ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– О нет, Четин…

Она была смущена и расстроена, ей не хотелось причинять ему боль. Ей вспомнилась неприязнь Крейга к этому человеку, и она стала сомневаться, были ли для этого какие-нибудь реальные причины. Сейчас у нее не было сомнения в искренности Четина. Она знала, что он был искренен, когда говорил, что она – первая девушка, которая так много значит для него, и что он готов выполнить любое ее желание.

Как ему объяснить? Она повернулась к нему, увидев в его глазах ожидание вместо прежнего безразличия, странную ранимость вместо обычной бравады.

Джанет покачала головой, не в силах найти слова, которые не ранили бы его. Она подумала о своей любви к Крейгу, и ее сочувствие усилилось.

– Все не так, – пробормотала Джанет почти про себя. – Все совсем наоборот.

– Что?.. – Он казался слегка ошеломленным, и это было так на него не похоже. – Ты не можешь полюбить меня?

Казалось, положение немного прояснилось, но у Джанет комок подступил к горлу, когда она увидела в его глазах страдание. Она грустно покачала головой.

– Нет, Четин. Мне очень жаль, но…

– Это было слишком неожиданно для тебя… Я был слишком прямолинеен… и нетерпелив? Правда? Английские девушки… к ним ведь нужен особый подход?

Он буквально умолял ее. Никогда в своей жизни Джанет не сталкивалась с такой тяжелой задачей: твердо сказать человеку, что она никогда его не полюбит.

– Ты не хочешь выходить за меня, потому что я турок…

– Дело не в этом, – быстро ответила она. – Какое бы это имело значение, если бы я тебя полюбила?

– Значит, турки тебе нравятся? – с надеждой спросил он.

– Конечно. Я бы не стала жить в стране, если бы мне не нравился ее народ. – Турки казались ей немного мрачными, но это было только внешне. В душе они были дружелюбны и отзывчивы, хотя порой слишком традиционны. Но можно ли считать это недостатком? Во всяком случае сейчас это было неважно.

– Тогда… – Он протянул ладонь, как будто хотел взять ее за руку, но передумал. – Наверное, все это слишком неожиданно. Обещай мне, Джанет, что подумаешь.

И снова она убеждала его, пока он наконец не смирился со своей судьбой. Он только просил, чтобы Джанет хотя бы иногда появлялась с ним в обществе. Раньше она этого не делала, только в компании с другими. Она бывала с ним наедине лишь в тех случаях, когда он подвозил ее домой после вечеринок.

– Я не знаю, Четин, стоит ли нам… – честно сказала она. – Учитывая твои чувства.

– Ты думаешь, я способен обидеть тебя?

– Конечно, нет, но… – Она замолчала. Так трудно выразить словами свои мысли и сомнения…

Они помолчали немного, потом Четин заговорил с деликатностью, которая слегка рассмешила Джанет и в то же время растрогала.

– Салли и Гвен уезжают на каникулы домой, в Англию. Тебе будет скучно одной. Позволь мне сопровождать тебя и показать мою страну?

Ее первым побуждением было отказаться, но она колебалась, а Четин убеждал ее, обещая никогда не говорить о своих чувствах, не смущать ее. Он казался искренним и так просил согласиться, что Джанет решила: не будет ничего плохого, если она раз-другой сходит с ним куда-нибудь. Четин будет рад, что она согласилась, а для нее… по крайней мере, будет какое-то развлечение в однообразном и одиноком отдыхе.

– Хорошо, Четин, – улыбнулась она. – Уговорил.

Еще через две недели рана совсем зажила, и повязку наконец сняли. Джанет чуть прихрамывала – нога еще побаливала, но доктор уверял, что боль скоро пройдет и она полностью поправится. Все считали, что она легко отделалась, и Джанет, хотя поначалу стеснялась своего шрама – он был заметен, когда она надевала шорты или купальник, – была рада, что все обошлось сравнительно легко.

Вечером накануне отъезда Салли и Гвен в Англию Джанет вместе с ними и еще несколькими молодыми людьми отправились в небольшое кафе на берегу Босфора. Они ели рыбные блюда турецкой кухни и пили ракию. Потом пошли в ночной клуб посмотреть танец живота. Было далеко за полночь, когда все закончилось, и Четин повез Джанет домой.

– Когда мы снова увидимся? – спросил он у ворот ее дома.

