ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я уже взял на себя такую ответственность.

— Вы должны также понимать, что, если кто-нибудь узнает, кем вы являетесь на самом деле, ее репутация будет разрушена.

— Прошу прощения, ваша светлость, но ведь ее репутация уже разрушена…

— Разве? — Он нахмурился. — А я слышал о взаимной любви. О том, что бывший повеса стал совсем другим человеком и все такое. Что произошла очень романтическая и трагическая история.

— Да, сэр.

— Учитывая прошлое, ей будет трудно восстановить свое доброе имя, если к тому же станет известно, что виконт Сент-Стивенс, в каком бы обличье он ни представал, проживает в доме леди Уилмонт наедине с ней. Я не хочу, чтобы она снова стала объектом скандала. Поэтому, полагаю, если что-то станет известно о подобном деле, вы поступите благородным образом.

— Что вы имеете в виду, сэр?

Герцог поднял бокал. Лицо его расплылось в самодовольной улыбке, а в глазах появился странный блеск, выражавший одновременно и веселость, и предупреждение. — Будем считать, мой мальчик, что игра началась.

Глава 8

— Я никогда в жизни не чувствовала себя так неловко, — произнесла Делия, сохраняя приятную улыбку на лице. — Все смотрят на меня.

— Не говори чепухи, — отмахнулась Кэсси, точно также улыбаясь. — Не все.

— Я знала, что мне не следует приходить сюда, — прошептала Делия. Ей потребовалась вся се решимость, чтобы надеть платье, которое Кэсси и бабушка заказали для нее, и появиться на балу. Черный кружевной наряд выглядел не очень скромным. Когда она смотрела на себя в зеркало, то напоминала опытную женщину. И цвет лица не казался таким уж бледным, как обычно. Однако теперь, когда Делия оказалась на публике, она уже сомневалась, что у нее хватит смелости пренебречь традициями и действовать, как подобает опытной женщине. Она призвала всю свою волю, чтобы не повернуться и не убежать сию же минуту.

— Вздор, моя детка, здесь дом твоей семьи, и ты имеешь полное право находиться в нем, — убедила ее бабушка.

— Сомневаюсь, что гости разделяют твое мнение, бабушка, ведь я формально все еще нахожусь в трауре по мужу, умершему всего полгода назад.

— Но ты же не танцуешь на его могиле. И надо иметь в виду, что ты находишься в положении вдовы дольше, чем была женой. Никто не считает, что ты обязана вести затворнический образ жизни. — Бабушка самодовольно улыбнулась. — Кроме того, я думаю, что ни здесь, нив Лондоне никто не осмелится задаваться вопросом о пристойности твоего присутствия на балу, пока я благословляю твое поведение, а я именно так и делаю. Твой траур еще не кончился, но в нашем доме действуют мои правила. И еще хочу сказать: мне кажется, что правила, определяющие поведение женщины в период траура, установлены мужчинами только для того, чтобы жены не прикончили их раньше времени.

— Бабушка! — Кэсси в изумлении широко раскрыла глаза. — Не могу поверить, что вы говорите такие вещи.

— Я шокировала тебя, Кассандра? Превосходно. — Бабушка усмехнулась. — Мне доставляет удовольствие шокировать молодых людей. Я чувствую себя мудрой, что весьма приятно. Так о чем я говорила?

— Что-то о женщинах, которые приканчивают своих мужей, — тихо подсказала Делия.

— Ну да. — Бабушка кивнула. — Думаю, ни одна женщина в здравом уме не будет не считаться с тем, что ей придется одеваться в черное и избегать всевозможных приятных мероприятий в течение целого года.

— Конечно, сознание того, что я буду выглядеть ужасно, остановит меня от убийства мужа, — пробормотала Кэсси.

— И я уверена, в таком случае мужчины могут спать спокойно. — Бабушка кивнула на танцующих в.середине зала. — Почему бы тебе не потанцевать, Кассандра? Танцевать гораздо приятнее, чем сидеть в нашей компании.

— Я бы тоже потанцевала, если бы представилась такая возможность. — Делия попыталась, но безуспешно, скрыть грусть в своем голосе. Впрочем, если она действительно решила участвовать в рискованных приключениях и не бояться скандального поведения, то танцы во время траура не такое уж значительное событие.

