ЛитМир - Электронная Библиотека

– Да погоди ты! – рассмеялся Борис Иванович. – Постой! Во-первых, я не абсолютный телепат. Можно сказать, посредственный. Во– вторых, твои мысли были на редкость прозрачны даже для такого дилетанта в этом деле, как я. А в-третьих, я на тебя абсолютно не сержусь. Лучше вот, присядь в кресло, оно тебе, кажется, понравилось.

Я подумала и согласилась. Тем более, куда я денусь с подводной лодки под названием «Заповедник»? Кресло уютно обхватило меня, и я обрадовалась ему, как старому знакомому.

– К стихийным магам тебя можно отнести только с большой натяжкой, – тем временем продолжал начальник излагать свои сомнения в моей гениальности. – Ты ведь сама вчера призналась, что до Тесла тебе далеко как до Луны…

– Как до звезды, – со вздохом внесла я необходимые на мой взгляд коррективы.

– Как скажешь. Идем далее. Интуиция у тебя есть, и не малая, и ты ее разовьешь, когда перестанешь осмысливать все подряд в привычных тебе терминах цивилизованного общества… Но ты не ясновидец, – уверенно размышление вслух закончил он. – Тут и к гадалке не ходи. Ты можешь работать на частотах зверей и деревьев. В тебе сильна огненная стихия. И еще много всего. Это и хорошо, и плохо, т.к. нельзя сразу на чем-то сосредоточиться. Но я верю, что ты определишься с выбором направления деятельности сама и интуитивно. И, поскольку ты у нас занимаешься всяческим боевым искусством, то мы тебя определили в боевые маги.

Я скептически пожала плечами. После того, как просмотрела кучу записей женских соревнований вообще, и моих в частности, я твердо решила никогда больше «так не делать». В смысле не сражаться. Уж больно все это выглядело не эстетично. Да и перспективы, если честно, никакой… Ну, выиграла я пару соревнований. Ну и что? Травм-то получила куда больше… Кстати, и в Китай в свое время я поехала и поэтому тоже – чтобы учиться искусству по-настоящему. А то драться каждый дурак сумеет, даже эмпат. Как залепит огненным шаром, или, фаерболом, как их все тут называли, так мало не покажется.

– Поверь, – подмигнул мне Борис Иванович. – Если что-то пойдет не так, и у тебя что-то будет не получаться, я обязательно подкорректирую процесс твоего обучения.

В дальнейшем мне, увы, не раз пришлось убедиться в его правоте…

А к вечеру вся бюрократия была улажена. Под прикрытием молодого друида в коридоре («в крайнем случае, отобьетесь!») я написала под диктовку Оксаны Леонидовны заявление об уходе, и, попрощавшись с приунывшей секретаршей, тихонько вышла за дверь. Вот и все. Прощай, физфак! На сердце было и тяжело – ведь я столько времени провела в этих стенах, и радостно одновременно – впереди меня ждало Большое Приключение! Антон следовал за мной по пятам. «Смиты» либо затаились, либо вообще забыли о моем существовании. За время, проведенное на факультете, нам не встретился ни один.

В общежитии меня ожидал сюрприз. Даже такому не подозрительному существу бросилось в глаза, что в комнате кто-то был. И этот кто-то рылся в моих вещах. Этим «кем-то», конечно же, могла оказаться Танька. Наверняка ведь, обеспокоилась девушка моим отсутствием – никогда раньше не исчезала я без предупреждения. Скорее всего, так оно и было. Но Антон опроверг мои предположения:

– Тут работал маг, – как-то странно принюхался он. – Очень странный маг. То ли слабый, то ли… Не пойму. И, похоже, он был не один. О! У них при себе были амулеты и глушилки. И, вообще, я не могу сказать ничего определенного. Странно.

Неуверенность в его спокойных и чуть ироничных до того глазах меня насторожила.

– Почему странно?

– Я всегда отличался тем, что очень хорошо распознавал, так сказать, почерк мага.

– ?

– Составляющие компоненты магии. Сама поймешь. Не знаю, как тебе объяснить. Пойдем, осмотрим соседнюю комнату.

– Может, не стоит?

Ибо у Таньки в комнате последнюю неделю царил жуткий бардак. Как объясняла мне соседка, у нее совершенно не было настроения убираться.

Однако, Антона беспорядок не испугал. Он лишь подтвердил то, что неизвестные ему люди копались и в этой комнате тоже. И это как раз не было странным – они же не знали, где именно я жила.

