ЛитМир - Электронная Библиотека

"Фу", - подумала я. - "Какая гадость".

– Все, - облегченно вздохнул металлист. - С этим захоронением покончено. Сан Саныч, сухого пайка не найдется?

Илюхина рука чуть заметно дрожала.

Я прислушалась. Бесов больше не существовало. Вероятно, Илюха каким-то образом соединил мое негативное отношение к бесам с моим же патологическим неприятием металла, и выступил передатчиком этой, прости господи, информации, для металла. Как именно он это сделал, для меня оставалось загадкой.

– Быстро вы, однако, - уважительно крякнул вояка. - Паек у меня сыщется. Но на полсотни порций не рассчитывай.

От участка почвы под ногами разило холодом, мох заиндевел, являя миру изнаночному клочок рождественского пейзажа в разгар бабьего лета.

– Ты как? - повернулась я к Илюхе.

– Порядок, - ответил металлист. - На пять раз меня еще хватит. Без еды. С едой дольше протяну.

– Так не годится, - возразила я. - В следующий раз я тоже участвовать буду.

– Если ты влезешь, от меня и за один раз рожки да ножки останутся.

– Рожек не останется, - возразила я. - Ты не женат.

Металлист фыркнул, и отвернулся. Взял протянутый воякой брусок, сел на бревно, принялся молча жевать, бросая на меня сердитые взгляды. Вскоре на его лице появилась и вовсе гадливая гримаса - видать, содержимое "пайка" по вкусу не пришлось. Я села на другой конец бревна, приготовилась думать думу о возможных альтернативах.

– О чем сыр-бор? - подсел ко мне Сан Саныч.

– Да вот, - возмущенно покосилась я на металлиста, но вовремя остановилась, не стала упрекать товарища в твердолобости. - Короче, он себя изведет, если будет продолжать в том же духе.

– Вообще-то, половина этого бруска содержит суточную норму калорий…

– Ресурс он навряд ли восстановит, - отмахнулась я. - Так о чем вы хотели меня спросить?

– Надо же, какая проницательность, - усмехнулся Сан Саныч. - Как вам это удалось?

Я проследила за взглядом вояки.

– Сама точно не знаю. - Но у меня никогда не получалось общаться с металлом. То расплавлю, то до абсолютного нуля заморожу. Энергией на мероприятие поделился этот…

Ругательные слова застряли в горле. Вовремя.

– Порядок, - подошел к нам Илья. - Пошли дальше.

К вечеру мы извели еще десяток захоронок. Все шло хорошо, боевой друг и товарищ не подавал признаков усталости. Но, когда мы на закате вышли из телепорта на берегу тихой речки, и торопливо покончили с последним кладом (уже сгущались сумерки - пора было становиться на ночлег), металлист зашатался, побледнел, и начал тихо опускаться на травку. Сан Саныч не дал Илюхе приземлиться, бросил охапку хвороста, которую он собирал во время нашей борьбы с бесами, подхватил металлиста, облокотил об себя, как о стену.

– Что это с ним? - спросил он.

– Ресурс кончился, - с чувством сказала я. - Говорила же! Сейчас гляну на него, может чем смогу помочь. Или… нет, вы меня ждите, а я в одно место смотаюсь по-быстрому.

И, не дав вояке и рта раскрыть, телепортировалась во двор к волхву Макарычу. За амулетами. Раз у него были поделки Ярослава, то наверняка, и накопители имели место быть. Волчок обалдел от моего стремительного появления прямо перед его носом, присел на задние лапы. Потом отошел, залился лаем.

– Цыц, Волчок! - послышался бас волхва.

Я перевела дух. Спасение близко - кудесник дома. Я бросилась в избу.

– Глеб Макарыч, помогите!

– Что еще стряслось? - вопросительно взглянул волхв на меня. - Поиски увенчались успехом?

– Увенчались… Но там Илья… того… - замялась я, так как на ум ничего кроме упреков не лезло.

Волхв пристально глянул на меня, понимающе кивнул.

И этот - телепат. Впрочем, это было не удивительно. Удивляло другое - как это я раньше не обратила внимания. Может быть потому, что у старого волхва терпения было побольше, чем у моего начальства, и он никогда не обрывал говорящего на полуслове? За исключением совсем уж экстренных случаев.

Пока я мыслила, Глеб Макарович полез в шкаф с магическими побрякушками. Шарил он там минут десять, брал в руки амулет, стирал с него пыль, со вздохом клал обратно. Иногда откладывал что-то в сторону со словами: "авось пригодится".