— А мне доставляет удовольствие ваша компания. — Кэсси наклонилась и поцеловала бабушку в щеку. — Ваши взгляды на мир и суждения о жизни всегда очень интересны.

— Конечно. Мой возраст имеет некоторое преимущество, поскольку позволяет мне говорить то, что я думаю.

— Вы еще достаточно молоды. — Делия нежно улыбнулась бабушке.

— Возможно, только душой, моя дорогая.

— И мы очень благодарны вам за нее, — ласково сказала Делия. — Однако я чувствую, что уже достаточно поприсутствовала на балу и мне пора удалиться.

— Еще слишком рано, чтобы ретироваться после первой вылазки в общество, Филадельфия, — мягко остановила ее бабушка. — Неужели твоя храбрость так быстро улетучилась?

— Да. — Делия пожала плечами. — Не думала, что мне будет так тяжело здесь. В действительности, как всегда, все оказывается гораздо сложнее, чем можно себе представить.

— Все дело в черном одеянии. — Кэсси окинула взглядом сестру. — Хотя твое платье лучше всех тех, какие я видела у тебя, черный цвет тебе не идет.

— Она будет гораздо лучше выглядеть в платье такого цвета, как у тебя, Кассандра. — Бабушка посмотрела на Кэсси. — Как ты думаешь?

— Я не сомневаюсь, — твердо ответила Кэсси.

Ее сшитое по последней моде платье было нежно-зеленого цвета с мягкими оттенками морской волны. Материал переливался и, казалось, мерцал сам по себе. Делия вздохнула:

— Может, и я надену такое когда-нибудь.

— Если вы извините нас, бабушка, я провожу сестру в наши комнаты, — неожиданно объявила Кэсси. — Я вспомнила, что хотела показать ей кое-что.

— Ноты собираешься вернуться? — спросила бабушка.

— Конечно. Впереди целый вечер, и я хочу весело провести его, — решительно сказала Кэсси. — Здесь столько джентльменов, которые еще не приглашали меня танцевать. — Она улыбнулась, и на щеке ее обозначилась ямочка.

— Желаю приятно провести вечер, — Делия наклонилась, поцеловала бабушку в щеку и прошептала ей на ухо: — Спасибо за все.

— Дорогая моя детка, я хотела бы сделать больше для тебя, но, возможно, твоя сестра… — Бабушка посмотрела на Кэсси, которая невинно улыбалась. Бабушка многозначительно отвела взгляд. — Я отказываюсь оправдывать или порицать что-либо в сегодняшний вечер.

— Что значат твои слова? — Делия в замешательстве сдвинула брови.

— Не обращай внимания. — Бабушка помахала им рукой. — Идите и отдыхайте.

Сестры попрощались и пошли, раздавая направо и налево приветственные поклоны и улыбки. Они покинули бальный зал и начали подниматься по лестнице.

— Что ты хочешь показать мне? — спросила Делия, взглянув на сестру.

— Потерпи, дорогая. — Кэсси улыбнулась таинственной улыбкой, не сулившей ничего хорошего. Она не сказала больше ни слова, пока они не оказались в ее комнате, плотно закрыв за собой дверь.

— Ну? — Делия скрестила руки на груди. — Что ты хотела показать мне?

— Вот, смотри. — Кэсси кивнула в сторону кровати и улыбнулась.

Делия сделала шаг к кровати, и у нее перехватило дыхание. Она не верила своим глазам.

— Что это?

— Платье для тебя. — Кэсси осторожно подняла платье из легкого мерцающего материала зеленоватого цвета с оттенками морской волны — точную копию того, что надето на ней.

— Что ты задумала? — медленно произнесла Делия.

— Ты не хуже меня знаешь, что я имею в виду. Делия покачала головой:

— Я не могу так сделать.

— О, — Кэсси заманчиво протянула ей платье, — ты можешь.

— Ни за что…

— Можешь. — Кэсси подошла к ней ближе, словно предлагая запретное угощение.

Делия протянула руку и осторожно потрогала мягкий и нежный шелк.

— Оно не черного цвета, а все считают, что я должна носить черное…

— А я так не считаю. — Голос Кэсси сделался искушающим.

Делия взглянула на сестру:

— Пусть сегодня будет что-то вроде приключения. Кэсси кивнула:

— А разве не ты говорила мне, что хотела бы жить жизнью, похожей на большое приключение?

26
{"b":"1154","o":1}