ЛитМир - Электронная Библиотека

Правда, он не отшатнулся от нее, когда она сказала, что хочет стать опытной женщиной. Делия задумчиво сдвинула брови. Как странно. Тем не менее он не сомневается, что она уже приобрела некоторый опыт. Как, черт возьми, объяснить ему?

— Что объяснить?

Делия резко обернулась. Тони стоял в открытом дверном проеме, скрестив руки на груди, с понимающей улыбкой на лице.

— Как долго ты находишься здесь?

— Достаточно долго, чтобы услышать, как ты рассуждала вслух о том, чтобы что-то объяснить мне. Так давай же, объясняй.

— На самом деле я не имела в виду ничего существенного. — Она весело улыбнулась и широко развела руки. — Что ты думаешь о комнате?

— Она синяя. — Он вошел в комнату, закрыл за собой дверь и двинулся к ней, развязывая галстук. — И хорошо сочетается с цветом твоих глаз.

— Верно. — Делия сделала вид, что не обращает внимания на его приближение, в то время как он снял галстук и бросил его на единственное кресло в комнате. Внутри у нее нарастало волнение. — Мне нравится материал, который выбрала Кэсси, хотя я помогала ей также в выборе обоев для стен и…

— Ты говоришь о пустяках, Делия, — заметил он интимным тоном и мысленно добавил: «Ты же хочешь меня».

Он снял сюртук и бросил его на спинку кресла.

— Я никогда не говорю о пустяках, — прошептала она, отступая назад. Она хотела его, хотела его близости более всего на свете, но не могла подавить дрожь волнения, хотя Тони стал для нее дороже всех.

— А сейчас говоришь. — Он сел на край кресла и стянул сапоги.

«Ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе, ласкал тебя».

Она старалась не обращать на него внимания.

— Особенно мне нравятся золотистые штрихи тут и там. Их не много, но достаточно, чтобы создать определенную атмосферу. Ощущение…

— Обольщения? — Тони встал, снял рубашку и бросил ее на пол. Его плечи предстали впечатляюще широкими, руки и грудь мускулистыми, а талия очень узкой. Делия проглотила подступивший к горлу ком.

«Ты испытаешь то, чего никогда не испытывала». Делия продолжала, словно не замечая, что он одет только наполовину:

— И все-таки, даже после того что мы сделали, комната кажется очень большой и пустой. Конечно, еще не все обставлено. Значительная часть мебели пока не прибыла.

— За исключением, — он насмешливо улыбнулся, — кровати. Она весьма впечатляющая.

— Впечатляющая? — Делия повернулась и поняла, что он имел в виду.

Кровать действительно весьма внушительная. Делия до настоящего момента не предполагала, что она изготовлена во французском стиле и выглядит такой импозантной с темно-синим балдахином, отделанным золотом, и шелковой драпировкой. По сравнению с кроватью Чарлза она более массивная, а в данный момент предстала огромной, необъятной, бесконечной. Казалось, пенистые морские волны манили окунуться в чувственное наслаждение. Она явно служила для соблазнения.

— Очень впечатляющая. — Голос Тони прозвучал совсем рядом.

— В самом деле? А я не заметила.

Он подошел так близко, что она почувствовала жар его тела, проникающий до самых костей, и движение его груди придыхании. Если повернуться, она соприкоснется с ним.

— Кровать создает некоторую иллюзию. — Он ласково положил руки ей на плечи.

— Иллюзию? — Она едва могла говорить. Руки Тонн скользили по ее рукам и возвращались назад к плечам. Его медленные, убаюкивающие движения явно не гармонировали с ярким дневным светом, льющимся из окон.

— Иллюзию совершенства, может быть. — Он слегка коснулся губами ее шеи сзади. Она закрыла глаза и опустила голову.

— Наверное, такое впечатление создает синий цвет в сочетании с золотом? — прошептала она, сдерживая дыхание и наслаждаясь ощущением его губ на своей коже.

— У тебя голубые глаза. — Она почувствовала легкий рывок у заднего выреза платья и поняла, что он развязал верхнюю ленту. Затем он начал расстегивать пуговицы от шеи до талии так ловко, что она ничего не чувствовала, кроме того, что корсаж перестает стягивать ее. Наконец он развязал нижнюю ленту. Очевидно, он делал это не раз. — И золотистые волосы.

