта ты должна испытывать угрызения совести? Чарлз обошелся с тобой не лучшим образом, а потом погиб. Я полагаю, использование его состояния по своему усмотрению — самое малое, что ты можешь извлечь из нынешней ситуации.

— Кэсси!

— О, дорогая, мои слова звучат весьма корыстно и несимпатично, не так ли?

— Разумеется.

— Извини, дорогая, но именно так я думаю обо всем случившемся. Твой муж плохо обошелся с тобой…

— Но он женился на мне.

— Тем самым дал тебе право наследовать его состояние. Чертовски благородно с его стороны сделать тебе единственное одолжение при всем своем безобразном поведении. — Кэсси продолжала подниматься по лестнице. — Ты хочешь, чтобы я оставалась откровенна с тобой, не так ли?

— Не всегда, — тихо пролепетала Делия. Сестра рассмеялась:

— Сейчас ты устроишься и освежишься после дороги, а потом, о, чуть не забыла, — умышленно небрежным тоном проговорила она, — бабушка ждет встречи с тобой.

— Что? — Делия остановилась и недоверчиво посмотрела на Кэсси. — Прямо сейчас?

— Не сию минуту, конечно. — Кэсси сморщила носик, — однако как можно быстрее. Как только твоя карета появилась вдалеке, бабушка послала меня встретить тебя и собрать всех остальных…

— Всех? — удивленно воскликнула Делия. — Что значит всех?

— Ну, не совсем всех, разумеется. Не будет отца, герцога и других дядей, кузена Томаса и…

— Кто же тогда будет?

— Тетя Кэтрин, конечно, тетя Эбигейл, тетя Грейс и…

19
{"b":"1154","o":1}