– Позвони мне, Четин, – ответила она, чувствуя такую усталость, что даже подумать не могла о следующей встрече. – Марк и Тони уезжают послезавтра, так что позвони мне дня через два.

На следующий день Джанет помогала брату и Тони готовиться к отъезду. Они собирались ехать на машине Марка и, предвидя трудности с жильем в этих глухих местах, брали с собой палатку и походную плиту. Джанет время от времени испытывала что-то вроде угрызений совести, когда Марк, не зная, что она остается дома одна, упоминал о ее собственном отдыхе, рекомендовал места, которые стоит посетить.

Ей даже в голову не приходило сказать Марку правду. Она была так рада, что ему наконец удастся отдохнуть. Он очень много работал, даже по вечерам ему приходилось готовиться к занятиям.

Когда они уехали, Джанет с трудом удалось подавить жалость к себе, она ощутила себя одинокой и покинутой. Дом остался в полном ее распоряжении. Миссис Байдур и Метат жили во флигеле, и она видела их только за столом.

Со времени отъезда Марка и Тони прошло два дня, когда позвонил Четин; к его большому сожалению, он был на дежурстве. Он часто бывал занят по службе, но в свободные дни они ходили куда-нибудь, а по вечерам посещали ночные клубы. Посещение достопримечательностей не доставляло Джанет былого удовольствия; каждый раз она вспоминала, как интересно ей было с Крейгом, как после осмотра дворца Топкапы она с нетерпением ждала следующей поездки с ним. Джанет начала понимать, что вечера, проведенные с Четином, должны к чему-то привести. Несколько раз, когда он отвозил ее домой, она чувствовала его желание поцеловать ее на прощание. После целой недели ежедневных прогулок по разным интересным местам города и ночным клубам, Джанет начала думать, не лучше ли ей было оставаться дома – читать книги и отдыхать в саду. К началу следующей недели она стала перебирать предлоги, чтобы отказаться от приглашений Четина.

Все это время Джанет не видела Крейга, но от его шофера узнала, что он в Англии и вернется в конце недели. Он, конечно, не зайдет, потому что Марк уехал, да к тому же он, как и ее брат, думает, что она отдыхает с Гвен и Салли, так что у него просто нет причины заходить. Но Джанет не учла, что Мурад, шофер Крейга, узнав, что она осталась дома и никуда не уехала, передаст это Крейгу, едва тот вернется.

И в один прекрасный день Крейг явился. Джанет загорала в саду, книга лежала рядом с ней на траве. Возможно, ей только показалось – она относилась к этому очень болезненно, – что взгляд Крейга на мгновение остановился на шраме. Она инстинктивно попыталась прикрыть его рукой, но он уже перевел взгляд и внимательно посмотрел ей в глаза.

– Я не имел ни малейшего представления, что ты дома одна, пока Мурад не сказал мне. – Крейг с укором посмотрел на нее, потом поинтересовался, почему она изменила свои планы провести отпуск с друзьями. – Ты же сказала Марку, что собираешься поехать с ними.

Джанет покачала головой.

– Нет, я не собиралась. Марк посчитал это само собой разумеющимся, а я просто скрыла от него, что Гвен и Салли проведут лето в Англии.

– Они уехали в Англию? – Потом он добавил сердито: – Почему же ты не сказала Марку? Он бы никогда не позволил тебе проводить лето вот так, в одиночестве. – Сначала ее удивила его забота, но следующие слова все объяснили. – Тебе не приходило в голову, что Марк будет чувствовать себя виноватым, когда вернувшись, узнает, что ты все каникулы проторчала дома?

Джанет бросила на Крейга быстрый взгляд.

– Нет, об этом я как-то не подумала. – Так, значит, он заботится о Марке, а вовсе не о ней. – Я знаю, он не оставил бы меня одну, поэтому и промолчала. Марку нужно отдохнуть, Крейг. Он так много работал.

Некоторое время Крейг молчал, только хмурился. Несмотря на ее объяснение, он явно сердился на нее за то, что она не сказала брату об отъезде подруг и осталась в доме одна.

20
{"b":"11540","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Стань эффективным руководителем за 7 дней
Мама на нуле. Путеводитель по родительскому выгоранию
Четырнадцатый апостол (сборник)
Боевой маг. За кромкой миров
Тень горы
Любовница
Почему у зебр не бывает инфаркта. Психология стресса