Тони распахнул платье, и легкий ветерок из окна коснулся ее спины. Она вздрогнула от удовольствия, ощутив прохладу воздуха.

Он снова поцеловал ее в шею сзади и коснулся обнаженного плеча. Затем спустил ее платье ниже вдоль рук, и она нетерпеливо высвободила их, отчего платье упало к ее ногам, и она осталась только в сорочке, чулках и туфлях.

Тони осторожно привлек ее к себе, к своей обнаженной груди, горячей и твердой. Делия почувствовала его возбужденную плоть, прижимающуюся к ней. Она положила голову ему на грудь, склонив слегка набок, и он обнял ее за талию и притянул к себе еще ближе. Делия вся предалась ощущению его тела, его губ на шее и широких ладоней на своем животе.

Он медленно двинул руки кверху и обхватил ее груди пальцами, тепло которых проникало сквозь тонкую сорочку. Она затаила дыхание. Его большие пальцы начали ласкать ее соски, которые сразу напряглись.

Казалось, они стояли так целую вечность: она прижималась спиной к его груди, а он нежно ласкал ее руками. Его прикосновения казались легкими, нежными, почти благоговейными и очень умелыми. Она воспарила в блаженстве, , чувствуя биение своего и его сердец. Глаза она по-прежнему не открывала, но перед мысленным взором вздымались голубые и золотистые волны. Ощущение она испытывала великолепное, но недостаточное.

Тони повернул ее к себе лицом. Делия открыла глаза, встретилась с ним взглядом и затаила дыхание. В его потемневших глазах отражались страсть и желание. Он поцеловал ее в губы долгим, пьянящим поцелуем, поднял на руки и отнес на постель, затем медленно снял с нее туфли. Делия не представляла, что такое простое действие может оказаться чрезвычайно интимным и возбуждающим. Он развязал ее подвязки и скатал один за другим чулки такими же медленными чувственными движениями, какими снимал ее перчатки в карете.

Потом он начал расстегивать свои штаны, и она поняла, что если хочет что-то сказать ему, то сейчас самое время.

— Тони…

Его потемневшие глаза устремились на нее.

— Да, Делия?

Она оперлась на локти и сделала глубокий вдох.

— Боюсь, наступил момент, когда надо честно все сказать.

Его руки замерли на пуговицах.

— О чем ты?

— Я хочу сделать еще одно признание.

— Сейчас? — удивился он.

— Думаю, лучше сейчас, — промолвила она слабым голосом. — Я не хочу, чтобы ты разочаровался.

Он недоверчиво фыркнул:

— Невозможно, чтобы я разочаровался тобой.

— Я не такая, — она села на постели и посмотрела ему в глаза, — опытная, как ты можешь подумать.

— Но ты же была замужем, — медленно произнес он. Да, но не очень долго и не очень, — она поморщилась, — часто.

— Но ты имела… то есть делала…

— Конечно, но я не знаю, как объяснить тебе, — произнесла она едва слышно.

— Лучше побыстрее, — пробормотал он. Делия взглянула на него:

— Мне очень трудно, я смущаюсь, а ты ведешь себя крайне эгоистично.

— Да, я чувствую себя эгоистом в данный момент. Но ты едва ли можешь обвинять меня. Я не думал, что мы начнем говорить на такую тему.

— Я тоже, но я хочу оставаться честной с тобой. — Она поймала его взгляд. — Я хочу, чтобы ты стал моим мужем на всю оставшуюся жизнь, и неправильно начинать совместную жизнь, не открывшись до конца.

— Честность имеет свои положительные и отрицательные стороны, — неохотно заявил он.

— Я тоже так думаю, но полагаю, что тебе следует знать. — Она тяжело вздохнула. — Чарлз и я, ну, мы не…

— Ты ничего не делала? — Тони покраснел от потрясения.

— Успокойся и выслушай меня до конца. Мы делали это, — она задержала дыхание, — но только однажды.

— Однажды? — удивился он. — Что значит однажды?

— Именно то и значит. Кажется, все вполне понятно. Однажды, то есть один раз. Одну ночь. Одно… ммм… приключение. — Она беспомощно обвела рукой постель. — В общем, однажды.

— Но ты была замужем почти неделю?

54
{"b":"1154","o":1}