– Держи, - всучил мне горсть. - Все, что есть. И… Не смей снимать с себя Ярославов амулет.

– Не буду. Огромное вам спасибо, - искренне поблагодарила я, исчезая.

Когда я вышла из телепорта, на поляне шел односторонний мужской разговор. Металлист рассказывал Сан Санычу байки о моей бестолковости и таланте влипать в неприятности на ровном месте. Я села тихонько на случившийся тут же пенек, и заслушалась. Илья так разошелся, что забыл об осторожности, принялся было за рассказ о нашем первом походе на изнанку, но опомнился, и вовремя придержал язык. Сан Саныч с любопытством посмотрел на него:

– Кто она тебе?

– Напарник, - моментально остыл металлист. - И еще ученица.

Сан Саныч хмыкнул, и ничего не ответил.

"Не только, как я погляжу", - без труда прочла я его нехитрые мысли. - "Намучаюсь я с этим детским садом…"

Пора было явить себя миру.

– Я тута! - постаралась я сыграть роль только что появившегося человека как можно правдивее. - Накопители принесла. Не ждали?

– Ты меня с ума сведешь, - обернулся Илья. - Сколько раз я тебе говорил…

– Сейчас, погоди… - зажгла я заготовленные Сан Санычем ветки для костра. - Порядок. Я тебя слушаю.

– Ну тебя, - а чувством махнул рукой металлист. - Опять весь кайф обломала!

Снял с пояса наладонник, уселся, погрузился в экран. Сан Саныч покачал головой, и полез в рюкзак за припасами. Я достала коврик, устроилась на нем около костра. Настроение огня мне не понравилось - слишком уж мажорным оно было, не соответствовало моей меланхолии.

"Как было бы хорошо, если бы огонь мог исполнить что-нибудь более лирическое", - подумала я. Костер замер, как будто кто-то нажал на "паузу", и окрасился в сиренево-голубо-зеленые тона. Так, на мой взгляд, было куда лучше. Душевнее. Вояка было напрягся, увидев странное пламя, в его памяти всплыли таблицы химических элементов. Я прыснула в кулак - представила, как он сейчас начнет бить тревогу о химической атаке. Тот покосился на меня, усмехнулся, и ничего не сказал, но спокойно продолжил колдовать с ужином.

Курица гриль, купленная Сан Санычем во время визита в наше измерение, и разогретая в горячей золе, пошла на ура.

– Последняя, - грустно сказал вояка. - Дальше придется паек хлебать. А потом и грызть.

– Гадость этот ваш брусок, - оторвался от куриной ляжки металлист. - Неужели это для людей предназначено?

– А как же! - не смутился Сан Саныч. - Для них, родимых, по особой технологии.

– Мы же не в пустыне вроде как, - удивилась я. - Тут и трактиры имеются. И порой весьма неплохие.

– И часто вам тут бывать доводилось? - спросил Сан Саныч.

– Это вопрос на засыпку? - осведомился металлист. - Тогда баш на баш. А были мы тут всего два раза.

– Подойдет, - ответил Сан Саныч. - Теперь ваша очередь.

– Вы что-нибудь знаете о таких людях, как Велимир, Тихоний, Всеволод Ромуальдович, Мыкола Ромуальдович, Тимофей… - принялся перечислять металлист.

– Про Всеволода Ромуальдовича ничего не знаю, а вот про Мыколу - наслышан. Был такой перец в Москве. Глуп, как пробка. Куда-то запропастился. Больше сказать ничего не могу. Про остальных - не ведаю.

– А здесь вы как очути…, - хотела было я задать глупый вопрос, но вовремя спохватилась. - Нет. Лучше: чем занимается эта ваша "роза"?

– Она курирует все, что связано с этим измерением, - четко ответил вояка.

– Похоже на правду, - сказала я, глядя в глаза металлисту. - Что же. И вы тогда вопросы задавайте, если что - ответим.

Сан Саныч выразительно повел бровями. Усмехнулся.

Огорошивали мы дружку вопросами самого разного характера еще долго. Иногда честно предупреждали, что ответ дать не в силах, ибо тайна чужая. Узнали, конечно же, много нового. Но не настолько много, чтобы наши представления об этом мире кардинальным образом изменились. Наконец, дисциплинированный вояка прервал беседу:

41
{"b":"11545","o":1}