– Пойдем к тебе, – нахмурился провожатый. – Проверим, все ли на месте. В смысле, не забрали ли они с собой что-то нужное.

Однако все документы, дипломы и грамоты были в целости и сохранности. Может, злодеи и забрали что-то (например, конспект по философии, ибо он отсутствовал, как класс), но только мне с этого факта было и жарко, ни холодно. Да и тот я вполне могла кому-то отдать, и позабыть об этом. И я собрала свои нехитрые пожитки – они уместились в один большой, и один штурмовой рюкзак. Написала Таньке письмо, в котором кратко сообщила, что мне спешно надо покинуть общагу в связи с новой работой. Конечно, мне было жаль, что я не могла с ней по-человечески попрощаться. Но, с другой стороны, в этом тоже были свои плюсы: я бы все равно не смогла соврать прожившей со мной бок о бок лет шесть, а то и все семь, подруге, что-нибудь убедительное. А в том, что надо соблюдать конспирацию со всеми, меня предупредили сразу же.

Самым неожиданным оказалось прощание с Марьей Дмитриевной, администраторшей этажа. Нет, отреагировала комендантша на мое появление в дверях своей комнаты вполне правильно – грозно нахмурилась и вобрала в легкие побольше воздуха для возможного ора. Но потом, узнав, что я навсегда освобождаю помещение, заквохтала, как наседка. Она даже пыталась мне вручить сдачу за месяц, но я отказалась – к чему мне теперь деньги-то? Еда у меня была (избушка со шведским столом), в гости меня друиды звали, медовухи испить на сон грядущий. Крыша над головой наличествовала, и командировочными меня обещали обеспечить в случае чего. Да и стипендия, опять же, на мой счет куда-то там капала, начиная с сегодняшнего дня. В общем, не нужна мне была сдача.

Администраторша вздохнула с явным облегчением – от сердца, видать, деньги-то отрывала. И тут же засуетилась по новой, пытаясь всучить мне банку с клубничным вареньем:

– Сама варила, экологически чистое, с огорода, – уговаривала она меня.

– А вишневого у вас, случайно, не найдется? – тут же обнаглела я.

– Вот, последняя осталась, – просветлела лицом Марья Дмитриевна. Полезла, кряхтя, под кровать. Вынырнула. Отряхнулась. – Для администратора корпуса берегла. Но что с тобой поделаешь, забирай!

Так я покинула сие гостеприимное место. И, поручив Антону тащить тяжелый рюкзак, легко вскинула себе на плечи штурмовой. В путь!

***

Так началась моя новая жизнь. И я не могу сказать, что мне пришлось легко. Весь мой день оказался расписан до последней минуты. Единственное, что мне удалось выбить – так это дополнительное время для сна. Точнее, не время – его и так не хватало. Но, узнав, что я люблю поспать, друиды внесли корректировку в мою избушку, и та стала каким-то хитрым образом влиять на восстановительные процессы в моем организме. Даже больше – за ночь дневные знания утрясались, упорядочивались в моей голове, и обучение шло куда скорее, чем могло бы. А большего мне и не требовалось.

Мой новый дом был совершенством – от и до. От ступенек до шишки на крыше. Избушка (она по сути дела была той же сосной) врастала корнями в землю по букве «Г». Взойдя по ступенькам, я попадала на плетеное крылечко, а оттуда – в крошечную прихожую, из которой было всего три выхода – в жилое помещение и подсобное. Третий вел на улицу.

Жилая горница была донельзя уютной – видимо, была призвана комфортом компенсировать синяки, шишки и моральное неудовлетворение по поводу собственной непроходимой тупости. Пол был покрыт ковром из мягчайшего серого мха. Разумеется, ни о каких мошках и муравьях, спутниках обычного лесного мха, и речи не шло. Мебели у меня было совсем немного – кровать, уютное кресло (не иначе как Борис Иванович друидам проболтался о моих пристрастиях) и шкаф-купе, где поместились мои нехитрые пожитки, да полка с книжками. В углу был камин – отрада моей огненной душе, там же собственно, стояло и кресло. Одну стену занимало зеркало. Оно служило мне телевизором, часами и музыкальным центром. Последний, я, правда, создавать еще не научилась. Так, радио обходилась. Благо, что настраивалось зеркало пультом. Как объяснял Антон, к пульту надо было подключать воображение (этого у меня было хоть отбавляй), и силу собственного технического гения. Последний обошел меня стороной.

12
{"b":"11546","o":1}